- Ей было больно? - Что?
Нет, ей не больно. Она не капризничает.
Даже не проснулась, когда я ее переодевала.
Ты знаешь, что ей не больно. Это тебе больно.
Ты стыдишься.
Моя малышка.
Ты прекрасна.
ПАМПЛОНА, НОЯБРЬ 1973 Г.
Посмотри, как я ее купаю. Подержи ее. Тебе полегчает.
Посмотри на нее.
Смотри, какая она красивая.
Не хочу, чтобы она была как они.
Ты не знаешь, как они живут. Ты их 40 лет не видел.
Что ты знаешь о жизни других?
Но я знаю, какая у нее будет жизнь.
Потому что ее дом — здесь, с мамой.
Что мы будем делать?
То, что сказали врачи.
Как можно скорее.
Она никогда не узнает.
Никто не узнает.
У нее будет нормальная жизнь. Совершенно нормальная.
А ты прекратишь эту чепуху.
Ты полюбишь свою дочь и станешь настоящим отцом.
- Ты можешь это сделать? - Я уже ее люблю.
Я сделаю всё, что понадобится.
Что угодно, малышка.
Твоя мама всегда будет с тобой.
Всегда.
МОЯ ПРЕКРАСНАЯ СЕНЬОРИТА
Сеньорита! Здрасьте!
АНТИКВАРНЫЙ МАГАЗИН ДЕ ХУАНА
ПАМПЛОНА, ДЕКАБРЬ 1999 Г.
«Тщетна наша проповедь
и вера ваша тщетна».
Это значит, что если Христос на самом деле не воскрес,
то Церкви следует молчать.
Хлопать папе римскому — это грех, сеньорита?
Нет, это не грех, но это и не четвертая заповедь.
Можно хлопать, когда он по телевизору?
Он меня восхищает.
Да, Хавьер, хлопать можно,
но это необязательно,
в отличие от заповедей, которые обязательны для всех католиков.
Спасибо, сеньорита. А то я волновался.
На аплодисментах папе урок закончился.
Не забудьте учить песни, скоро концерт.
Наведите порядок на партах.
Новости по делу Росио Ваннинкоф.
Мы пообщались с членами семьи, которые подтвердили,
что предположительное убийство 19-летней девушки, вероятно,
совершено кем-то, кому она доверяла.
Да. Говорят, это подруга матери.
Командирша с короткой стрижкой.
Бабуля, люди любят сплетничать.
Кто говорит?
Я не говорю, что она виновна,
но она не особо старается.
Так неприветливо на всех смотрит, ишь ты.
Ясно, что она не дама.
Обо мне так тоже можно сказать, бабуля,
что я не похожа на даму.
В этой семье и так трагедия, только убийцы поблизости не хватало.
Ты такая, как она?
Да ну что ты! Это немыслимо.
У тебя чистое лицо, лицо хорошего человека.
Ну, начинается!
Значит, будем сажать всех неприветливых,
некрасивых, всех, кто не дама?
Оставим только…
Бабуля!
Подожди, бабуля.
Адела, деточка.
Что случилось?
Бабуля.
Не шевелись. Я сейчас.
Смотри-ка!
Конечно, это ты, Адела, кто ж еще?
- Смотри. - Извини.
Видишь, как ты в меня врезалась? Сбила прямо в бордюр.
- Прости. - Не смотри как тупая корова. Вот!
Видишь, что ты натворила?
Прости, Бегонья. Я отвлеклась на разговор с бабулей.
- Твоя бабушка в машине? - Ты в порядке?
Я позвоню брату, у меня истерика.
- Ты меня довела. - Алло.
У нас тут авария.
Перекресток Дуке-де-Аумада и Кортес-де-Наварра.
Пожилая женщина.
Пожалуйста, поспешите.
Эй.
Вы меня слышите?
Вы в порядке?
Я в порядке. Моя бабушка в машине.
Не волнуйтесь, ей помогают.
Дайте я вас осмотрю.
У меня всё нормально!
Оставьте меня.
Тогда сами отвечайте, если с вами что-то не так, ясно?
Бабуля, я поеду с полицией.
Мы поедем за скорой в больницу.
Я буду там с тобой.
Да, деточка, да.
Не волнуйтесь, Аделина. Я поеду с вашей внучкой.
ФЛЁР ЙЕГГИ СЧАСТЛИВЫЕ НЕСЧАСТЛИВЫЕ ГОДЫ
Не знала, что ты вернулся.
Еще в сентябре.
Надо было зайти поздороваться, но я вообще солнца не видел.
Мой отец оставляет меня за главного…
Столько всего надо успеть.
Так ты не вернешься в Лондон?
Конечно, я бы лучше остался.
Но я знал, что так будет.
Зная отца, я надеялся, что он выйдет на пенсию позже или вообще никогда.
Но нет.
Как тебе там жилось?
Ты был счастлив?
Да.
Это бесконечный город.
Не хочу обидеть Памплону и нашу жизнь тут,
но наша Памплона, твоя и моя,
очень мала.
У нас тут десять улиц и 100 человек.
А приезжаешь в Лондон —
и мир такой огромный.
А потом надо возвращаться.
Потом надо возвращаться.
Аделина, следуйте предписаниям врача.
Медленные прогулки…
- Хорошо. - Не будьте одна.
- Моя внучка! - Такая высокая и красивая.
- Да. - Отлично, везем вас к ней.
Где ты была?
Добрый вечер.
Бабуля добралась?
Где ты была, Адела?
Прогугялась пешком.
По-твоему, это нормально?
Папа, всё в порядке.
Я нервничала и хотела подышать воздухом.
По-твоему, всё так легко.
Дыши воздухом тогда. Не думай о нас.
Адела, твой отец прав.
Ответственный человек пришел бы домой.
Я просто прогулялась. Простите.
Там ужин. Иди, разогрей.
И не будем больше об этом.
Все государственные делегации и сектора
учредят чрезвычайные комитеты,
но к слухам о вирусе 2000 года надо относиться спокойно.
Главное — не паниковать.
ЭСТРАДИОЛ «МЕРИЭСТРА»
Там кто-то пришел. Можете открыть?
Здрасьте. Я Исабель Гоньи, физиотерапевт. Я пришла к Аделине Арран.
- Да, она тут. Входите. - Да?
Ладно.
Блин, такая тяжесть. Будто трупы таскаю.
- А ты кто? - Адела, прошу прощения.
Очень приятно.
- Сюда. - Туда?
Простите за задержку.
Ничего страшного.
Где можно повесить пальто?
- Я повешу. - Тут?
- Я Исабель. Очень приятно. - Да.
- Сюда. - Да. Я это тоже тут оставлю.
Солнце, можешь поднять мой рюкзак?
Аделина, твоя терапевт пришла. Ее зовут Исабель.
Но Аделина, вы всё еще в постели?
Как только поставлю массажный стол, мы будем вставать.
Лежать без нужды вредно.
Мне положен отдых после аварии.
Мне всё-таки 88 лет, деточка.
Вот именно.
Если врач не прописал отдых, не лежите.
Тело лениво и любит бездействовать.
Поднимайтесь. Держитесь за меня.
И встаем, Аделина.
На бок. Отлично.
Нет, мне всё меньше хочется.
А вся эта еда —
она почти отвратительна, правда.
Да, она сегодня начала. Посмотрим.
Так это костюм для путешествий? А я и не знала.
Тогда в белом замуж не так часто выходили.
К тому же неделей раньше умер мой дед.
Я была в трауре, но элегантном.
- Конечно. - В костюме для путешествий.
Аделина, повернитесь в эту сторону.
Еще. Больно?
- Нет. - Нет?
- Нет, не больно. - Очень хорошо.
Выглядели вы потрясающе. Просто отпад.
Мы всё.
Давайте наденем тапочки.
Рассказать тебе?
Я позову маму. Ей тоже интересно.
Сюда, со мной.
Мама!
Я отлично себя чувствую.
Да?
- Я рада. - У тебя легкая рука, Исабелита.
- Хорошо. - Вы всё?
Да. У нее всё в порядке.
Нормальное напряжение от удара.
Думаю, прописанных сеансов хватит.
Но ей нужно активнее двигаться.
Ходить по лестнице… и всё такое.
Она хочет одеть меня в зеленые треники и отвезти в Бенидорм танцевать пасодобль,
как старушки из Мадрида.
Спасибо. Постараемся больше двигаться.
Хорошо.
Буду двигаться когда захочу. Попробуйте меня заставить.
У тебя всё хорошо, солнце?
- Да. - Ты была за рулем, да?
- Ты показала это врачу? - Нет, но это просто жест.
Жест боли.
Покажи.
Нет, всё нормально. Не надо.
Да уж, всё просто офигенно.
Можно я посмотрю?
Пусть посмотрит.
Сделай это ради меня.
Мы с мамой пойдем в гостиную.
Пошли, Крус.
Пошли.
Расстегни кофту.
Сядь, расставив ноги, и открой верхнюю часть спины.
С этой стороны, да?
Да.
Посмотрим.
Опусти еще немного.
Еще одну пуговицу.
Вот так.
Ладно.
Я начну медленно, скажи, болит ли
и насколько сильно.
Смотри туда.
Так нормально?
Тянет, но не болит.
Хорошо.
Что такое?
Вот. Я сделала тебе больно?
Ты в порядке?
Этот потерянный взгляд в никуда
Ищущий того же, что ты
Чему-то научиться в жизни
Понять любовь
Узнать, каков этот мир
Понять
Чему-то научиться в жизни
Понять любовь до конца
Сбывшаяся мечта
Заходи.
Просто зашла попрощаться. Я на работу.
Что? Подожди. Прости, я тебя не слышу.
Я так люблю Монику Наранхо, что всё забываю.
- Что ты сказала? - Попрощалась. Я ухожу.
Посиди пять минут и выпей со мной пива.
В другой раз. Я не ела.
В нём полно углеводов.
Как полноценная еда.
Ладно, спасибо. Но только одно.
Твое здоровье.
Как хорошо.
- Как ты? - Хорошо.
Я слышал про аварию.
Отделались испугом.
Ты врезалась в Бегонью, да? Младшую Гомес-Арельяно.
Да, она превратилась в фурию.
Смешная женщина.
К счастью, приехал ее брат и всё решил.
Который был в Лондоне?
Да, Санти.
Он очень хороший.
Что ж, нет худа без добра.
Какие планы на праздники?
Знаешь, как меня всегда называли в Памплоне?
- Да. - Знаешь?
Кобыла.
Эти сукины дети не особо скрываются.
На днях я узнал, что меня называют
«матушка Хосе Мария».
- Что? - Как тебе?
Поверить не могу.
Ну вот.
Мы живем в XVI веке,
люди вокруг боятся
высоких женщин и женственных мужчин.
Я должен их прощать, так как это мой долг, но ты не должна.
Не все такие.
Не все?
Нет, в Памплоне есть люди, которые тебя приятно удивят.
Расскажешь матушке Хосе Марии, кто они такие, а?
Обещаю, но в другой раз.
Мне надо идти.
Загадочно. Иди, подруга.
У вас есть стиль, сеньорита.
Спасибо за пиво.
Сеньора Гомеса-Арельяно на следующей неделе не будет.
Позвоните, и мы всё устроим.
Хорошего дня.
Мамен, формуляры, которые я просил?
Да.
Адела, рад тебя видеть. Какими судьбами?
Я четыре года получаю зарплату в антикварном магазине отца,
но трачу не так много.
- Хочу что-то сделать. - Хорошо.
Держать деньги в банке глупо.
О какой сумме речь?
Около шести миллионов.
Очень хорошо.
О недвижимости думала? Первый взнос на квартиру?
Нет, ничего.
Ладно.
Уровень риска?
- Минимальный. - Хорошо.
Тогда государственные облигации.
Низкий процент, но надежно.
- Как тебе? - Как скажешь.
Хорошо.
Мы всё оформим, придешь подписать.
Больше ни о чём не беспокойся.
Предоставь всё мне.
О, привет.
Прости. Не знала, что ты тут. Можно налить стакан воды?
Конечно. Проходи.
Я налью.
Спасибо.
Хочешь кофе?
Я собиралась сделать.
Если можно, я выпью. Впереди долгое утро.
Адела, насчет прошлого раза… Прости, пожалуйста.
Я причинила тебе дискомфорт, сама того не желая.
Прости меня.
У меня сложно с прикосновениями.
И…
Прости за мою реакцию.
Нет, у меня слишком много энтузиазма и плохое чувство границ.
Ты хотела помочь, но вышло неудачно.
Да. Но если ты хочешь, чтобы мы точно всё проверили,
скажи мне, ладно?
И мы найдем способ, чтобы тебе было комфортно.
С границами у меня плохо, но с работой хорошо.
Я ненавижу боль. Свою и чужую.
- Я подумаю. Обещаю. - Ладно.
Адела, пожалуйста, готовься и спускайся с отцом.
Вы продолжите с моей свекровью или всё?
Я закончила. Заберу свои вещи.
С РОЖДЕСТВОМ 1999 Г.
Ну ладно.
Эта рука в порядке.
Солнце, я ухожу.
Я слышала тебя в коридоре.
Да, я с этим барахлом шумная, как грузовик.
Ну что…
Знаешь видеоклуб «Касабланка»?
Почти пришли. Положу в машину.
О, «Покажи мне любовь».
Это такой милый фильм, как будто…
Фассбиндер снял диснеевский фильм, но с лесбиянками.
Я не видела. Какого года?
Прошлогодний.
Он бы спас меня от кучи драм, если бы существовал в 90-е.
Что именно мы ищем?
«Жанну д'Арк» Дрейера.
Это фильм без звука. Она на черно-белом постере плачет
в короне из прутьев и с короткой стрижкой.
Очень красиво.
- Мария Фальконетти. - Да, точно.
Да. Не могла вспомнить.
Какой фильм. Просто обожаю его.
Он идеален.
Это не просто фильм, а молитва.
Да, именно.
Как она смотрит, а? Эти глаза.
Весь фильм хочется попросить у нее прощения.
У меня мурашки.
Это было время блокбастеров,
а Дрейер делает противоположное.
- Такой духовный, такой… - Да.
- Театральный! - Да!
Именно так.
Хочу, чтобы ты пришла на мой спектакль.
- Ты в театре? - Да.
Я актриса.
Физиотерапия — это заработок,
и, к сожалению, я в этом хороша.
У всех нас есть свой антикварный магазин, солнце.
Так где спектакль?
В этот четверг в театре ЭНТ, в старом районе города.
Знаешь его? Мы ставим «Жанну д'Арк».
- Я приду. - То есть…
Не ожидай ничего потрясающего.
Мы просто группа друзей, и я не Фальконетти.
Уж надеюсь. Ты разговариваешь.
Это уж точно.
Ну…
Уже поздно, мне пора идти.
- Ладно. - Дойдешь до машины?
Да, солнце, всё под контролем.
Жаль это делать.
Лучше всего запекать поросенка целым.
Сам знаешь, я не люблю видеть лицо животного.
Ладно, тогда по частям.
- Держи. - Лучше по частям.
- Сколько? - 1500, пожалуйста.
- Держи. - Хорошо.
Пока. Счастливых праздников.
- Взаимно. - Отлично, можем идти домой.
Кто следующий?
- Мама. - Что?
Мне надо пойти к врачу.
- Ты в порядке? - Да.
Что-то после аварии?
Придем домой, и сразу наберу дону Луису.
Я пойду с тобой.
Нет, всё хорошо. Мне просто нужен осмотр.
Точнее, я хочу осмотр.
Но не у доктора Этчеберрии.
Адела, он знает тебя с рождения.
Он знает всю семью.
Мама, я хочу пойти к гинекологу.
- До свидания. - Пока.
Что-то случилось?
Нет, ничего. Просто мне 26 лет, а я ни разу не была.
Именно поэтому я не вижу причин, дорогая.
В 26 лет, если нет странных симптомов,
осмотры не нужны.
- Не то что мне. - Мама.
Я спрашиваю, так как хочу, чтобы ты пошла со мной, но могу сама.
Необязательно так это говорить. Я знаю, что ты взрослая.
Мама, я принимаю эстроген с 15 лет,
но знаю только, что он мне нужен.
И это правда. Из-за того, что у тебя.
Но что у меня?
Я не могу иметь детей, нет месячных, нужен эстроген.
- Что это значит? - Адела, это ничего не значит.
Поговорим завтра после ужина.
Мама, пожалуйста, не забудь.
Не переборщи с козленком, ладно?
Заходи.
Пусть тетя за тобой следит. Вот и всё.
Пока, целую.
ДЭВИД СИЛВИАН МАРК АЛМОНД
Бей.
Хосе.
Пока ты не стал священником,
ты когда-то был влюблен?
Осторожно с миской, а то прольешь.
Посмотрим.
Наливай.
Как же вкусно.
Попробуй.
Очень хорошо. Картошка идеальна.
Пусть постоит, пойдем со мной. Я тебе кое-что расскажу.
Смотри.
И это?
Погоди.
Вот.
Ну-ка!
Что это?
- Что это? - Это скандал.
Скандал, а не мужчина.
Если ты безумна, то позвони, а если нет…
- Что поделать?! - Что поделать?!
Его звали… Алонсо.
Что с ним стало?
СПИД, как у всех.
Он был твоим… Вы были…
Да.
Он был любовью моей жизни.
Соболезную.
Ну…
А ты?
Я завтра встречаюсь с Сантьяго Гомесом-Арельяно.
Это всё прекрасно,
но…
ты тут не только из-за него.
Ты сказала, что есть люди, которые могут приятно удивить.
- Кто они? - Физиотерапевт моей бабушки.
Не знаю, что со мной.
У меня скоро с ней встреча.
Ты читала «Генри и Джун»?
Нет. Чье это?
Анаис Нин.
Нимфа, писавшая как демон.
Она перетрахала половину Монпарнаса между мировыми войнами.
Чудесно. Обожаю ее.
Ты тоже оценишь. Смотри.
Читай тут.
«Прекрасно любить и при этом быть свободной».
Но я не француженка в 30-х на Монпарнасе.
Я учитель закона Божьего в Памплоне.
Ты прочитаешь эту книгу, учитель закона Божьего,
а потом поговорим.
Когда мне было 13 лет,
я услышала голос Божий, который помогал мне и вел меня.
Этот голос
появился около полудня
летом,
в саду моего отца,
и я больше никогда не была одна
или беспомощна.
Я не убоюсь никаких суждений человека.
С Богом я принимаю этот огонь, который несу внутри, и умираю.
Сохраните мой прах.
Мое сердце уже слышит голоса ангелов.
Боже мой, солнце! Ты пришла!
- Поверить не могу! Тебе понравилось? - Да.
- Неправда. - Правда.
- Не понравилось. - Еще как!
Точно?
Да ладно. Конечно, ей понравилось.
Она сама тебе говорит.
Ну, по пиву?
Я Ане, кстати.
Я Адела. Очень приятно.
- Мы знаем, кто ты. - Ну что, как дела?
По пиву? Ты идешь?
Вот.
Еще один, и я пойду.
Да ну, не глупи!
Ты что, не местная?
Раз, два, три!
Нравится?
И этот балбес меня спрашивает:
«Это настоящая кровь, сеньорита? Мы должны ее пить?»
Я говорю: «Как она может быть настоящая, Хавьер?
Не говори херню».
То есть я не так сказала.
Я объяснила про преосуществление и всё такое,
но бедняга был в слезах.
- Я не знаю слова! - Что?
- Слова! Я их не знаю! - Какие слова?
Хочешь зайти?
- Жди здесь. - Ладно.
Идем.
Анонимная, начало XX века.
Имитация школы Гвидо Рени.
Очень красиво.
Видишь чистые участки? Почти всё лицо.
Что это? Оно настоящее?
Да, их приносят на реставрацию.
- Что? - Это традиция.
- Осторожно, они хрупкие. - Ладно.
Осторожно.
Исабель, пожалуйста.
Исабель…
Исабель, перестань.
Хочешь повеселиться?
Хватит. Снимай.
Невероятно.
Что?
Похоже, Лусия тебя запачкала, когда прощалась.
Тебе идет.
Ой! Напугали.
Не ожидала.
- Алло? - Адела?
Что ты там делаешь так поздно? Всё в порядке?
Да, не волнуйся, папа. Хотела поработать заранее.
Таксист Хесус проезжал и увидел, что открыто,
вот и позвонил мне.
- Нет. Стой. - Что?
- Спасибо. - Что ты сказала, Адела?
Дочка? Ты там? Иди домой.
Адела, уже 12:15, слышишь меня?
Сантьяго там с твоим отцом. Он за тобой приехал.
Мы немного выпили,
и я покажу тебе кое-что, что ты оценишь.
Нет!
Откуда у тебя это?
Обложка моей работы.
Невероятно, да?
Смотри, «Хавьерада» 1988 года.
Смотри, вот Фран,
с фляжкой — Маите,
а это…
- Этот? - Как его звали?
- Эусебио. Себи. - Себи! Точно.
Ничего себе.
- Хорошие времена. - Да.
Ты знаешь, какое у меня самое яркое воспоминание оттуда?
Ты поздно вечером
с чашкой чего-то горячего у дверей приюта.
Ромашка.
До сих пор ее пью. Бабушка приучила.
Я видел тебя из окна.
Ты казалась на 20 лет старше всех нас.
ДО СЛЕДУЮЩЕГО ГОДА
Я был…
Что?
Я был без ума от тебя.
Мне бы очень помогло, если бы ты мне сказал.
Я был дураком, Адела, как и все.
Нет, Санти.
У тебя был статус.
Ой! Бежим!
Бежим. Сюда.
Адела, я без ума от тебя.
Не знаю, обидно ли это тебе
или нормально…
Я ничего не знаю.
Прости.
Мне надо идти.
- С Рождеством, Адела! - С Рождеством, Адела!
С Рождеством.
Мясо само спадает с костей.
Мне всегда дают хороший кусок.
- Верно. Очень вкусно. - Отлично.
Посмотрим, как пройдет ночная месса.
Первая у этого священника.
Он оформит всё в голубых тонах.
Не понимаю, почему он тут.
- Подарочек от епископа. - Да.
Деточка, это была шутка.
По-моему, не смешно.
Дай я сделаю.
Дай мне.
Ты вытирай.
Адела, я знаю, мы в последнее время на нервах,
но я боюсь, что с тобой что-то случится.
Это страшно.
- Вот. - Мама.
Мне нужно к гинекологу.
Опять ты об этом?
Оставь. Я сделаю.
Делай что хочешь.
«Когда изнемогал во мне дух мой, ты знал стезю мою.
Смотрю на правую сторону и вижу, что никто не признает меня.
Не стало для меня убежища.
Никто не заботится о душе моей.
Внемли воплю моему.
Избавь меня от гонителей моих, ибо они сильнее меня».
АНАИС НИН ГЕНРИ И ДЖУН
ПОЛУЧЕНО 1 СООБЩЕНИЕ
«С Рождеством, солнце.
На Новый год мы пойдем в тот же бар. В костюмах.
Хочешь с нами? Я хочу тебя увидеть.
Иса».
Доброе утро. Через несколько часов мы попрощаемся с 1999 годом.
Сегодня мы узнаем, что случится с нашумевшей проблемой 2000 года
в первые минуты нового тысячелетия.
Чёрт.
- Алло. - Адела, это Хосе.
Давай встретимся.
Иди со мной.
Куда мы идем? Мне надо домой к ужину.
Да. Просто идем.
Подруга, ты уже пьяна, а еще даже не полночь.
Когда одиночество достает,
я прихожу сюда и смотрю на них.
Конечно, никогда не захожу, но…
Мне от этого радостно.
Я как будто знакомлю тебя со своей семьей.
Они счастливы.
Сейчас — да. Честное слово.
Приходить туда, где твой дом,
быть со своими — это ни с чем не сравнится.
Ну что?
Сантьяго меня поцеловал.
Мне понравилось.
Очень.
Но когда я закрыла глаза,
передо мной стояло только ее лицо.
Веселая массажистка, да?
Да. Исабель.
Когда я с Сантьяго,
я чувствую себя красивой.
Но когда я с Исабель,
я чувствую себя свободной.
А я никогда не была свободной.
Я дошла до того,
что стала невидимой, Хосе.
Я была совершенно одна.
Мне было всё равно.
Мое тело, моя бесплодность,
мои лекарства…
Всё, что я не знаю о себе.
А теперь…
Теперь я хочу жить!
Я хочу, чтобы ко мне прикасались.
Я хочу, чтобы меня много трогали, понимаешь?
Меня тошнит от мысли о том, чтобы взять жизнь в свои руки.
Адела, милая,
жизнь — это страсть.
От Христа до Моники Наранхо.
А когда подавляешь страсть, то подавляешь саму жизнь.
Из чувств остается только недовольство.
Не будь недовольной до конца жизни.
- Я уже такая! - Избавься от этого.
Сейчас.
Завтра.
Не позже.
Твоего страха недостаточно.
Тебе надо сильнее бояться.
Сильнее хотеть. Сильнее всё.
Слушай,
когда…
Когда умер Алонсо…
…всё, что у меня осталось, это безумная тьма.
И мне было очень страшно.
Очень страшно.
Но всё, что я прожил с ним,
что я прожил до встречи с ним,
всё, чем я рисковал и как грешил,
всё, что делало меня счастливым,
всё это накрыло меня как одеяло.
Это меня утешило.
Когда я был на дне,
явился Бог как итог моей невоздержанности.
Бум!
И он заполнил всё.
Всё.
Это было как…
Как трахать всех мужчин в моей жизни одновременно.
Не буду врать,
потому что я до сих пор очень тоскую по Алонсо.
Мне бывает грустно, но…
Теперь я никогда не один.
В церкви я служу ему,
но когда я смотрю на дверь этого бара…
Я вижу его.
С Новым годом, красотка!
Но у меня нет жизни, которая меня утешает.
- У меня нет одеяла. - Тогда ищи.
Ищи ее. Совершай ошибки.
Запачкайся.
Правда в том, что ты знаешь, что делать.
Сделай это. Разочаруй кого-то.
Да хрен с ним, всех нас разочаруй.
Пошли нас на хрен, сделай что-то неожиданное, жесткое.
Сделай это.
Давай.
С Новым годом, отец.
С Новым годом, дитя.
Эй!
Адела!
Иди сюда! Шоты!
Подруга.
Что?
Адела!
Подожди! Адела, стой!
Адела!
Адела, стой!
Адела, подожди. В чём дело?
- Я хочу уйти, Исабель. - Да, но слушай.
То, что ты увидела, ничего не значило…
Я правда хотела тебя увидеть, солнце. Очень.
Это моя вина, Исабель. Ничего. Я пойду.
С Новым годом!
С новым 2000 годом всех!
Добрый вечер, детка.
- Можно? - Конечно, бабуля. Заходи.
Смотри, это моя тетя Марга
и моя старшая сестра Эрнестина, мир праху ее.
Их называли «мачо-девушки».
У них не было месячных, они не могли иметь детей,
но они были высокими и крепкими.
- Как я. - Да.
Как ты.
Мама мне не говорила.
Твоя мама тебя обожает,
но она живет в страхе с тех пор, как ты родилась.
Она делает что может.
Как ее учили.
Как я. Как все мы.
Они были счастливы?
Ну, всего понемногу.
С нами им было непросто.
Замужем не были.
Но они унаследовали деньги
и никого не пускали в свой дом,
что не так уж плохо.
Но и в свою постель тоже.
Ты такая умная, бабуля.
Недостаточно.
Теперь я их понимаю благодаря тебе.
Но слишком поздно.
Когда в следующий раз тебя назовут Кобылой,
помни, что ты из семьи кобылиц.
Трудно рассмотреть, но если посмотреть на слизистые,
то видно шрам.
Я бы не заметил, Анхел.
Прекрасно сделано.
Мы всё, Адела. Можете вставать.
Скажи, если что нужно, Карлос.
Спасибо за всё, Анхел.
- Пока. - Буду держать в курсе.
Одевайтесь. Я жду вас в кабинете.
Хорошо, Адела.
Постараюсь говорить как можно яснее.
Причина отсутствия месячных и невозможности забеременеть
в отсутствии матки.
Вы родились без нее. И без яичников.
Вместо этого у вас были внутренние гонады.
Внутренние гонады.
Яички.
Да, но не опустившиеся.
У мальчиков яички опускаются в конце беременности.
Но… погодите, доктор.
Вы сказали «у мальчиков».
- О чём вы? - Послушайте.
Я не говорю, что вы мужчина.
У вас есть влагалище. Короткое, но есть.
На осмотре мы убедились в том,
что вы, вероятно, родились с увеличенным клитором,
и вам сделали операцию для нормализации ваших гениталий.
Они отлично справились.
Так всегда делают?
Почти всегда.
Ваши врачи, должно быть, поговорили с родителями и приняли решение.
Это обычная процедура в ряде случаев интерсексуальности.
- Интерсексуальность. - Да.
Адела, это бывает чаще, чем вы думаете.
А эти внутренние гонады…
- Они еще там? - Нет.
Их удалили в подростковом возрасте.
Обычно это делают во избежание опухолей и прочего.
Мне делали операцию в 14 лет,
но мне сказали, что это грыжа.
Возможно, так и было.
Просто их удалили в то же самое время.
Но это кастрация.
Это громко сказано, Адела.
Лучше бы они вам сказали,
и, конечно, ваш врач не провел тщательное повторное обследование…
Но я бы так не сказал.
Но это так и есть.
И что мне делать?
Лучше всего забыть об этом и просто жить своей жизнью.
Если хотите, можем вас тут наблюдать.
А если я перестану принимать таблетки?
Не советую. Телу нужны гормоны.
Какой я была бы без операций и лекарств?
Какая я настоящая?
Дочка, нет.
Нет.
Я — твой дом.
МАДРИД
ИЮНЬ 2000 Г.
«По-моему, пора созвониться.
Надеюсь, у тебя всё хорошо и тебе уже передали бар.
Я очень по тебе скучаю.
P. S. Мне снились беспокойные сны.
Я в странном мире,
в окружении огня, сгораю от удовольствия.
Появляется ангел или архангел, не знаю».
Дело Ваннинкоф известно как дело крестной-убийцы
и вызвало большое негодование местных.
При транспортировке Марии Долорес
полиция и гвардия Фуэнхиролы
с трудом предотвратили народную расправу.
Они всё врут. Бедняжку посадят в тюрьму.
Они намеренно ее подставляют.
Мать девочки всегда говорит о ней гадости.
Мать сходит с ума без дочери.
К тому же она обижена.
Разбитое сердце кусает хуже собаки.
Что скажешь?
Когда разъяренная толпа выбирает жертву,
обычно страдают невинные.
Записывай, Исидоро.
Я и так весь день записываю.
- Еще что-нибудь, Патри? - Нет, спасибо.
- Сколько я должна? - Два тапас и кола?
Пятьсот пятьдесят.
А. Д., подойди на секунду, когда сможешь.
До свидания, народ.
Слушай, не знаю, как еще попросить у тебя документы.
Если будет проверка, мне конец.
Повторять не буду.
Завтра, без вариантов.
Не принесешь — найду кого-то еще.
Прости уж.
Патрисия, помочь?
Не волнуйся. Наверх подниматься легче.
Вот, держи.
Обязательно писай.
И скажи Антонио, чтобы лучше мыл свои причиндалы.
Ладно. Спасибо.
Тестостерон уже видно, а?
Две пачки.
Держи. Два сапога пара!
- Всё еще без рецепта? - К сожалению, да.
Без лекарства я тебя не оставлю, ясно?
Но всё-таки надо сходить к врачу.
Держи. Сразу всё будет видно.
У меня на нём такие качки сидят, прямо из порнухи…
Не поверишь, с чего они начинали.
Через два месяца увидишь.
- Пока. - Пока.
Привет.
А я тут ждал.
У тебя стыда нет.
Поверить не могу, что ты творишь. В гроб меня сведешь.
- Что ты делаешь? - Идешь?
Ты куда?
Алло?
Адела, милая, это ты? Ты в порядке?
Ответь, пожалуйста.
Добрый день.
Привет. Ты в порядке?
Да. Я иду спать.
Слушай, А. Д., мы хотим с тобой поговорить. Подойдешь?
Лучше в другой раз. Я очень устал.
Слушай, А. Д., мы пытались.
Мы все разные, у тебя свои драмы,
но у нас с Анхелой один подход к коммунальному житью, и он не таков.
Мы не знаем, как к тебе подойти, А. Д.
И прости, конечно, но, может, это место не для тебя.
Если мы чем-то тебя напрягли, скажи, но ситуация отстойная.
Я не могу так жить.
Мать моя женщина.
И всё?
Ты полгода с нами не разговаривал из-за этого?
Поверить не могу.
Простите.
«Простите», А. Д.?
Думаешь, меня правда зовут Гато? «Кот»?
Что моя мать мяукает и у нее восемь сисек?
Нет.
За кого ты нас принимал?
Ты видел, как я вожу сюда парней, девушек, и тех, и других…
- Кого снимет. - А она?
Она даже не знает, чей это ребенок.
Нет.
Кто-то из трех.
Двое из моего города и немец-хиппи, который жил в пещере.
- Всё, что я скажу. - Лишь бы не я.
А. Д., дорогой,
мы знали.
Ну, догадались. И нам всё равно.
Поэтому мы тебя и приняли.
Ты идеально вписываешься в наш блядский домик.
Да, сладкий?
У него дома есть такие книги, о которых церковь еще будет говорить.
Он правда священник? С таким голосом?
Еще и очень красивый.
Это супер.
Я просто охренела насчет антикварного магазина.
Если посмотреть, всё сходится.
Даже бесит, какой ты интересный.
- Ну что ж. - Всё?
А вы?
Как тебя правда зовут, Гато?
Мы еще не настолько близки.
Я из Такоронте на Тенерифе.
Полегче, сеньор маркиз.
Я работаю дома, сую приглашения в конверты,
собираю ручки, что попало.
- А семья? - Примерно как твои.
Я их люблю, они хорошие.
Я могу всегда вернуться домой,
но пришлось бы отказаться от важного.
А твои?
Мой отец — плотник, ярый фашист.
Моя мать — прекрасная женщина,
очень умная,
которая по ошибке вышла за скотину.
Я говорю с ней каждую неделю. Но не с ним.
Ты реставратор?
Держи нежно, как кисть.
Вдыхай, как будто увернулся от нежеланного обязательства.
Вот так.
Посмотрим.
Фото.
Прекрасно.
Твой первый косяк, да?
Народ, со всей нашей драмой дома
я забыл сказать вам кое-что важное.
Я сегодня лишился работы,
денег осталось только на два месяца аренды.
У нас с ним вся жизнь — сплошная неизвестность.
Два месяца — это эпоха.
Разберешься.
Конечно.
- Заходите. - Пошли.
Хорошо.
Нет, дорогой, нет.
Сегодня — первая глава наших поисков утраченного времени.
Сегодня ты пойдешь со мной.
Что-то мимолетное и слегка искусственное
Мои золотые девочки.
Как электрическая вспышка
Которая может убить…
Алана!
Как дела?
Прекрасно выглядишь. Давно не виделись.
Еще поболтаем. Покажу ему всё.
Ладно.
Йогурина, сколько сисек.
И на вкус как молоко. Привет.
Которая может убить…
Роберта!
Любовь моя.
Она нимфоманка. Высший класс.
Ла Проибида.
Достаточно. Спасибо.
Пойдем к ней. Не бойся. Мы дружим.
Проибида!
- Привет. - Привет!
А этот гомик?
Меня зовут А. Д.
- Адэ? - А. Д.
А, как «ад».
Ну что, привыкнуть и к аду можно.
Хочешь, яичницу тебе пожарю?
У нас всё есть, зая.
- Еще увидимся? - А то.
Она бы правда пожарила.
Выпьем?
Крис.
- Привет, киса! - Привет, принцесса.
- Как ты, красавчик? - А ты?
- Что тебе? - Две водки с лимоном.
Очередной новый гомик?
Как дела? Я Кристи.
- Добро пожаловать в дурдом. - Лей, не жалей.
Киса, я слишком тебя балую.
Спасибо. Ты лучшая.
Дашь покурить — будем квиты. Сил нет.
- Ладно. - Идите, веселитесь.
У меня не четыре руки.
Всего две. А то я бы не тут была.
Они обе назвали меня гомиком. Обе.
Лизни.
«Гомик» — единственное слово в языке,
которое бывает в мужском, женском, среднем роде, бывает один или много…
«Гомик» — это мечта.
Не думаю, что это так.
Не думаешь?
Заткнись, гомик, я тебе такое расскажу, ты не поверишь!
Видишь?
Я не с вами говорю, эгоцентрики хреновы!
Моя песня.
Потанцуем?
Пропустите! Эта песня!
Ты
Что тебе надо делать
Вот что
Собирайся и выходи
С современными людьми
И танцуй на дискотеке
У тебя должен быть
Школьный диплом
Ты не должен никого радовать.
Потанцуем?
Если хочешь чего-то достичь
Тебе надо
Надеть пальто наизнанку
А еще тебе надо
Записаться на курс английского
Что тебе надо делать
Что нам надо делать
Иметь свой собственный стиль
Не отказываться от того, что любишь
Из страха, что скажут другие
И наконец укрепить нашу дружбу
Посмотрим…
Знаешь, о ком я?
Я говорил тебе про синтетическую смолу Джексона Поллока.
Я запутался. Ты как энциклопедия.
Вот мы и дома.
- Спокойной ночи. - Спокойной ночи.
Иди сюда. Не спи один.
Что?
Не спи один. Иди сюда.
Рамон Висенте.
Гато. Это его настоящее имя.
- Кто это? - Это Патрисия.
- Спускайся. - Патрисия.
Что ты тут делаешь? Кто тебе дал адрес?
Исидоро, и скажи спасибо, что не он пришел.
Он злится.
Можешь сказать ему, что я извиняюсь,
но не вернусь.
Эй, успокойся, дьячок. К чёрту Исидоро.
Я пришла к тебе.
Ладно, спасибо.
Но я в сложной ситуации.
Мне надо подумать, а для этого мне надо поспать.
Тебе нужна работа и документы.
Подержи.
Ты куда?
С документами не помогу, но с работой вполне.
Официант из тебя просто ужасный.
Но держишься ты элегантно. У тебя есть манеры.
Отель или магазин-люкс?
- Антикварный магазин отца. - Видишь? Отлично.
Мне нужен такой человек.
Буду платить на 25 тысяч в месяц больше, чем Исидоро.
Что за работа?
Симпатичное отделение банка.
После вчерашнего пьянства ты отупел.
Я не хотел грубить, Патрисия.
Я шлюха, А. Д., а не фашистка.
Можешь говорить это вслух.
Да, но я не буду ни с кем спать за деньги.
Остановись, у меня твоя сумка.
С кем ты спишь и почему — твое дело.
Ты мне нужен вот зачем.
Во-первых, сидеть в приемной.
Это не то, что ты думаешь.
Во-вторых, быть моим личным ассистентом.
Почему ты мне помогаешь, Патрисия?
Потому что в баре только ты помогал мне на лестнице.
Такси! Поехали.
Начинаешь сейчас же. Поехали в клинику.
Погоди, Патрисия. Я воняю. Мне нужен кофе и душ.
Некогда. Ты в норме.
Похож на жиголо в фильме Пазолини. Пошли.
Надеюсь, ты дашь мне свои документы для оформления.
Да?
Да.
Спасибо.
Это здесь.
Доброе утро, Патрисия. Как ты?
- Доброе. - Привет.
- Тебя скоро вызовут. - Спасибо.
Я так расслабилась с тобой.
Мне это и надо.
Я просыпаюсь от собственного храпа.
Вот ты где.
Я возьму такси и подожду тебя на улице.
Как ты?
Ты так рано встал.
Я нашел работу.
Уже?
Чёрт.
Впечатляет.
Где?
У одной из завсегдатаев бара.
Это нам пригодится. Амадео поднимает арендную плату.
Сорок тысяч песет. Сукин сын.
Анхела в полной жопе. Я тоже.
Слушай, мне надо идти.
Мне надо на работу.
Поменяешь ему подгузник, когда он срыгнет? Пахнет.
Всё в комнате Анхелы. Нижний ящик.
Просто заходи.
Всё хорошо?
Да.
Прежде чем открыть дверь, уточни данные записи.
Кто клиент, кто им занимается,
в какой комнате и что им нужно.
Бери у них пальто и другие вещи и складывай в шкаф напротив стойки.
Здесь твое рабочее место.
Обычно они звонят по телефону,
чтобы заказать услуги.
Ты спрашиваешь их имя только один раз
и никогда не произносишь его вслух, ясно?
- Спросить, чего они хотят? - Нет.
Никогда не спрашивай.
Первый раз всегда со мной, и он самый важный.
Они должны сказать мне, чего ищут и какой путь выбирают.
А если не знают, я им помогу.
Это Версальский зал.
Тут работает мадам Вега.
Идем.
Это медицинская комната.
Тут работает мадам Альтэр.
И это используется для…
Никогда…
И это очень важно, А. Д.
Никогда не суди тех, кто сюда ходит.
Нужно много смелости, чтобы принять свои желания и доверить их другому.
Это священно.
А тут работаю я. Это темница.
А .Д.,
ты должен помнить одно.
С момента, как ты заходишь сюда, и до момента, когда уходишь,
ты будешь называть меня «госпожа Фели» или «мадам Фели».
Понял.
Вот раздевалка. Всегда стучись перед входом.
На днях он заставил меня надеть маску свиньи.
- Это наш Фернандо? - Да.
Девочки.
- Как дела, милашка? - Хорошо.
Он мне нравится, госпожа.
Очень приятно, А. Д.
Мне тоже очень приятно.
А. Д., клиенты переодеваются в комнатах.
Подготовь всё и принеси перед их приходом.
Твои униформы здесь. Два комплекта.
Начинаем через час.
Спрашивай что угодно.
Он не понимает.
Ребята, идите, ладно? Завтра увидимся.
- Пока. - До завтра, Иса.
Похоже, моя судьба — быть терапевтом всех пожилых дам вокруг тебя.
Если Патрисия услышит, что она «пожилая», она тебя закопает.
Мне туда.
Давно ты в Мадриде?
Моя временная работа закончилась
через месяц после твоего исчезновения.
Как у тебя дела?
Солнце, не уверена, что я так могу.
Светская беседа между знакомыми, которые случайно встретились…
Не знаю, хочу ли говорить тебе, что я тут делаю.
Я понимаю. Не знаю, что сказать. Прости.
Значит, причина в этом?
Я тебя не сужу.
Правда.
Но, конечно, внезапно увидеть тебя в таком виде…
Я много раз представляла себе нашу встречу,
но такой сценарий мне в голову не приходил.
Конечно.
Почему ты здесь?
Потому что я уже однажды сбежал и больше не хочу.
Я дам тебе мой номер?
Он у меня уже есть.
У меня новый.
Тогда давай.
Говори.
- 655. - Да.
34-72-85.
- Как сохранить? - Просто «А. Д.».
Не очень оригинально.
- Счастливо, А. Д. - Счастливо.
У тебя легкая рука.
У моей бабушки диабет.
Как тебе первые дни?
Хорошо. Я быстро осваиваюсь.
Я тоже так думаю. Ты молодец.
- Я рада, что ты здесь. - Спасибо, госпожа.
Просто Патрисия, когда мы закрыты.
Поужинаешь у меня?
Я сделала отличный ахобланко.
Нет, спасибо, Патрисия.
Как хочешь. Я сейчас пойду.
ГЕРТРУДА СТАЙН АВТОБИОГРАФИЯ ЭЛИС Б. ТОКЛАС
Да.
Я только что ушла с середины невыносимого спектакля.
- Настолько плохо? - Слишком хорошо.
Настолько, что я не выдержала.
- Ты еще там? - Да, я здесь.
Не могу перестать о тебе думать.
Аналогично, и это ни хрена не смешно,
потому что я думаю уже несколько месяцев
о том, что случилось в тот раз в Памплоне.
Со мной случилась только ты, Исабель.
Я не знал, что делать.
И не знаю.
Да, солнце, но я схожу с ума, потому что…
Я не знаю, кто ты.
То есть это ты, но…
Я влюбилась. Совсем не хотела тебе так говорить.
Я влюбилась в чопорную сеньориту из воскресной школы, а тут…
Не знаю… Странная модель Кельвина Кляйна.
Не знаю, что сказать.
Слушай, я сейчас не засну.
И ты, похоже, тоже.
Может, встретимся?
Вот. Хочешь? Я только купила.
Так что был за спектакль?
Новая версия «Служанок».
С этими потрясающими актрисами.
Ты уже решилась тут выйти на сцену?
Нет, но я бы хотела.
Я за этим и приехала. Играть, а не быть массажисткой, но…
Этот город четыре месяца меня мучает.
Я обожаю тебя на сцене.
Не издевайся, Адела.
То есть А. Д., прости.
Это у тебя был окситоциновый кайф.
Не говори так.
Я искренне сказала.
Слушай, я видела, как ты смотришь на эту картину,
которую мы вместе видели,
и называешь имя художника… Как его звали?
- Гвидо Рени. - Точно, Гвидо Рени.
Никогда о нём не слышала.
Я к тому, что я видела твое лицо, когда тебя что-то восхищает.
Не представляешь, каково это — видеть женщин, созданных для сцены,
и сравнивать себя с ними.
Чёрт бы их побрал. Они произносят слова так веско
и при этом так легко.
Они внезапно преображаются физически.
Они…
Они неотразимы.
Я говорю те же слова с той же интонацией,
я полна эмоций, но чувствую себя уродливой.
Не знаю, как еще это объяснить, но…
Я чувствую себя позорной уродиной.
- С этой стороны всё не так. - Ну да.
Нет, то есть…
Лучшие моменты в моей жизни
были такими благодаря красоте, созданной другими.
И конечно, я знаю, каково это — быть уродиной в группе.
Не чувствовать себя такой, а быть.
Слышать это от других.
Люди ничего не понимают.
Именно.
Я ходила к твоему другу-священнику.
Правда?
После твоего исчезновения.
Я один раз о нём слышала, когда ты была пьяна.
Был пьян. Извини.
Но было ясно, что он твой близкий человек.
И как всё прошло?
Он просто прелесть.
Он помог мне лучше тебя понять.
Иногда мне пишет. Кстати, он знает, что мы встретились.
Мне не сказал.
Наверное, ждет, пока ты скажешь.
Он тебя очень уважает.
Боже.
Обожаю это место.
Часто тут бываю. Машу ручкой искателям приключений.
«В субботу мне снился сон о тебе.
У нас была группа,
но мы не пели и нас поймали.
Мне не хватает твоих визитов в слезах, с просьбой о совете.
С тобой я чувствовал себя Конфуцием.
Я люблю тебя.
P. S. "Если бы я не создала весь свой мир,
я бы точно умерла в чужих мирах".
Наша Анаис».
Полтора часа ушло.
Наконец-то он заснул. Я чуть не описалась.
Тебя вчера долго не было, да?
Работа.
Накрасишь на этой руке? Я не могу.
Наверное, Гато.
Разбудит малыша. Откроешь?
Ты что, пьян?
Вы здесь, я так и знал.
Амадео, в чём дело?
Надо поговорить.
Для этого есть звонок и телефон.
Чтобы поговорить. Так нельзя.
Кому нечего скрывать — не боится.
Это же мой дом.
Нет. Это ваша собственность, но не ваш дом.
Мы за это платим.
Послушайте, дети.
Не хочется, но придется повысить аренду.
У меня просто нет выбора.
А еще ребенок. Я поэтому пришел.
Какой ребенок?
- Мой сын? - Твой сын.
Анхелес, соседи жалуются.
Тут пожилые люди, мне дети не нужны.
Какие соседи жаловались?
Я называю грех, а не грешника.
Анхела. Меня зовут Анхела. Ан-хе-ла.
И мне надоели ваши поговорки. Хватит.
Давайте обойдем все квартиры.
Посмотрим, кто жаловался на малыша.
- Ради Бога, успокойся. - Ну уж нет.
- Я не успокоюсь. - Так нельзя.
Не слышишь? Он ревет.
Как умирающий олень!
- Да, Анхела? - Мой малыш вам мешает?
Нет, с чего бы?
Он говорит, что соседи жалуются.
Я не про него, но слышно с шестого этажа.
Есть и другое. Арендная плата.
Звоните, говорите, всё обсудим.
Хотите выкинуть моего малыша на улицу?
Я с вами не могу. Всегда одно и то же.
Объясните, в чём дело!
Он повышает аренду.
Вы расстроены, Амадео.
Говорит, малыш мешает соседям.
Послушайте эту истерику. Во всём подъезде слышно.
Простите, Амадео, я ничего не слышу.
Подождите.
Что? Не шути со мной.
Нет. Никакого детского плача.
Извините.
Пойдем домой.
Амадео, поговорим в другой день.
Рад вас видеть, как всегда.
Где мы добудем эти чертовы деньги?
Чёрт побери! Даю месяц на оплату!
Вот же сукин сын.
Эй, парень, подойди.
Помоги с сапогом, пожалуйста.
Какое облегчение.
Выглядят ужасно.
Давай помассирую.
Продолжай.
Так приятно.
Хватит с нас, Фели.
Я становлюсь неуклюжей.
Продолжай.
Больно, но приятно.
Мне с ними повезло.
- А им с тобой. - Да, им со мной.
Я счастлива, что могу сохранить этот бизнес.
Может, через годик повешу сапоги.
Тебе пора отдохнуть.
И тут полно работы. Не соскучишься.
А ты? Что ты хочешь делать?
Я? Мне тут нравится.
У тебя есть талант и мозги, ты тут ненадолго.
Пока тебе и нам это подходит,
но я спрашиваю, что ты хочешь делать.
Не знаю, Патрисия.
Знаешь, что я заметила на бюстье?
Что?
На нём был твой запах.
И не запах твоего дешевого крема для рук.
Твой запах.
Я надел его, когда зашивал, чтобы…
Не волнуйся. Я тебя не сужу.
Ты — моя семья. Ты в доме мадам Фелины.
Носи что угодно, но возвращай чистым.
Иди сюда. Сядь.
Чего ты от меня хочешь? Что мне сказать?
Скажи, как ты решил быть собой. Принимать гормоны.
Почему вдруг сейчас?
Потому что я сейчас спрашиваю.
Не знаю. Недавно. Когда уехал от родителей.
Но ты, наверное, думал об этом раньше?
Правильных ответов нет. Мне любопытно.
Не знаю, Патрисия.
Мне сделали операцию без моего разрешения!
Не ради меня, а ради них.
Я понимаю.
Ты решил взять дело в свои руки.
Это понятно.
Иногда надо восстать и сказать: «Да пошли вы все».
То, что со мной сделали, не исправить.
Когда людям тревожно, они способны на всякую жестокость, А. Д.
Так устроен мир.
«Нормальное» — это оправдания,
чтобы трусливым людям спокойно жилось.
Они даже законы придумывают.
Помоги мне.
- Точно? - Да, дай мне костыль.
Пойдем к зеркалу.
Знаешь, как я поняла, что я женщина?
- Нет. - Ответ не здесь.
И не в этом дерьме.
Не это делает меня женщиной.
И не это.
Это ничего обо мне не говорит.
Я женщина, потому что об этом орет мое нутро.
Потому что всё, что я говорю, делаю,
чувствую…
Всё, что делает мне больно и радует меня,
кричит отсюда.
Отсюда, А. Д.
И если бы я не послушала, это бы точно меня убило.
Я бы сгнила.
От своего нутра не убежать, А. Д.
Никак не убежать.
О чём орет твое?
Ни о чём.
У меня внутри тишина.
Я чувствую лишь злость.
То, что ты сделал, было смело.
Но ты всё еще подчиняешься, не понимая этого.
Злость уравнивает всё ужасным образом.
Нас с тобой ненавидят одинаково.
Но мы не одинаковые, солнце.
Идем со мной.
- Ты в порядке? - Да.
Прости.
«Я попробую всё исправить.
Доверьтесь мне.
Анхела, подмени меня на работе на день.
Приходи в 12:00 по адресу Пасео дель Пинтор Росалес 118, 1А
и скажи Патрисии, что ты от меня.
Люблю вас. А».
Добрый день.
- Я бы его съела. Можно? - Нет.
Привет, лапочка.
Заходи. Назначено?
Нет, я от А. Д.
Я ищу Патрисию.
- Ясно. Минутку, ладно? - Ладно.
Он оставил записку, что поехал за деньгами,
и велел мне идти сюда.
Вроде бы только на день, как я поняла.
Ну дает! Господи боже. Он хранит больше тайн, чем дворец Линарес.
Ладно, показать тебе, что-как?
Я не знаю, что с ним делать.
С ним некому сидеть. Соседа нет дома.
Не волнуйся. Это не проблема.
Иди сюда, киса.
Давай.
Встань.
Он врач. У него трое детей, он будет тут весь день.
Он посидит.
С малышом?
Всё будет хорошо.
Алло?
Привет, Сантьяго.
Я бы бросил трубку…
Это было бы понятно, но не надо, прошу.
Мне нужна твоя помощь.
Адела, что случилось?
Неужели это так серьезно?
Ничего, Сантьяго. Всё нормально.
- Но только ты можешь мне помочь. - Конечно.
Адела, приезжай в Памплону, тут мне всё расскажешь.
Если не захочешь, никто не узнает, что ты здесь.
Адела, ты там?
Да, я здесь.
Сантьяго, у меня финансовые проблемы, мне нужны мои деньги.
Вот это наглость, Адела.
Невероятно.
Полгода ни слова от тебя, ничего.
Я представлял себе самые ужасные сценарии, твои родители со мной не разговаривают.
Я умолял отца Хосе Марию сказать мне, жива ли ты вообще.
И вот ты соизволила мне позвонить, но только ради денег.
Вот кто я для тебя.
Нет, Сантьяго.
Я не могла с тобой разговаривать.
Для этого пришлось бы вернуться, а я не могла.
Прости меня, Сантьяго. Пожалуйста.
Я правда не заслужил объяснения?
Я бы понял что угодно.
Чёрт побери, Адела…
В последний раз, когда мы виделись, мы целовались.
Мне так жаль.
Прости меня, пожалуйста.
Инвестиции — не то же самое, что счет в банке.
Есть условия, снять деньги не так просто.
У тебя тот же номер счёта?
Да.
Я переведу изначальную сумму со своего счета
и оставлю себе твои облигации.
Это замечательно.
Сантьяго, спасибо.
Не знаю, что сказать.
Тогда не надо больше ничего говорить.
Погоди. Не вешай трубку.
Если бы я осталась,
если бы могла остаться,
то это был бы ты и это было бы прекрасно.
Желаю тебе найти то, что нужно.
И я тебе, Сантьяго.
Я уже знаю, что меня ждет.
Десять улиц и 99 человек.
АНТИКВАРНЫЙ МАГАЗИН ДЕ ХУАНА
Ты вызвал сантехника?
Руки не дошли. Извини.
- Скоро потолок обрушится. - Я знаю.
- Что? - Посмотрим.
Слава Богу!
Где ты был? Мы волновались.
Что-то случилось?
Вопрос с арендной платой решен. Больше не волнуйтесь об этом.
- Как нам не волноваться? - Анхела.
Потом поговорим.
Я не понимаю.
Привет, дорогой.
Мы по тебе скучали, но твоя подруга молодец.
Хочешь поговорить?
Закажем китайскую еду?
Я не хочу есть. Спасибо, Лидия.
Ничего.
Но если передумаешь,
знай, что моя дверь всегда открыта.
И двери всех нас.
А если тебе стыдно,
имей в виду, что мы работаем со стыдом каждый день.
- И превращаем его в счастье. - Точно.
Не засиживайся слишком долго.
Да. Оставь это, я закончу.
Пока.
Хорошего вечера.
А. Д.!
А. Д., что ты делаешь? В чём дело?
А. Д., перестань.
- Отстань от меня. - Перестань.
Послушай меня, солнце.
Ты напугаешь малыша.
Тише.
Анхела.
Мы здесь.
- Мы с тобой. - Не хочу, чтобы с ним что-то случилось.
С моим телом, Гато.
Анхела.
- Ничего. - Пусть больше ничего не случится.
- С моим телом. - Ничего не случится.
Обещаю. Мы вместе будем о нём заботиться.
- Да? - Конечно, зайка.
Конечно.
Больше ничего не случится.
Ладно? Мы с тобой.
Всё хорошо.
Ты столько говоришь во сне.
О чём?
Не знаю. В какой-то момент было что-то про десять заповедей.
Почему ты пришла?
Потому что…
мне сказали, что с тобой было,
и потому что…
я не могу без тебя.
И потому что, как я говорила, я ненавижу боль, А. Д.
Я хочу, чтобы ты сказала мое имя.
Я ненавижу боль. И твою, и мою, Адела.
Мне этого не хватало.
Это вы мне говорите, сеньорита?
И что мы будем делать?
Будем настаивать.
Будем настаивать на своем, солнце.
Давай, вставай.
Поднимайся.
Давай, тело лениво и любит бездействовать.
Смотрите.
«Мы должны веселиться и радоваться,
ведь твой брат, твоя сестра или эта оторва
была мертва и ожила.
Была потеряна и нашлась».
Вот ты придурок.
Что ты здесь делаешь?
Пути Господни неисповедимы.
Будешь говорить как священник?
Это всё они, красавцы.
Они позвонили и рассказали о тебе, и я сразу приехал.
Пойдем на балкон.
- На улицах так красиво. - Идем.
Смотрите.
Хочешь туда?
Завтра.
Завтра. Да.
Я не просто тишина
Не просто рана, что не заживала
Я не только страх в зеркале
Который оттолкнул Тех, кто хотел меня обнять
Я оставляю позади отражение Вызывавшее во мне сомнение
Я беру себя в свои руки
Я медленно открываю себя
Мое тело — мой дом
Я — мой собственный дом
Я больше не прячусь в старой лжи
Я не молчу, чтобы было спокойнее
В своих глазах Я несу грядущий свет
Я — мой собственный флаг
Я крепко стою в своем покое
И с ветром
Я начинаю танцевать…
Я беру себя в свои руки
МОЯ ПРЕКРАСНАЯ СЕНЬОРИТА
Я медленно открываю себя
Мое тело — мой дом
Я — мой собственный дом
Я выбираю свет
Я выбираю мои шаги
Я выбираю мое имя
Я выбираю мою любовь
Я не боюсь видеть свои тени
Вину, притворство
Я приветствую девочку
Которая не умела плакать
Я принимаю ярость
Которая некогда заставляла молчать
И привычку
Задерживать дыхание
Я оставляю позади отражение
Вызывавшее во мне сомнения
Я оставляю позади взгляд
Пытавшийся меня сковать
Я тоже хожу в музеи, когда мне одиноко.
- Знаешь почему? - Почему?
Потому что тут так тихо и спокойно.
А когда выхожу обратно,
жизнь снова удивляет меня своим шумом и суетой.
Вам не становится там еще более одиноко?
Иногда.
Но я чувствую себя живой.
А жить — это восхитительно.
Сеньорита.
Проводите меня к выходу, пожалуйста.
Спасибо.
Я беру себя в свои руки
Я медленно открываю себя
Мое тело — мой дом
Я — мой собственный дом
Я выбираю свет
Я выбираю мои шаги
Я выбираю мое имя
Я выбираю мою любовь
Перевод субтитров: Юлия Эво