Знаешь...
Я ценю преданность.
Это благородная позиция.
Но при этом изнуряющая.
Ты, мой друг...
Ты выглядишь измученным.
Выйдя из тюрьмы, я поклялся, что никогда не сяду.
Но я так или иначе снова и снова ощущаю себя узником.
Известность. Слежка. Застенки собственного разума.
Даже шикарный пентхаус – это всего лишь роскошная клетка.
Я знаю, что ты там.
Я чувствую твой запах. Ты там, ублюдок.
Ну же, давай. Тебя никто не боится.
Я тебя не боюсь. Давай.
Ну же, ублюдок. Вот он я.
Арестуй меня.
Врешь!
Выходите. Ну же. Быстрее.
Они вернутся.
Ребята, яхта Арти затонула.
- Что? Альдо, сядь, прошу. - Здесь небезопасно.
Как насчет Косумеля? Твой дружок-контрабандист.
Да.
Вас отвезут в Мехико, в отель «Корасон».
- В город? - Да.
Мой человек поможет вам добраться до карибского побережья.
Федералес будут повсюду.
Знаю, это опасно. Но другого пути нет.
Выезжаем сейчас же.
Стой, Альдо, дружище... Мне так жаль.
Спасибо тебе. Правда.
Не за что. Идем.
Мы у тебя в долгу.
Вы отплатили мне своей дружбой.
- Берегите себя. - Спасибо.
Мы тебя не предадим.
Знаю, друг. Que viva la revolución.
Ándele.
СПУСТЯ 15 ЧАСОВ ОТЕЛЬ «КОРАСОН», МЕХИКО
Пришли.
Ола, ми амига.
Простите. Я буквально на минутку.
Приехали мои друзья. Я не прощаюсь.
Какого чёрта ты тут делаешь?
Приехал довести начатое до конца.
От тебя ничего не нужно.
Езжай домой.
Оставь его.
- Я должен всё объяснить. - Берт...
Сейчас не время.
У него только что умер отец.
Сейчас нужно думать о деле.
На него нельзя положиться.
Обойдемся своими силами.
Берт, у тебя удивительный дар подводить друзей.
Легко, не моргнув глазом.
Мы думали, ты в тюрьме или мертв.
Канстлер не знал, где ты.
А потом выяснилось, что ты у Джессики. Обдолбался до чёртиков.
Знаю.
- Я мудак. - Что?
Прости за всё, во что я тебя втянул.
Но теперь я здесь.
Да, вот только ты опоздал.
Найду машину.
Милый, тебе нельзя на улицы.
Они выследили нас в Елапе. Уверена, здесь тебя тоже ищут.
Тебе что, жить надоело?
Не знаю.
БОЛЬШАЯ СИГАРА
ОСНОВАНО НА СТАТЬЕ ДЖОШУА БЕРМАНА
Ола.
Хорошо тут покутили.
У федералес нелады с манерами.
Ты Альдо, так?
Верно, сэр.
Вижу, тут что-то искали.
Они спросить забыли?
Спросили. Но мне было нечего ответить.
Ну да, я просто уточняю.
Просто уточняю.
Так ты не сказал им, что знаешь, где сейчас Хьюи П. Ньютон?
Что укрывал его,
помогая избежать наказания за убийство при отягчающих обстоятельствах?
В наших с тобой странах это серьезное преступление.
Привет. Эй,чико, ола!
Привет.
Дай пять. Cinco. Что это у тебя?
Папа...
Чего все в них рядятся?
В чёртовом берете люди похожи на клоунов.
Может, он его на пляже нашел.
Заткнись.
Ну же.
- И ты заткнись, спиногрыз. - Брось. Успокойся.
Куда они направились?
Будь другом, сделай одолжение. Прошу.
Мне нужно на Косумель. Я заплачу. Долларами.
Нет.
- Нет. - Ну пожалуйста.
Это не так уж далеко.
- Выручай. - Нет.
Эй! Хьюи.
Слушай, я облажался.
Пойми, я... Я испугался.
Ну да, а теперь решил явиться сюда,
рискуя подставить нас, чтобы самому полегчало?
Зачем ты так. Я не...
У меня в семье кое-что приключилось, и...
- Ладно, неважно, я... - Верно.
Это неважно. Совсем.
Я тоже облажался.
Зря я связался с Голливудом.
Но ты...
Я ведь правда думал, что могу на тебя положиться.
Я докажу, что так и есть.
С чего бы мне снова тебе верить?
Что изменилось?
Я больше не боюсь умереть, вот что.
Мне плевать.
У меня было столько идей. Политика. Убеждения.
А в итоге вырубился у телки.
Так чего мне теперь бояться?
Я потерял всё. Кроме тебя.
Я лишь хочу отвезти тебя на Кубу. Даже если ценой своей жизни.
Круто, ага.
Прошу. Для меня это очень важно.
Круто, серьезно.
Помощь революции дает тебе смысл жизни или что там еще.
Эй, стой!
Проклятье.
Но у меня есть дела поважнее.
Я здесь не ради революции.
А ради тебя.
Что за бред?
Тебя бы здесь не было, будь я всего лишь сыном Уолтера Ньютона.
С самого начала ты дружил со мной, считая, что я следующий Малкольм.
Тебя вечно тянет на авантюры.
Ты метишь в Джоны Брауны.
Но если нужно атаковать Харперс-Ферри, ты тут же в кусты.
Ты здесь, потому что верил, что я изменю мир.
И ты... Ты хотел участвовать в этом.
Вот и всё.
Не обманывайся.
Можешь не прощать меня.
И не говорить со мной.
Главное – попасть на Кубу.
Все разговоры в прошлом.
Теперь – реальность.
На Косумеле меня ждет лодка.
А я жду машину, которая нас туда отвезет.
КОСУМЕЛЬ, МЕКСИКА
Привет, красавица.
Я ищу капитана,
который согласился бы отправиться на Кубу.
Не совсем то, о чём я просил, но...
Ладно.
- За нас. - За нас.
Я тебе про капитана толкую...
Больше нет.
Вам нужен тот, кого зовут Пират.
Грасиас.
Он вас слушать не станет.
- Я вас представлю. - Заплати.
Да.
Я вот что хочу спросить.
Если найдешь его, что планируешь делать потом?
Если доберусь до него, арестую.
Если он удерет, продолжу погоню,
пока полиция, федералес, да кто угодно, не поймает говнюка.
Вот такие планы.
Сеньоры, говорят, вы планируете небольшой круиз.
СПУСТЯ 14 ЧАСОВ КОСУМЕЛЬ, МЕКСИКА
Мы должны залечь на дно в церкви.
Погоди-ка. Откуда нам знать, что там безопасно?
Священник – теолог освобождения, укрывает политических беженцев.
Альдо сказал, его человек будет ждать в баре где-то здесь.
- Пошли. - Нет.
Если церковь – убежище, отправляйся туда.
Дай Берту проявить себя.
- Я готов. - Плевое дело.
Не выпендривайся. Иди и договорись.
Пошли.
Ты в порядке?
Укроемся в церкви, пока не достанем лодку.
По рукам?
Деньги вперед.
Если что случится с лодкой – купите новую.
Что? Мы же договорились.
В кубинских водах очень опасно.
Их флот хоть и нищий, но дело свое знает.
Если лодку потопят, мне нужна новая.
Если ее потопят, ты-то как выживешь?
Если ее потопят, молись, чтобы вместе со мной. Идет?
Идет.
Надеюсь, выживешь.
Спите здесь. Тут вы в безопасности.
- Спасибо. - Спасибо, отец.
В чём дело?
Ты отправила их решать дела с контрабандистом.
А мы прячемся будто церковные мыши.
А ведь он налажает. Он всегда лажает.
Я думала, ты прозрел.
Тогда, в океане.
Я решила, что ты взял на себя ответственность.
Так и есть.
- За свои действия? - Да, говорю же.
Он взял ответственность за свои. Ты должен его простить.
Он этого не заслужил.
Знаешь, ты прав. Не думаю, что он это заслужил.
Иначе прощение было бы не нужно. Но речь не о нём. А о тебе.
Это ты умираешь от этой ярости, этой злости.
Знаю, ты не понимаешь, как это сделать,
ведь ты не умеешь. Придется научиться.
Ты должен простить себя.
Я тоже этого не заслужил.
Заслужил.
Ты заслужил.
Милый, когда же ты поймешь?
Всё это время ты ждал, чтобы они пришли и застрелили тебя.
Как малыша Бобби.
Как Фреда, Джорджа, Малкольма и Мартина. И всех остальных.
Но правила изменились. Теперь они хотят, чтобы мы сами это сделали.
Они хотят, чтобы ты, я, все мы жили в страхе.
Страх ведет к реакционизму.
Но Хьюи, которого я знаю, не реакционист.
Хьюи, которого я знаю, – революционер.
Ты...
Ты не отступишь, да?
Это и есть любовь.
Решать тебе.
Я решил.
Выходи за меня.
Говоришь это только потому, что мы можем не выжить.
Да, мы можем не выжить.
Можем умереть сегодня. Завтра в море.
На Кубе через неделю.
Когда бы ни пришел мой час, Гвен...
...я хочу умереть твоим мужем.
Ты это не серьезно, Хьюи.
Брось. Вот церковь. Вот священник.
- Ты рехнулся... - Что...
Что мне сделать? Стать на четвереньки?
- Для начала на колено. - Ладно, сейчас.
Нет, я... Прошу, прекрати.
Если ты серьезно,
всё обдумай и достань мне кольцо.
А потом сделаешь предложение, идет?
Идет.
В отеле ты спросила, ищу ли я смерти.
Я думал над этим. Размышлял.
И я задал себе вопрос. Почему я до сих пор не сдался?
Дело в людях? Или в мечте?
В революции.
Для меня это уже давно касается не только революции.
Дело в тебе, Гвен.
Я держусь ради тебя.
Я люблю тебя.
Даже когда не любил самого себя, тебя я любил по-прежнему.
Ты для меня всё.
Ты и есть всё.
Всё ради тебя.
Ты стала частью меня. А я хочу быть частью тебя. Всегда.
Я люблю тебя.
- Если нужно это говорить... - Нет.
Просто я хотела это услышать.
- Так ты согласна? - Да.
- Да?
Свадебное лассо выражает
вечные узы любви и брака.
Цифра восемь.
Без начала и без конца.
Пусть союз, скрепленный лассо,
вдохновляет вас.
Пусть Святое семейство, Иисус, дева Мария и Иосиф Обручник...
Объявляю вас мужем и женой.
Не помешаю?
Я ненавижу свадьбы. Но это была красивая церемония.
Я рад, что присутствовал.
Сомневался, что ты разрешишь.
Тогда какое же это прощение?
Боже.
Я не бывал в стольких отстойных барах даже во время учебы в Техасе.
- О чёрт. - Я спец по барам.
Охотно верю.
О боже.
Ты решил, чем займешься, когда с этим будет покончено?
- Опять работа под прикрытием? - Не знаю.
Может, ты был прав.
И не сомневайся. Насчет чего конкретно?
У тебя есть любимая женщина.
О да. Мне 36.
Но с ней в койке ощущаю себя на 18.
У меня была девушка.
Из хиппи.
Она узнала, чем я занимаюсь. И всё равно любила.
Бывало, я даже забывал, кто я на самом деле.
Хотел послать ФБР к чертям собачьим. Проклятие.
Я был свободен. Я был одним из них.
Элис... Лишь занимаясь с ней любовью,
я мог по-настоящему забыться.
В нашем случае иногда лучше пребывать в забытьи.
Проклятие.
Чёрт! Секунду. Иду.
Я вас везде ищу.
В бар заходили люди.
Им нужно на Кубу.
Хьюи Ньютон.
Чёрт. Пошли.
Нет, погоди...
Идем. Давай.
Чёрт.
Где мы будем жить?
Может, расстелим одеяло в каком-нибудь переулке.
Кастро примет нас с распростертыми объятиями.
Поселит нас в милом домике.
Представь. С тростниковой крышей.
Оттуда видно океан?
И слышно каждую ночь.
Вдохни соленый воздух. Почувствуй бриз.
Там я счастлива.
Я счастлив здесь. Прямо тут.
Это свобода.
Эй! Собирайтесь!
Быстрее! Шевелитесь! Сюда едут федералес.
Похоже, кто-то навел. Оставь сумку!
Оставь сумку, кому говорю. Быстрее! За мной.
Давайте. Быстрее.
Хьюи!
Кларк, успокойся. Сюда едут федералес.
Думаешь, поймал?
Я уже давно готов к смерти.
Опусти пушку.
Знаешь, я готов.
- Чёрт! - Ложись, Хьюи! Ложись!
Быстрее! На землю!
Помогите ему.
Бежим! Чёрт!
Быстрее!
- Вперед! - Vámonos!
Теперь это проблема Кастро.
Он не стреляет.
НА 30 КИЛОМЕТРОВ ЮЖНЕЕ
Эй, не трогай канаты.
- Простите. - Да уж, не трогай ты их.
Мы держим курс вот сюда. Высадим вас у берега.
В Канкуне возьмете машину, вернетесь домой.
А нам оттуда два дня морем до Кубы.
Всего 48 часов до свободы.
Свобода.
Меня выпустили из тюрьмы.
«Свободу Хьюи!»
Я правду говорю, свободу Хьюи
Все об этом говорили. Все кругом.
И я вышел на свободу.
Но меня опять начали преследовать. И они не остановятся.
Я брошу якорь. Поплывете отсюда, ближе подойти не могу.
Отсюда? Предлагаете нам с Бертом добираться до берега вплавь?
Ближе не могу, сядем на мель.
А пошло всё. Сказал «а» – говори и «б». Может...
Отправимся на Кубу вместе?
Нет. Возвращайтесь. Вас ждет работа.
Возвращайтесь в Голливуд, домой. Снимайте кино.
Ну не знаю. Похоже, мы перегорели.
Я не чувствую в себе сил.
Речь не о тебе.
Нужно повышать самосознание, чтобы люди были готовы восстать.
И что? Изменить мир?
Я думаю... Думаю, нужно менять всё.
Что ж, чёрт...
Выходит, это всё. Так?
Финальный кадр.
Это всего лишь начало.
ДВА ДНЯ СПУСТЯ 16 КМ ОТ КУБЫ
Вы уверены?
Вернемся, я высажу вас на Флорида-Кис, спрячетесь там.
Хьюи, тебя убьют.
Мы зашли слишком далеко.
Ладно.
Видите маяк?
Это Куба. Плывите туда.
Я подожду здесь. Подберу ваши трупы.
Удачи, амиго.
Ну же.
Давай, я сам.
Ты в порядке?
Хьюи!
Гвен!
Как тебе такое название? «Черные пантеры за революционные меры».
Я хочу изменить общество.
Вся власть народу!
Пришло время дать отпор, брат.
Пора действовать.
Ты останавливал полицейских с ружьем в руках?
Немедленно сложите оружие!
Я слышу голоса. В голове.
Постоянно.
Их не остановить. Они безжалостны. Преследуют меня.
Вижу, что делал я. Что делали со мной.
Я умер.
Меня нет.
Мне конец.
Хьюи?
Очнись.
Хьюи?
Я тут.
- Да? - Да.
Я Хьюи Ньютон.
Мы друзья вашего правительства.
Я революционер из США.
Покажи им документы.
Жандармы держали нас на мушке четыре часа,
а мы пытались объяснить, кто мы такие.
Мы привезли с собой письма, но они чутка намокли.
Когда мы наконец убедили их, что я товарищ Ньютон,
сооснователь партии «Черные пантеры», они сказали лишь:
«Мы же вас не пристрелили».
Историю можно рассказать по-разному.
У каждой есть множество рассказчиков. И у каждого своя версия.
Ричард обратил мое внимание на высказывание Джона Форда.
«Выбирая между историей и легендой, публикуйте легенду».
«Либерти Вэланс». Люблю этот фильм.
Только это сказал не он, а актер.
Или сценарист, адаптировавший книгу.
И то цитата неверна. На самом деле он сказал:
«Когда легенда становится фактом, публикуйте легенду».
Голливуд сделал из этого девиз. И все неверно его понимают.
Но при этом все это помнят.
Моя собственная история стала легендой и правдой. Круг замкнулся.
Да, я пытался зародить домашнюю революцию.
- Назад! - Не имеете права.
От имени «Черных пантер за самооборону»...
В каждом из нас есть революционер.
Свободу!
Да, я скрылся на Кубе.
Я был кумиром и простым смертным.
Как рассказать мою историю?
С чего начать? Чем закончить? Где разворачиваются события?
В Голливуд отправляются те, кто ищет убежища.
Именно туда подался я.
Это и есть революционный потенциал Голливуда.
Он формирует сознание. Создает новые миры, меняет существующие.
Хьюи!
- Готов работать? - Думаю, да.
Да? Тогда приступим. Снимем чертово кино!
- Не надо гнать по фильму в год. - Точно, будем разборчивее.
- А почему? - И?
Мы положили начало золотой эре персонального авторского кино.
За нас.
Через год вышли «Челюсти». Началась эра блокбастеров.
Не забудь, ты обещал мне «Оскара».
Эти двое больше ничего не сняли.
«Большая сигара» – их последний проект.
«Сердца и мысли» взяли «Оскара».
На церемонии Берт умудрился выбесить старичье, зачитав письмо Хо Ши Мина.
Берт и Стив закрыли компанию.
Стив спродюсировал фильм Ричарда Прайора «Live on the Sunset Strip»
и ненадолго перезапустил The Monkees.
В «Пантеры» Бобби Сил не вернулся, но продолжил
выступать за расовую справедливость, экономическое равенство
и образование молодежи.
Мы устроились на Кубе, Гвен перевезла детей,
семья наконец-то воссоединилась.
Глядя в их глаза, я думаю о молодежи, которую нужно поднять на борьбу,
о тех, кого мы потеряли, как малыша Бобби.
Тебя ждут снаружи.
А еще об Окленде, откуда я бежал и куда надеюсь однажды вернуться.
Хорошо.
Историю определяет рассказчик.
Она ваша, решать вам. Все мы – часть историй друг друга.
Отец говорил: «Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю».
А Фанон сказал: «Каждое поколение в полумгле ищет свое предназначение,
чтобы потом исполнить или предать его».
Когда придет их время, они должны принять вызов
и быть готовы сразиться.
Я не всегда смогу бороться за вас.
Но дети, которых мы кормили в наших столовых,
учили в школах и обеспечивали крышей надо головой
благодаря жилищной программе, займут мое место.
Они продолжат борьбу.
Темнокожие дети по всему миру вырастут
и создадут собственную революцию.
ПОСЛЕ ТРЕХ ЛЕТ НА КУБЕ ХЬЮИ П. НЬЮТОН ВЕРНУЛСЯ В США,
ПРЕДСТАЛ ПЕРЕД СУДОМ ЗА УБИЙСТВО КЭТЛИН СМИТ И БЫЛ ОПРАВДАН.
В 1980 ГОДУ ОН ПОЛУЧИЛ УЧЕНУЮ СТЕПЕНЬ.
ЧЕРЕЗ ГОД ОН СНОВА ЖЕНИЛСЯ. ЕГО ВТОРУЮ ЖЕНУ ЗВАЛИ ФРЕДРИКА.
ОН ПРОДОЛЖИЛ БОРЬБУ ЗА РЕВОЛЮЦИЮ,
ПОКА В 1982 ГОДУ «ЧЕРНЫЕ ПАНТЕРЫ» НЕ БЫЛИ РАСПУЩЕНЫ.
22 АВГУСТА 1989 ГОДА ОН БЫЛ УБИТ В ЗАПАДНОМ ОКЛЕНДЕ.
ЕГО ПОСЛЕДНИЕ СЛОВА:
«Вы можете отнять мою жизнь, но не властны убить мою душу.
Моя душа будет жить вечно!»
БЛАГОДАРЯ УСИЛИЯМ ФРЕДРИКИ НАСЛЕДИЕ ХЬЮИ ПРОДОЛЖАЕТ ЖИТЬ.
УЛИЦА ДОКТОРА ХЬЮИ П. НЬЮТОНА ПАМЯТНАЯ ТАБЛИЧКА
В 1975 ГОДУ ПРАВИТЕЛЬСТВО ОРГАНИЗОВАЛО
ПИТАНИЕ В ШКОЛАХ ПО ОБРАЗЦУ ПРОГРАММЫ «ПАНТЕР».
СЕЙЧАС ПОЧТИ 15 МИЛЛИОНОВ ДЕТЕЙ ПОЛУЧАЮТ ШКОЛЬНЫЕ ЗАВТРАКИ.
ПО ДАННЫМ НАЦИОНАЛЬНОЙ АКАДЕМИИ НАУК,
ОДИН ИЗ КАЖДОЙ ТЫСЯЧИ ЧЕРНОКОЖИХ ГИБНЕТ ОТ РУК ПОЛИЦИИ.
ЖИЗНИ ЧЕРНЫХ ИМЕЮТ ЗНАЧЕНИЕ
РЕВОЛЮЦИЯ ПО-ПРЕЖНЕМУ АКТУАЛЬНА.
Перевод субтитров: Ксения Гребеникова