Я подошёл к Гарольду Беккеру и сказал ему:
«Слушай, я не уйду.
Ты меня не заставишь, уёбок».
Я его пну в последней сцене.
Понимаешь?
На следующий день они сказали: «Нет, тебе надо уйти».
Тебя увольняли до этого?
- Уёбки. - Меня увольняли.
Да?
Я был практически уволен со всех своих фильмов.
Каждый раз, они искали кого-то ещё.
Даже сейчас.
Больше! Больше! Больше!
Больше! Больше!
Он хочет больше!
Больше секса.
Больше наркотиков. Больше вина!
Больше табака. Больше головной боли.
Больше язв. Больше герпеса.
Больше женщин.
И меньше Тома Круза.
Давай ещё!
Все обо мне болтают,
Но я их слов не слышу,
Лишь только эхо в голове.
Я не делаю это на каждом своём интервью.
Не зову вас в гости.
Но в этот раз сделаю.
Все мне глядят вдогонку,
Но я их лиц не вижу,
Лишь только тени чьих-то глаз.
Меня зовут Вэл Килмер.
Я иду туда, где солнце светит
Через сильный дождь,
Я актёр.
Недавно мне диагностировали рак горла.
Оставляя холодный ветер,
И хоть я быстро вылечился от рака,
большие дозы радиации и последовавшая
химеотерапия повредили мой голос.
И как камень, прыг, за океан.
Я всё ещё восстанавливаюсь, и мне очень сложно
говорить и быть понятым.
Все обо мне болтают,
Но я их слов не слышу,
Лишь только эхо в голове.
Не позволю не любить
меня тебе.
Не позволю не любить
Нет, не позволю...
Мой сын Джек.
Итак.
Меня зовут Вэл Килмер.
Я прожил волшебную жизнь.
И смог довольно хорошо её заснять.
Среди своих знакомых я был первым, у кого появилась камера.
У меня тысячи часов записей на кассетах и видеоплёнке,
которые я снял за всю свою жизнь и карьеру.
Я всё сохранил.
И оно много лет лежит в коробках.
Записи.
Привет, меня зовут Вэл.
Аудиозаписи.
За кулисами.
Привет, дружище.
Ты выглядишь удивительно естественно в этом.
Как выгляжу?
Ты выглядишь удивительно естественно в этом.
Домашние видео.
Оно и голос записывает?
Palladium interview Режиссёр: Вэл Килмер Оператор: Джон Коннор.
Идеи для фильмов.
Я хотел рассказать историю об актёрском искусстве
уже очень давно.
Рассказать о том, где кончаетесь вы
и начинаются персонажи.
О правде и об иллюзии.
Теперь, когда говорить стало сложнее,
я хочу рассказать её больше, чем когда-либо.
История о моей жизни...
которая также не моя.
Я будто прожил свою жизнь,
и...
она как будто
вся в коробках,
но великая грусть
заключается в том,
что она неполная.
Как бы много
я ни снимал,
я ничего не могу сделать,
чтобы хоть что-то
стало понятнее.
Я знаю,
что это неправда,
но я так чувствую.
Как всё начиналось.
Покажи мне,
- как попасть домой. - Домой.
Я устал и хочу в постель. Я устал и хочу в постель.
В постель.
Я немного выпил
Где-то час назад
И теперь моей голове нехорошо.
Вы пришли увидеть аварию на лодке?
Это не было аварией на лодке.
Я знаю, вы хотите, чтобы эта рыба сдохла.
И я найду её. И я её убью.
Но не за жалкие три тысячи долларов.
Я найду её за три, но убью за десять.
Десять тысяч?
Десять коробок с печеньем.
Жили-были три брата:
Уэсли,
Марк
и я, Вэл.
Наш отец, Юджин, был промышленником
и застройщиком.
Он назвал свою компанию «Liberty Engineering»
в честь величайшей скульптуры в Америке.
Наша мать Глэдис была верующей женщиной,
которая любила лошадей.
Именно тяга к учению Христову
свела моих родителей вместе.
Они растили нас в Чатсворте, Калифорния,
в сердце долины Сан-Фернандо,
рядом с Голливудом, мировой столицей кино.
Мой младший брат Уэсли был начинающим режиссёром,
художественным гением, чьё воображение затмевало моё.
Большую часть времени он занимался искусством...
и воспроизводил свои любимые фильмы.
Мы жили вниз по улице от ранчо Роя Роджерса,
и когда в 1971-ом его выставили на продажу,
наш отец купил его и мы переехали туда.
Уэсли превратил ранчо в полноценную съёмочную площадку.
Жми на кнопку.
С этой ракетой я намерен пересечь обычную милу
примерно за 12 секунд.
Активировать ракету!
Я рано захотел играть.
С Рождеством, дядя Скрудж.
Чушь!
- Моими героями были величайшие. - Да?
которые начинали на сцене
и ушли освещать экраны.
Стелла!
Я помню, как впервые в жизни развеселил живую аудиторию.
Не разбудите бомбу.
Именно там и тогда я осознал,
- что нет ничего лучше. - Эта маленькая бомба.
если она взорвётся, мы уничтожим весь Нью-Йорк.
А также Филадельфию и Бостон.
Так всё и было.
Повторяйте за мной.
- Я... - Я...
- слушаю! - слушаю!
- Не верю! - Не верю!
Впервые для Чатсуорта.
Если верить во что-то достаточно сильно,
оно становится реальным.
После многих лет мечтаний о поездке в Нью-Йорк,
я стал самым молодым учеником из когда-либо принятых
в Джульярдскую драматическую школу.
Мистер Килмер, что вы чувствуете,
когда кто-то говорит,
что «Байки из Чатсуорта» – это спектакль?
Всё, что я чувствовал – это ошеломление,
и моё левое ухо говорило: «Мы победили!»
Моя прелесть из старшей школы, Мар Уиннигхэм.
Я собирался пойти в школу в Нью-Йорке,
когда мне приснился сон.
В нём я говорил о смерти со своей девушкой из старшей школы, Мар,
и её матерью.
Её мать сказала, что не боится смерти,
потому что тогда она встретится со своим создателем.
Меня разбудил телефонный звонок
от моего старшего брата Марка. Он сказал мне, что у Уэсли
был эпилептический припадок и он утонул в нашем джакузи.
Ему было пятнадцать.
Небо плакало.
Больше никаких домашних видео.
Никаких импровизированных пьес.
Мой наперсник стал пылью.
И наша семья больше никогда не будет прежней.
Нью-Йорк.
Здравствуйте.
У меня встреча с директором драматического отделения,
хочу показать сыну школу.
Когда я наконец начал учиться,
меня переполняло горе.
Для облегчения я развесил рисунки Уэсли по всей квартире.
В Джульярде было тяжело.
Курсы были тяжёлыми, и в первый же день
нам объяснили, что всё, что мы якобы знали, было неверно.
Когда вы написали сборник стихов
под названием «Мой рай после пожара»?
Восемьдесят седьмой, восемьдесят восьмой.
Джеймс Липтон (1926-1920)
Здесь есть стихотворение под названием «Класс актерского мастерства».
Эти сцены – гроши смерти,
что висят над моей головой.
Но мы здесь все друзья, Сидим на стульях,
Придуманных Сатаной.
В миллионе миль от понтификатора,
Пьющего сок из вечных Источников сиюминутного действа.
- Она так жестила с нами. - Она была жёсткой?
Нас учили всему: Еврипидию,
Чехову и, конечно, Шекспиру.
Вот ты где, Вэл.
Вот твоё имя.
Прямо под...
- Знаешь, кто это? - Нет, не знаю.
Это известная актриса,
Келли Макгиллис
- Выглядит знакомо? - Конечно.
Круто.
Странно, но тогда ещё не было драматургической программы,
так что мы её начали.
Мы написали пьесу «Как всё начиналось»,
основанную на мемуарах Майкла Бауманна,
бывшего немецкого левого боевика.
А теперь
Майкл Бауманн сможет рассказать свою историю.
Пьеса была о терроризме,
сегодня как никогда актуальной теме.
До основания ЦК Блуждающей кучки повстанцев
или чего-то такого, я был абсолютно нормальным человеком.
А потом у меня появилось чувство, будто,
как у Rolling Stones или типа того,
он из центра!
Нашими мечтами эта пьеса оказалась реальной,
и я испытывал наслаждение от выступления на сцене с собственными репликами.
- Это абстракция. - Абстракция.
Этот момент изменил жизнь.
Нельзя рассматривать какую-либо вещь изолированно
и утверждать, что только она верна.
Пьеса оказалась настолько успешной,
что нас пригласили выступать в общественном театре
после выпускного.
Для меня в главной роли это был первый шаг
к тому, чтобы стать молодой театральной звездой города.
Вот и мы, снимаем сами себя.
Сегодня 3 апреля, 1983 год.
Спустя два года после выпуска
у меня случился первый большой прорыв
на сцене Нью-Йорка в пьесе «Парни из Слэба».
Но после того, как мне дали главную роль,
режиссёр спросил меня, готов ли я
сыграть вторую роль, потому что Кевин Бейкон был доступен.
Давай, мужик.
Это видеокамера?
- Она снимает, да. - Круто, Вэл.
Вот кто босс.
У нас тут есть телевидение?
Потом меня попросили сыграть третью роль,
потому что Шон Пенн был доступен.
Это будет стоить денег.
Теперь, я прошу вас, когда я уйду,
я хочу, чтобы вы приблизили максимально.
Тут всего пара футов.
И взяли коробку крупным планом.
Потом вы услышите, как я говорю: «Я буду чай, пожалуйста».
Я на сцене, а Марк и Шерил, мой брат и...
вы знаете, кто вы... в общем, они будут смотреть это.
Пока.
Скоро пойду на сцену.
Вэл вот-вот выступит.
- Джек. - Привет, Арчи.
- А это Фил Макканн. - Как дела, Энди?
И последний в списке и по значению...
Гектор Маккензи...
Я прошёл путь от главной звезды пьесы
до объекта издевательства в каждой шутке.
Было нелегко проглотить эту таблетку, но я смог.
Это правда, что не бывает маленьких ролей.
Только маленькие актёры.
Также правда, что не все персонажи созданы равными,
и мне стало ясно, что моя задача –
искать те роли, которые изменили бы меня.
Я полон решимости сыграть Гамлета...
годам к двадцати семи, может, двадцати восьми.
Правда.
Я буду очень много работать, посвящу всего себя этому,
как вожатый в лагере на уикенде.
В «Гамлете» Шекспир предполагает, что задача актёра –
отражать в себе природу.
Запечатлеть вечную правду в иллюзии.
Как актёры, мы стремимся к такой искренней игре,
чтобы зрители могли увидеть в нас себя.
Хороших, плохих или злых.
Гамлет.
О, если б эта плоть смогла исчезнуть,
Пропасть...
растаять, изойти росой.
О,
если б эта плоть смогла исчезнуть,
Пропасть...
растаять, изойти росой.
О,
если б эта плоть смогла исчезнуть,
Пропасть, растаять, изойти росой!
О, если б эта
плоть смогла исчезнуть,
Пропасть, растаять, изойти росой!
О, если бы Господь не запретил
Самоубийства!
Боже мой!
Боже!
Твоё тело буквально
Питер Касс, режиссёр, продюсер
реагировало на происходящее.
Суматоха царила внутри...
твоей головы в этот раз.
Почему такая резкая реакция?
Те слова, что он говорит:
«Я больше не желаю жить, я желаю смерти»
Я...Я никогда не ощущал этих мыслей.
Я никогда...и я принял их за правду.
Это не просто
«Бля, хотел бы я умереть». Или «Я хочу...»
Невозможно, абсолютно невозможно,
что у вас никогда не было таких мыслей.
Не может такого быть.
Каждый актёр в конце концов должен это принять.
Да, но в том контексте...
в ситуации, где персонаж выражает...
Да, у вас были эти мысли,
даже когда персонаж их выражает.
Да, у вас был такой опыт.
Да, у вас была такая реакция.
Не существует ограничений
в возможностях актёра... в возможностях творца...
испытать то, что не является
вашим жизненным опытом, и именно по этой причине
я твёрдо придерживаюсь убеждения,
что никогда не возникнет необходимости в замене.
Потому что «Я никогда не оказывался в такой ситуации.
Я никогда этого не испытывал».
Нет ничего,
что вы ещё не испытали или не знаете.
Я упорно трудился над своей театральной карьерой,
когда меня призвал Голливуд.
Меня выбрали для фильма «Совершенно секретно!»
«Совершенно секретно!» – это экспрессивный
рок-мюзикл, пародия на шпионский триллер.
До сих пор я не могу
объяснить, о чём этот фильм.
Я не первый, кто влюбился
в девушку, которую встретил в ресторане,
которая потом окажется дочерью
похищенного учёного, только чтобы утратить её
из-за детской любви, которого она последний раз
видела на необитаемом острове,
который объявился спустя 15 лет
и оказался лидером Французского андерграунда.
Я знаю. Это всё...
Это всё как будто из плохого фильма.
Я подошёл к персонажу так, как сумел.
Отдав ему всего себя.
Я потратил четыре месяца, обучаясь игре на гитаре,
но когда я пришёл на площадку,
режиссёр решил, что будет смешнее, если я буду имитировать игру.
Они смотрели, как мои пальцы кровоточат,
просто для того, чтобы увидеть моё лицо.
когда сказали мне: «Нам больше нравится
когда ты не умеешь играть. Как Элвис».
Мы сняли фильм в Лондоне,
но это было моё посвящение в Голливуд.
Лондон.
Я очень скучаю по Лондону.
Это ведь
первый большой город, в который я приехал,
после Нью-Йорка.
Пока мы снимали, я жил в квартире
вниз по улице от знаменитого театра «Ройал Корт».
Великие актёры вроде Лоуренса Оливье
или Алека Гиннесса украшали его сцену.
В то время неизвестный Дэнни Бойл
режиссировал там пьесу под названием «Гений»,
и я пошёл туда, в жажде культуры и вдохновения.
Я мгновенно влюбился
в молодую актрису пьесы по имени Джоанн Уолли.
Я видел её в этой пьесе больше раз, чем могу признаться.
Однажды ночью я последовал за ней и за её коллегами из труппы
в местный паб, но я был слишком напуган и нерешителен,
чтобы представиться.
Она была великолепна.
А я в городе занимался чушью.
Айсмэн
Охуеть. Это наша площадка.
Добро пожаловать на борт, актёры.
Вот так. Рельсы подняты.
Рик.
Следуйте за мной.
Хотите – верьте, хотите – нет,
но я поначалу не хотел сниматься в «Лучшем стрелке».
Я подумал, что сценарий глуповат,
и мне не понравилось одобрение войны в фильме.
Но я был связан контрактом со студией,
так что выбора у меня не было.
Именно яркое видение режиссёра Тони Скотта
и его энергия сделали весь процесс интересным.
Было сложно не соблазниться.
В сценарии было очень мало информации о персонаже Айсмена.
Мне не нравится фильм, Мне не нравится фильм...
Так что я постарался сделать его реальным.
Давай по новой, И мне снова не нравится.
Я придумал для него предысторию,
в которой отец его игнорировал,
из-за чего им владела жажда
быть лучшим во всём.
Но я как актёры...
Одержимость совершенством сделала его высокомерным.
Отлично. Хороший был кадр.
Я намеренно разыгрывал соперничество
между персонажем Тома Круза и моим и вне экрана.
В итоге актёры
в истинной форме Метода оказались разделены на два лагеря.
На одной стороне были Маверик и Гусь.
На другой – Слайдер, Голливуд, Вульфман и я, Айсмен.
Было весело разыгрывать соперничество между нашими персонажами,
но в реальности я всегда считал Тома другом,
и мы всегда друг друга поддерживали.
- Это Вэл. - Вэл, пахнет приятно.
Отлично.
Вставки.
Вставки важны.
Каждую ночь после съёмок в нашем мы устраивали бурные вечеринки
в нашем лагере под Сан-Диего.
Келли Макгиллис и я почти не пересекались в Джульярде,
но именно из-за этого общего опыта
мы быстро подружились на съёмках.
Она и Барри Табб, который играл Вульфмана,
влюбились друг в друга во время съёмок
и некоторое время были счастливы вместе.
Энтони Эдвардс,
звезда Мести ботанов!
Я ботан, и я...
Я горжусь этим.
Мы все только начинали наши карьеры,
с одним-двумя фильмами за плечами.
Вам, козлам, делать нечего?
Я усвоил одну вещь
в свои годы.
Иногда надо спрашивать: «Какого хуя?»
Подойди, возьми ближний план.
Вэл, это вчерашняя реклама на всю страницу.
Вэл, в следующий раз тебе нужно получить одобрение.
Ты будешь готов, если гравитация начнёт работать наоборот?
Рисунок Уэса
Неожиданный лидер в летних кинопари...
- «Лучший стрелок» поразил попкультуру. - Он втопил педаль в пол,
и кассовые сборы ахнули.
В то время никто из нас не знал,
насколько безумно успешным окажется фильм.
Неожиданно
меня катапультировало в звёздную стратосферу.
Вэл!
Моя партнёрша на вечер, Шер
До конца моих дней меня будут называть «Айсменом»
каждый пилот в каждом аэропорте, в котором я окажусь.
Я люблю тебя, Вэл.
Хочешь сказать пару слов CNN?
- Ладно. - Шерил, Вэл Килмер.
- Вэл! Вэл! - Мы сняли...мы сняли его?
Да?
Чё как?
Как вы могли заметить,
я не могу говорить, не зажимая эту дыру.
А всё потому что
мне поставили кусок пластика
в в глотку,
которая, как всем известно,
ещё и еду пропускает.
И, раз уж дыра очень маленькая,
то приходится выбирать,
с такой-то проблемой,
есть вы будете или дышать.
Очевидно, если вы не можете дышать, то вы не можете и есть.
Дерьмо!
Чёрт побери.
О нет...
Вэл, я ведь даже не оделась ещё.
Она действительно всегда хорошо выглядит.
- Ну хватит. - Ты потом заметишь.
Я хочу сфотографироваться.
Прошу, не надо, Вэл.
Не надо, Вэл.
Моя мама подала на развод, когда мне было восемь.
У моего отца было несколько романов,
и, в конце концов, мать от него ушла.
Она старается спрятаться.
Мой отец воспользовался своими деньгами и влиянием,
чтобы выиграть опеку надо мной и братьями.
Вы можете сказать всем, что это была...
что это была шведская кухня.
Пока я рос, мать была для меня также загадочна,
как и Ингрид Бергман,
которая также была шведкой.
Она была сильной, но отстранённой,
из-за чего я ещё больше хотел её одобрения и любви.
У Карлы восемь внуков.
И все милые.
После развода она уехала в Уикенберг, что в Аризоне,
и вышла замуж за Билла, любовь всей её жизни.
Это нечестно, Вэл Килмер, зараза.
Билл был душой компании,
он любил напиваться в хлам
и рассказывать грязные шуточки, над которыми мама обожала смеяться,
а затем причитать: «О Билл».
Да, давай, давай!
Я не сразу его понял.
Но в итоге осознал, какая хорошая у него душа.
Приветик.
Пожалуй, выпью ещё диетической колы.
Моя мать редко делилась своими переживаниями,
но я всегда чувствовал связь с ней
через веру, которую она передала мне.
Эта вера помогла мне
пережить самые разрушительные невзгоды моей жизни.
Я искренне ненавидел Долину.
Я ненавижу её.
Она...
Это филиал зла.
Ад начинается прямо здесь.
Если посмотреть через край,
можно увидеть ад внизу.
Я здесь не был 15 лет.
Последний раз я здесь был, когда мы снимались
в «Поцелуй навылет» с Робертом Дауни-младшим.
Тот дом был здесь,
а других не было,
и мой отец скупил всю землю
и продал все участки,
для того,
чтобы выбрать соседей.
Это мой старый дом.
Второй дом.
Он полон смерти.
Отец винил себя из-за смерти Уэсли.
Уэсли был под его опекой, и он был не так строг,
как ему, наверное, стоило быть
насчёт таблеток от эпилепсии.
Моисей и его группа верных последователей.
Мы идём в Землю Обетованную.
Это над Иорданом и за Красным морем.
Прямо за Египтом.
После смерти Уэсли вся отцовская харизма пропала,
и он стал отстраненной и пустой версией самого себя.
О чём думаешь?
Думаю о том, как хорошо быть вдали
от цивилизации по имени Лос-Анджелес.
Жизнь имеет больше смысла здесь,
когда с ней можно наладить связь.
Его финансовые дела также ухудшились.
Но он не был готов отказаться от мечты
стать одним из крупнейших землевладельцев Калифорнии.
Он попросил меня о помощи.
После съёмки в нескольких фильмах я начал зарабатывать сам,
и он попросил меня стать его партнёром по займам.
Наша земля кончается здесь?
Да, это наша земля. Это лот номер три.
Я хотел быть хорошим сыном,
поэтому согласился, особо не раздумывая.
Мой отец скупил всё это.
Всё это.
Подойди, Вэл, я покажу тебе...
- Хорошо. - чем мы здесь занимаемся.
Хорошая сделка.
Мы идём сюда с десятью футами...
Я дал доверенность отцу,
и он поставил меня учредителем 20 контор-призраков,
пустышек для уклонения от налогов.
Он надеялся, что всё получится, но когда ничего не вышло,
у меня был выбор:
засудить родного отца
или выписать чек и отдать всё, чем я владею.
Я выписал чек и вернулся к работе.
На что уставился?
Через несколько лет после того, как я увидел её на сцене,
судьба чудом свела Джоан Уолли и меня
в фильме «Уиллоу».
Я снова влюбился в неё.
Помогите!
Теперь поздно.
Уже поздно останавливаться, Вэл.
- Нет, я в порядке. - Хорошо.
Веселитесь?
Слишком поздно, Вэл.
Мой отец родился в Техасе,
но выращен на земле аборигенов в Нью-Мексико.
Когда мы были детьми, он привёз нас с братьями туда,
посетить могилу дедушки.
В тот день что-то очнулось глубоко в моей душе,
и Нью-Мексико стал мне домом.
Джоанна согласилась сделать его и своим домом,
и мы решили вместе провести там прекрасную жизнь.
Я здесь по этой причине,
- и ты здесь по этой причине. - Чего?
Мой папа, Джин Килмер.
Он зачал меня 28 лет назад.
А, ты об этом.
Мы собираемся разрезать торт, пап.
Хорошо. Я с вами.
Так.
Он испугался и сказал, что увидел призрака, да?
Так что я его убрал. Вот и всё.
Я его убрал.
Вот и всё.
Хоть я и снялся пару раз в главных ролях,
но я едва ли шёл по стопам Брандо.
Хороших ролей было немного.
Так что я начал делать записи для прослушивания
для режиссёров, с которыми я хотел работать,
для ролей, которые я хотел играть.
«Цельнометаллическая оболочка» Прослушивание.
Морпехом запрещено умирать без разрешения.
Ведь мы...
государственная собственность.
Я сделал много записей для Стэнли Кубрика,
когда узнал, что он делает «Цельнометаллическую оболочку».
Я сделаю четыре дубля
с разными голосами.
Я очень люблю стрелять в людей.
Я очень люблю убивать людей.
Я даже пролетел 6 000 миль, чтобы отдать их ему в руки.
Я сейчас в Англии, потому что я снялся в фильме
здесь год назад, а обратный билет у меня остался.
И сегодня вечером я мог бы зайти
и узнать, что вы думаете об этом.
Ещё я снял фильм для Мартина Скорсезе,
где я играл Генри Хилла где-то во время событий «Славных парней».
Федералы тратят столько денег, чтобы меня зацепить.
Прослушка, наружная слежка, вертолёты.
У них был для него список длиной в милю.
Мне тогда надо было собрать много денег на улице,
сделать несколько дел.
То есть, я ходил по краю последние дни
Это было очень опасно.
Усилия не оправдались.
Но когда я услышал, что кто-то делает фильм «Дорз»,
мне нельзя было не сыграть Джима.
Снежный горох, праведный.
Дай нам символ, чтобы верить,
Ночь Вожделения, Дай нам веру в Могущество Ночи.
Я сделал запись, где сам пел песни.
Даруй нам сотню разноцветьев тона,
Богатство мандалы нам дай, не мешкай,
Запись впечатлила продюсеров, и мне дали
персонажа, с которым я проживу следующий год своей жизни.
Мотор на фоне.
- Да блин! - Хватит, брат, это не наша сцена.
Эти люди – вампиры. Пойдём.
Этой ночью нас четверо.
Создай миф, идём.
- Пойдём. - Эй, не уходите.
Ну же, не подводите меня.
Я не знаю, что случится этой ночью.
Может, смерть.
Я смотрел видео, чтобы понять движения Джима...
и запомнить их, чтобы двигаться так,
как двигается он.
Ставлю пять к одному, детка,
Один к пяти,
Что никто отсюда живым не выйдет.
У тебя есть пушка,
И я свою достану.
Вот увидишь, у нас получится, малышка.
Да.
Он много лет носил свои кожаные штаны.
Так что и я носил их столько, сколько мог,
где-то около года.
Для Джоанн, моей жены, это был просто ад.
Дом стал просто ещё одним местом для репетиций.
Она старалась меня поддерживать,
но была ещё музыка,
снова, снова и снова.
И все здесь за неё.
Руки вяжет, лгут глаза,
На одну сторону ты стань,
У Джима было стремление
запечатлеть
ощущение
неземной истины.
Йейтс, кажется, сказал,
не буквально, но
мысль в том,
что ты видишь дерево и наблюдаешь правду
об этом дереве.
Ты видишь дерево
и наблюдаешь правду об этом дереве.
И ты поражён этим...
магией этого дерева.
Это духовная вещь,
за пределами физической природы дерева.
Затем ты пишешь и пишешь
и пишешь о форме дерева,
о жизни дерева, о душе дерева...
пока вся твоя личность не исчезнет из слов.
Это конец,
Любезный друг.
И когда тебя нет в стихе,
это и есть стих.
Это конец,
Мой единственный друг,
Конец.
Больно отпускать тебя,
Но ты никогда не последуешь за мной///
Часть тебя исчезает,
чтобы ты мог танцевать с духом
чего-то ещё.
Не трогать землю,
Не смотреть на Солнце.
Ничего не осталось, кроме как Бежать, бежать, бежать.
Побежали.
Дом на холме,
Луна все еще на небе,
Тени деревьев
Наблюдают за диким ветром.
Давай же, детка, бежим со мной.
Побежали.
Кое-какие преступники жили
На берегу озера.
Дочь министра полюбила змея,
Живущего в колодце на обочине.
Просыпайся, детка,
Мы почти дома.
Я доберусь до тебя
Скоро,
Скоро, скоро.
Я – Ящер-король,
и я всемогущ.
Или можно сделать один.
Я вижу эту
дыру в своём горле,
и мне интересно,
задаются ли люди вопросом,
боюсь ли я умереть.
Ведь, очевидно,
что я звучу
гораздо хуже, чем чувствую себя.
Но это, конечно, препятствие
для всех, кто меня видит.
У меня были страхи,
но ни один из них
не был подавляющим
в моей жизни,
потому что я
не верю в смерть,
и всю свою жизнь
я пытался видеть мир
как единое
целое.
Ведь как я это понимаю:
если посмотреть на планету
сверху, то можно видеть,
что мы все – один большой
источник жизни.
Мерседес Моя гениальная дочь
Алло?
- Здравствуй, дорогая. - Привет.
Ты ещё не совсем готова.
Почти.
Ладно.
Я собираюсь...
Я собираюсь заехать за домой, хорошо?
- Подберу тебя. - Хорошо.
- Ладно. - Пока.
Это персик.
Маленькая персиковая попа.
Что ты сделала? Оно на твоём животе.
Грязнуля. Посмотри.
О, боже мой.
Думаешь, это смешно, да7
- Давай-ка это снимем. - Фу.
Фу.
У Мерседес первый кадр из-за плеча.
Не разбуди ребёнка.
Да, ты сможешь.
Мы просто одна большая счастливая семья, да, дорогая?
Одна маленькая счастливая семья.
Я твой Гекльберри
- Мой трейлер. - Ты на месте.
Ты...ты профи.
Поближе.
Кто настоящий?
Что историк сказал бы во время титров,
если не показать фотографию Уайетта Эрпа?
Это Уайетт Эрп или это Уайетт Эрп?
Что лучше запоминается?
Тебе судить.
У тебя расфокус. Ты не стоять можешь так близко
У тебя тут есть макролинза?
Слушай, балбес.
- Слушай, балбес. - Меня одурачили.
Здесь много любви.
Много любви в этих сорняках.
Это очень необычный опыт.
Мы о нём часто разговаривали
в театре, о том, что очень хочется
добиться чувства коллектива,
которое очень редко можно достичь.
- Ты снимаешь? - Ага.
Доктор здесь.
Я буду твоим Гекльберри.
Док Холлидей был очень образованным аристократом,
а также дантистом.
Правда?
- Снимаем, Лиз. - Снимаем.
А ещё он умирал от туберкулёза
и потерял из-за этого всё, включая врачебную практику.
Роли сложны, если сценарий плохо написан,
а этот сценарий был хорош.
Док Холлидей – очень хорошо прописанный персонаж.
Пять сотен.
Рука, должно быть, что надо.
Это было удовольствие, но это всё...
Это всё сценарий.
Я воспринимал «Тумстоун» как любовную историю двух мужчин.
В финале умирающий Док
пытается заставить Уайетт бросить его и спасаться.
Я попросил декораторов заполнить мою постель льдом,
чтобы я мог лечь на него.
Я хотел воспроизвести для себя боль, равную той боли,
которую Док испытывал во время прощания.
Я не смог придумать ничего лучше,
чтобы почтить их прекрасную дружбу.
Живи, Уайетт.
Живи за меня.
Уайетт, если ты когда-либо был мне другом,
если чувствовал ко мне хоть что-то,
уходи сейчас.
Уходи сейчас.
Прошу.
Я Док Холлидей.
Остин, Техас.
- Хочешь метнуть томагавк? - Да, почему нет.
Давай.
Готов.
Я сделаю фото.
Я готова. Вы приготовились?
Проходите. Как вас зовут?
- Стив. Стив. - Хорошо. Вот так.
Стив, это Вэл.
Святые угодники.
- Это вам. - Как поживаете?
- А вы как? - Неплохо.
- Запрыгивайте. Я вас сфотографирую. - Отлично.
Мне нравятся ваши фильмы.
Большое спасибо.
Громовое сердце.
Да.
Большое вам спасибо, сэр.
Мы гики, поэтому мы играем в Magic: The Gathering.
Это карточная игра.
- Мы сделали одну для вас. - Спасибо.
Сзади есть стихотворение из Библии.
Отлично.
Вэл Килмер, «Избранный Богом».
Большое спасибо, сэр.
Раз, два, три...
Он крышесносен.
- Вэл ещё может. - Да уж.
Я крышесносен.
Кто следующий?
Вэл Килмер здесь, и мы посмотрим «Тумстоун»
на это экране.
Мне всегда нравилось
в Техасе, потому что
мой отец родился здесь.
Хоть он и уехал отсюда,
я всегда чувствую близость, когда приезжаю в Техас.
И...
Я замечательно провожу время здесь.
Хочу поблагодарить всех
за такое чудесное шоу.
Дамы и господа, Вэл Килмер здесь с нами
для «Тумстоуна»!
Иногда
мне плохо, и я чувствую себя
очень-очень грустно
из-за того, что мне приходится
летать по стране.
Я не очень хорошо выгляжу,
и мне приходится продавать старого себя, свою старую карьеру.
Для многих людей
нет ничего хуже,
чем говорить о своих старых фильмах и продавать фотографии тех времён,
когда вы были Бэтменом
или Терминатором.
Я не хочу оскорблять других актёров,
которые летают по миру.
Пять сотен.
Рука, должно быть, что надо.
Но это позволяет мне
встречаться с фанатами, и...
и в конечном счёте
я очень благодарен, а не унижен,
ведь тут так много людей.
Давай.
Ну же, показывай.
Хоть кто-нибудь слушает?
Я помогу тебе решить величайшую из загадок.
Мать всех загадок.
Кто такой...Бэтмен?
Видишь его?
- Видишь? - Да.
Он разозлился.
- Блять, ты посмотри на его голову. - Да уж.
Я был в Африке, когда мне позвонил мой агент,
который очень старался дозвониться до меня.
Он спросил, хочу ли я сыграть следующего Бэтмена?
Я был в шоке и неверии,
потому что я как раз исследовал далёкую пещеру с летучими мышами.
Именно поэтому до меня было так тяжело дозвониться.
Это был знак.
Каждый мальчик мечтает стать Бэтменом.
Бэтмен – супергерой, у которого нет суперспособностей.
Просто обычный парень.
Иногда ты просто не можешь избавиться от бомбы.
Но он делает невероятные вещи
с помощью своего интеллекта
и невероятных гаджетов, которые он сам и придумывает.
Каждый мальчик мечтает стать Бэтменом,
потому что быть им на самом деле возможно.
Когда я был во втором классе,
нашу семью пригласили на съёмочную площадку сериала о Бэтмене.
До сих пор одно из моих любимых воспоминаний
о том, как отец сажает меня в Бэтмобиль.
По меркам Голливуда
Бэтмен – лучшая главная роль,
воплощение мечты.
Я согласился на роль даже не читая сценарий.
Майкл Китон ушёл.
Пришло время Вэлу Килмеру залезть в резиновую броню Бэтмена.
Отметка.
Но каким бы детскими ни был мой восторг,
я был раздавлен реальностью Бэткостюма.
Когда вы в нём, вы едва можете двигаться,
и вам нужна помощь, чтобы вставать или садиться.
Бедному Вэлу приходилось надевать маску,
и в ней ничего не слышно
и очень трудно дышать.
А ещё в ней ничего не слышно.
И через некоторое время люди перестают разговаривать с вами.
Это изолирует.
После часа съёмок вы падаете...
Наступает гипервентиляция, нужен воздух и вода.
Мне было тяжело
прорваться через костюм,
и было очень грустно, пока я не понял, что моя роль
в этом фильме – это прийти и встать там, где мне сказали.
Актёры вроде Томми Ли Джонса...
Наш денёк!
сделали этот фильм,
как и Джим Керри.
Отгадай мне это, отгадай мне то.
Это было слишком? Никогда не могу определить.
Их было так много.
Думаю, то, что я делал, вообще не имело значения.
Я пытался вести себя
как актёр в мыльной опере.
Например, как я поворачиваюсь к Николь.
Бэт-Сигнал это не пейджер.
Хотела бы я сказать, что мой интерес к вам
был сугубо профессиональным.
Попробуйте сосчитать, сколько раз
я клал свои руки на бёдра.
Я не знаю, как они придумали
такой стиль игры,
но, похоже, они посещали
школу мыльной оперы.
«Зачем, зачем ты это сказал?»
В день, когда я закончил с Бэтменом,
я прыгнул в машину и сразу же поехал на съёмки «Схватки».
По сравнению с размахом производства «Бэтмена»
«Схватка» выглядела как инди-фильм.
Работать с Алем Пачино,
Робертом Де Ниро
и режиссёром Майклом Манном было чистым удовольствием.
Помнишь, как Джимми МакЭвейн в тюрьме говорил:
«Хочешь работать на улице?
Ни к чему не привязывайся.
Ничто в твоей жизни
не должно задержать тебя дольше, чем на 30 секунд,
если ты почувствуешь угрозу за углом».
Помнишь?
Для меня солнце встаёт и ложится с ней.
Давайте поговорим о Бэтмене.
Это довольно деликатное дело. Ты играешь Бэтмена.
Бэтмен стал самым крупным фильмом года,
заработав 183 миллиона.
Вэл Килмер – Бэтмен.
Большую часть времени вы видите только его губы,
так что кто вообще догадается?
Вот это появление.
«Бэтмен навсегда» получил смешанные отзывы,
но стал коммерческим успехом.
Они хотели сразу начать снимать следующую часть.
Я отказался.
Тогда я уже активно работал над «Святым»,
ремейком английского сериального триллера,
где я играл персонажа, примеряющего на себе
множество разных личностей и маскировок.
Это как будто десять ролей в одной, и этим я хотел заниматься больше.
Что это там такое, Джек?
Бэтмобиль!
- Это мне, папа? - Да!
Готов?
Ты приготовился, Бэтмен?
Быстро, поворачивай налево.
Вот так. Поворачивай, поворачивай.
Да, каждый мальчик хочет быть Бэтменом.
Они правда хотят им быть.
Они не обязательно хотят играть его в кино.
Комик-Кон
- Вэл, Вэл, Вэл, Вэл, Вэл. - Вэл, Вэл, Вэл, Вэл Килмер.
Можно написать там «Ты можешь быть моим ведомым»?
Простите, напишете здесь «Айсмен»?
Напишете, пожалуйста «Ты можешь быть моим ведомым»?
«Ты можешь быть моим ведомым» здесь.
Можете ещё написать здесь «Айсмен», Вэл?
Можете написать «Ты всегда можешь быть моим ведомым»,
а затем «Вэл Килмер, Айсмен»?
Я хочу передохнуть.
Хотите передохнуть? Хорошо.
- Да, мой живот. - Хорошо, хорошо. Так, позвольте...
- Ким? - Да.
Закончим с последней парой ребят?
Надо закрыть это, если они...
Ясим, скажи им придержать людей.
Останови их. Спасибо.
Так.
- Я хочу прилечь. - Ладно.
- Спасибо. - Огромное вам спасибо.
Вэл, что хотите сделать с его автомобилем?
Пробы для Фэтмена.
Уэс Килмер...входит дом известного актера.
Уэс Килмер, KBIC News.
Прощайте.
Смотри, там забор! Как нам выбираться?
Нажми на кнопку.
Ладно.
Он вернулся, вернулся.
Ура Вэлу Килмеру!
- Надеюсь, вам уже лучше. - Он выбрал синий.
Спасибо.
Спасибо, Вэл. Очень признателен.
Спасибо, что вернулись.
- Спасибо. - Очень благородно.
- Берегите себя. - Спасибо.
Спасибо.
Вы невероятный Бэтмен.
Спасибо большое, очень признателен.
- Хорошо. - Огромное спасибо.
Рада, что вам уже лучше.
Люблю вас.
Последняя возможность получить автограф от Вэла!
Привет, пап.
Привет, Мерседес.
Мы говорили о страшных вещах,
и ты сказала, что боишься
только своих снов.
Меня пугает не очень много вещей.
Но кое-что...
пугает.
Не совсем пугает,
но, скорее, беспокоит.
Я беспокоюсь о том,
чтобы создать прекрасный дом
для вас с Джеком
в Нью-Мексико.
Здесь есть река.
Она прекрасна этим утром.
Я и моя тень
Любим тебя больше жизни.
Иезавель любит морковь больше Джеймса Брауна.
И...
Иногда я не боюсь...
но я близок к этому,
когда стою у высокого обрыва,
я боюсь упасть.
Отсров – доктор Моро.
Марлон собирается снимать.
Я снимаю.
Австралия.
Это один из новых?
- Новых? - Да, это одни из новых.
Вы все можете потесниться и влезть.
Так, спасибо. Очистите площадку, пожалуйста.
- Убрать зонтики. - Подожди, подожди, подожди.
Все, кто не в костюмах, уйдите с площадки.
Давайте все поцелуемся.
«Остров доктора Моро» был моим шансом
наконец поработать с Марлоном Брандо.
Фильм был обречён с самого начала.
Наш первый режиссёр, Ричард Стенли, был талантлив,
но никогда не снимал ничего такого большого масштаба.
Его заменили после начала съёмок
на опытного Джона Франкенхаймера.
Франкенхаймеру поручили фильм,
уже на несколько недель отстававший от графика,
он намеревался закончить его настолько быстро, насколько возможно,
и он не был готов тратить время
на идеи Марлона.
Когда Марлон понял это, он перестал стараться
наполнить этот фильм своим гением.
Это было ужасно для меня.
Это не Марлон.
Его сегодня не будет.
Тебе кто-нибудь сказал, что Марлон сегодня
- не работает, Дэвид? - Нет.
- Мне тоже никто не сказал. - Ты не заметил.
- Ты видишь, что это не он? - Что?
- Ты видишь, что это не он? - Нет, даже не скажешь так,
цитируя Джона Франкенхаймера. В чём проблема?
- Даже не скажешь, что это не он. - Парень просто его копия.
Как тебя зовут?
- Норм. - Норм.
Ты молодчина, Норм.
Норм в роли Марлона Брандо.
Нащад! Назад!
Нет! Дуглас, нет!
Нет! Нет!
Он не ранит нас.
Я могу чем-то помочь?
Может, я должен был играть лучше?
Нет, дело не в этом.
Хорошо. Дай знать,
если я могу тебе чем-то помочь.
- Сценарий. - Сценарий.
Нам надо собраться вместе и писать?
Софи, я курил в этом?
Уберите оттуда зонтики.
- Пошли! Снимаем! - Снимаем?
Что тебе нужно? Скажи мне, что тебе...
Говори по-английски. Вперёд.
Ладно. Он меня не впускает.
- Тебе нужна обувь? - Да.
На мне нет обуви.
Очень наблюдательно с твоей стороны. Это синий.
- Помни, я видел это. - Я прямо там.
Спасибо за беспокойство, Билл.
Мы обсуждали блокировку, или что вообще происходит в этой сцене?
- Нет. - Нет. Ты сказал «нет»?
- Нет. - Понял. Спасибо.
Шансы снять великий фильм
с моим кумиром быстро улетучивались.
И к тому же,
напряжение в карьере и слишком много времени в разлуке
сказались на моём браке,
и мне передали бумаге о разводе прямо на площадке.
Знаешь что, Джон Франкенхаймер может говорить «мотор» и «снято»
весь день напролёт, но это не сделает его режиссёром.
Мотор.
Так, это уже слишком.
Я так не могу.
Если мы будем так работать.
Выключи камеру.
Мы репетируем?
Мы собираемся репетировать.
Ты можешь выключить камеру, пожалуйста?
Нет, потому что я в очень эмоциональном состоянии,
ведь ты раньше сказал мне и Дэвиду,
что ты собираешься покинуть картину.
Если это продолжится, я не...
Я не понимаю, как мне работать в таких условиях.
Я должен заниматься творчеством,
а это не помогает создавать хорошие сцены.
Что ж...
можно мне минуту, потому что я сейчас на эмоциях,
и я не могу читать свои реплики.
Конечно, минуту можно.
Вот что. Когда вы будете готовы репетировать...
Я готов репетировать прямо сейчас.
Выключишь камеру?
Мне нужен свидетель того, что ты сейчас сказал.
Того, что я сейчас сказал?
Да.
Ты рассуждал перед двумя своими главными актёрами
насчёт того, продолжать тебе снимать фильм или нет.
Это ставит меня в такое положение,
в котором я не могу заниматься творчеством.
Пожалуйста, выключи камеру.
Я не выключу её, пока мы не начнём репетировать.
Где Марлон?
Он за углом.
Спасибо.
Какое у тебя самое раннее воспоминание из детства?
Подтолкни меня?
У тебя есть воспоминания о времени, когда ты ещё не мог говорить?
Толкни посильнее.
Да, так хорошо.
Вот так.
И красивое затухание кадра.
У меня есть законное право встретиться с детьми
и действовать по своему усмотрению.
У нас нет ничего в договоре об этом,
и я не помню, чтобы что-то говорил об этом.
Если так решит суд,
то так я и поступлю.
Джоанн Уолли-Килмер
Это...это случается каждый раз,
когда мы не выделяем время отдельно и договариваемся о нём.
Я не говорю, что ты это сделала.
Я говорю, что мы не должны составлять график у них на глазах.
И если ты решишь так делать,
то наш конфликт продолжится.
Я не хочу этого ни в своём доме,
ни в твоём.
Я не выпускаю пар, я говорю только
об интересах детей, об их времени,
которое они будут проводить с обоими родителями.
Если ты не хочешь договариваться со мной,
то нам надо договариваться с кем-то другим.
Я подам жалобу в отдел шерифа,
раз уж мы не можем идти в суд,
потому что из-за праздников там никого нет,
а ты не хочешь договариваться со мной,
и этим приходиться заниматься кому-то другому.
И я выясню, что... что мне надо делать.
Если по закону я должен привозить их к шести часам,
то я постараюсь по закону, как я уже делал это 15 раз
за последние два года...
Хватит!
Доброе утро.
Привет, Джек. Привет, Мерседес.
Счастливой Пасхи из Нью-Мексико.
Смотрите, что я нашёл...
в кактусе.
Какой умный пасхальный кролик.
Фасолевая утка?
Что ты делаешь в Нью-Мексико?
А вот ещё одна.
Меня зовут Пинки.
Привет, Пинки.
Ты поедешь с нами в Калифорнию?
Вот река.
Она прекрасна сегодня утром.
Жаль, что вас тут нет.
Что интересно в актёрстве,
вы делаете так много вещей,
которые определяют вашу личную жизнь.
И нет пути назад.
Вы говорите «да» и соглашаетесь сделать фильм,
а ещё...контракт называется «играй или плати»,
из-за неё куча многолетних исков.
Они становятся окончательными при вашем устном согласии.
И...
это ваша...
ваша реальная жизнь, которую вы соглашаетесь...
заплатить.
Одна из вещей, которую они покупают за деньги.
Они на самом деле покупают...
вашу жизнь на какое-то время.
Ваш опыт, ваше мнение, вашу...
душу в некотором роде.
Индейцы верят, что фотография
или изображение забирают
душу, и это...
это иногда кажется правдой.
«Призрак и Тьма»
Все эти истории о том,
как тяжело работать с Вэлом Килмером,
которого выдавили из «Бэтмена».
Испорченный и незрелый,
перфекционист, одержимый деталями.
Хватит. Хватит!
- Оставьте его в покое! - Я полагаю,
немного из этих вещей правда.
- Ничего из того, что я слышал. - Да.
«С первого взгляда»
С вами не сложно
Нет, мне очень важно
правильно рассказать историю.
«Красная планета»
Я в смятении, потому что то, что мне надо делать, не попадает в фильм,
потому что режиссёр не может это снять.
Не так давно умение играть ещё имело значение.
Улыбнись, Вэл. Улыбнись, Вэл.
Теперь это отпугивает.
Да, если ты умеешь играть,
то ты можешь стать проблемным актёром.
Какие-то проблемы?
Да, есть проблема.
Ты, ведь ты опасен.
Вы перфекционист.
Вы сложная личность, не так ли?
«Море Солтона»
Вэл сам по себе, понимаете?
Единственная вещь, которой я себя посвятил –
«Уондерленд»
это стать лучшим
актёром, которым я могу стать.
Я не хотел обращать внимание на свои политические взгляды.
«Слепой горизонт»
Вы не отказываетесь от Бэтмена.
Просто не откащываетесь.
Вэл – это пазл.
«Спартанец»
завёрнутый в загадку.
«Александр»
Он видит глубоко.
Думаю, он всегда был прав, и иногда это смущало.
Вот, опять.
Вот оно. Ты тяжёлый человек.
«Поцелуй навылет»
Нет, он не такой.
«Дежа вю»
«Плохой лейтенант»
«Супер Макгрубер»
«Пало-Альто»
Аплодисменты
Держись легенды
Я ношу кепку с надписью AZ,
потому что я еду в Аризону.
Моя мать скончалась,
и...
...в данный момент...
её некому кремировать.
Уикенбург, Аризона.
Не трогай моё платье, не брызгайся.
Джоанн
Вэл, прекрати. Хватит!
Ну Вэл.
Это несмешно. Посмотри.
Это несмешно, немило и некрасиво.
И это экологически небезопасно.
Ты...ты попал.
Оно светится в темноте.
Это очень мило.
Круто.
Эти или большие?
Мне нравятся те с этим платьем.
Так, пора идти.
Сейчас, только ресницы подведу, потом пойдём.
Привет, Вэл.
Я рада, что ты здесь.
Привет, малыш.
Вот и он.
Вэл.
Посмотри на себя.
Да.
Вэл, вот тебе кое что.
Это тебе.
Вэл.
О Вэл.
Нет, нет, иди сюда.
Сюда. Садись. Сидеть.
Видешь камеру?
Я написала кое-что хорошее но её стиле.
Её причёска и украшения,
они всегда выделялись.
Я скучаю по своей маме.
Но я всегда считал,
что она была очень счастлива
со своим младшим сыном.
Меня всегда интересовал тот тип игры,
который мне нечасто удавалось воплощать в кино.
Это странное чувство, ведь я не могу особо жаловаться.
Мне очень повезло, и...
и это не получается обсуждать
с коллегами-актёрами,
ведь никто не работает в игре, вот и нельзя...
Нельзя жаловаться о работе,
особенно об успешной работе.
Все могут подумать, что ты сумасшедший или свинья или ещё что-то такое.
Это сложно, пытаться примириться.
Бизнес меняется постоянно, так что...
Но у меня нет таких сомнений, которые были вначале.
И мне...мне всё ещё интересно
заниматься актёрством,
интересно исследовать людей, но...
Я не думаю, что позволю себе
также сильно увлекаться, как раньше.
Марк Твен
Малибу, Калифорния.
В кинобизнесе очень сложно
делать что-то уникальное, на любом уровне,
не оставаясь в одиночестве.
Это со мной и случилось.
Я оказался в постоянных конфликтах с людьми,
которые хотели, чтобы я занимался коммерческими продуктами.
Я искал большую американскую историю, чтобы снять фильм.
Я наткнулся
на историю Марка Твена и Мэри Бейкер-Эдди.
Я потратил десять лет на написание сценария.
Когда я был близок к завершению,
я решил, что надо понять персонажа,
которого я собирался играть в своём фильме.
Я начал писать моноспектакль.
Я играл Марка Твена,
возможно, величайшего американского писателя.
Он также был первым стендап-комиком.
Нью-Мексико.
Я говорю по-коровьи.
Написать хороший фильм очень сложно,
а я стараюсь написать великий фильм.
Я бы даже пошёл дальше
и сказал, что стараюсь написать классику.
Чтобы поставить Твена на сцене
мне нужно было много денег.
В тот момент я был в долгах из-за развода,
а экономика была в кризисе.
Всё, что у меня было ценного –
шесть тысяч акров земли в Нью-Мексико,
на которой я мечтал однажды построить художественный комплекс.
Это должно было стать моим наследием,
которое я собирался передать своим детям и их детям.
Я и Мерседес.
Я сделал невозможный выбор
продать столь дорогую мне землю,
чтобы расплатиться с долгами
и следовать за ролью, которую, как я считал, мне суждено было сыграть.
Если человек поднимает кошку
за хвост, он понимает о жизни что-то,
чего не смог бы понять другим путём.
Человек – единственное животное, которое краснеет
или которому нужно краснеть.
Цивилизация есть безграничное умножение
ненужных вещей.
Если вам нужен рассказчик для истории Америки,
вам не найти...
лучшего человека, ведь...
он понимал всё.
Прошу простить меня, если меня сложно
услышать тем, кто сзади.
Я мёртв.
Прошу простить меня, если меня сложно
услышать тем, кто сзади.
Я мёртв.
«Тайный источник юмора это не радость, а печаль ».
Тайный источник юмора это не радость,
а печаль .
На небесах никто не смеётся.
Почему не существует кошачьего корма со вкусом мышей?
Вы ведь знаете разницу между
мольбами в казино и мольбами в церкви, да?
В казино
люди молятся искренне.
Что, чёрт возьми, я здесь делаю?
Твен потерял свою реку.
Я потерял свою.
Я безмерно горд тем,
что был капитаном парохода.
Он потерял своих дочерей.
Я потерял брата.
Я перестал писать
свою автобиографию в тот день.
Твену пришлось отправиться в путь, чтобы выплатить долги.
Я в пути оплачиваю свои.
В моноспектакле
Килмер воплощает жизнь Марка Твена.
Возможно, я смогу сам оплатить фильм
через три года выступлений с пьесой.
Так что я сейчас в дороге.
Вы собираетесь приехать с ней в Нью-Йорк, возможно, на Бродвей?
Да, да. Я встречался с продюсерами здесь,
- у меня не... - Да!
Приезжайте на Бродвей!
- Я сделаю это! - Да!
- Я выступлю здесь. - Вы должны!
Какой самый важный вопрос в мире?
Зачем мы здесь?
Потому что вы заплатили 70 баксов...
Когда я...
был далеко, наша младшая дочь,
наша любимая дочь...
Сьюзи умерла от разбитого сердца,
потому что меня не было слишком долго, я ведь расплачивался с долгами
из-за собственной глупости.
Моя жена заболела и тоже умерла.
Я воспользовался связями,
чтобы нашу младшую дочь, Джин,
выпустили из санатория.
Моя бедная Офелия
умерла в ванне в 1909 году.
Моя бедная Офелия
умерла в ванне в 1909 году,
в последний год моего земного страдания.
Как исцелить разбитое сердце?
Какие слова лечат разбитое сердце?
Я знаю, что это не самый важный вопрос в мире,
но сегодня он камнем повис на моей шее.
Я готовился поставить «Гражданина Твена» в Нашвилле,
когда я потерял свой голос.
Я отложил шоу, как мне казалось, на месяц или два.
Мой голос не становился лучше.
Всё становилось хуже, и однажды я начал кашлять кровью
и побежал в больницу.
Лечением и молитвами я медленно восстанавливался,
но до сих пор неизвестно, насколько мне удастся восстановить свой голос.
Я боролся с возможностью того, что моя карьера закончится,
и я пал во тьму.
Если рай существует, чтобы вы хотели услышать от Бога,
когда окажетесь у Жемчужных врат?
У меня был сон однажды.
И...
это случилось.
Она распростёрла свои руки,
окутала меня и сказала: «Я люблю тебя».
В больнице я снова начал рисовать.
Так, как мы рисовали в детстве.
Когда я, наконец, вышел, то сразу же бросился
заниматься искусством.
БОГ
Я основал студию, достаточно большую для моих идей.
Эта студия стала священным местом,
где артисты собирались, сотрудничали
и помогали расти следующему поколению артистов
в нашем сообществе.
Здесь, на Земле,
расстояние от рая до ада –
это разница между верой и сомнением.
У меня , например, нет сомнений, моя недавняя болезнь закрыла
профессиональные возможности, которые вообще не были возможностями.
Исцеление не рождается из тщеславия.
Оно рождается в честности.
Честность – дитя чистой любви.
Любовь – божественное исцеление,
сладчайшее, святейшее и самое эффективное.
Мы собираемся в Малибу
из-за моей прекрасной маленькой церкви.
И я люблю свои воспоминания о ней.
Я изучал все основные религии.
Мне всегда были интересны религии,
and
Когда я знакомлюсь с кем-нибудь,
я беседую с ними об их вере.
Я спрашиваю их.
Ты в порядке?
- Ничего не могу поделать. - Это не смешно.
Да, я козёл.
- Не смешно. - И я люблю тебя.
Не смешно.
Очень и очень смешно.
Малибу, шесть миль.
Посмотри на океан.
Что случится, если я схожу в церковь на службу
и выйду с нормальным голосом?
Восславим Бога нашего,
ибо он даровал нам победа через Господа нашего Иисуса Христа.
Наш господин сполна продемонстрировал своё божественное мастерство
в своей победе над смертью.
Это очень хороший урок для меня, изучить
победу над смертью.
Думаю, у нас есть время для ещё одной истории.
Я расскажу вам ещё одну историю.
Постараюсь поскромнее.
Я хотел рассказать актёрскую историю
уже очень давно.
О правде.
И об иллюзии.
Моя проповедь будет
о правде и об иллюзии.
Правда в том,
что для поиска каждого из своих героев
мне пришлось отдавать им частичку себя
и находить частичку их в себе.
Я жил в иллюзии почти столько же,
сколько прожил за её пределами.
Я вёл себя плохо.
Я вёл себя храбро.
Для некоторых я вёл себя странно.
Я не отрицаю ничего из этого и ни о чём не жалею, ведь я потерял
и нашёл части себя, о существовании которых я и не подозревал.
И я благословлён.
Мотор.
Скажем так, я проверял границы реальности.
Вот и всё. Мне было любопытно.
Как Эрих фон Штрогейм в кино.
Человек, которого вы обожаете ненавидеть.
Это должно быть иронией,
вроде смеющейся смелости.
Но в конце концов ситуация глупая.
Я выхожу на сцену и вою для людей.
О месть!
Что же я за козёл.
Во мне они видят то, что хотят видеть.
Кто-то говорит про короля-ящера,
что бы это ни значило.
Кто-то – про демона в черной коже, что бы это ни значило.
Но на самом деле
я вижу себя как
чувствующего умного человека...
но с душой клоуна.
Вот что я проповедую.
Делайте то, что очень любите...
Я взволнована. Я в восторге.
Вот почему работа здесь так подбадривает.
...и кто-нибудь будет платить вам жалование за это.
А иногда так быстро появляется Бог.
Я совесть Америки?
Нет, я оставлю это на усмотрение лучших, чем я.
Возможно, я рассказчик.
Да, так и есть.
Всё, что вам нужно – это невежество и уверенность,
и успех придёт.
Не отпускайте свои иллюзии.
Когда они уйдут, вы ещё сможете существовать,
а вот жить прекратите.
Титры
Скажи «до свидания».
- До свидания. - До свидания.
Иди с Богом.
До свидания.
Такова жизнь. До завтра.
ПЕРЕВЕДЕНО СТУДИЕЙ FOCS [vk.com/focs_rus_sub] ПРИ ПОДДЕРЖКЕ ЗРИТЕЛЕЙ.
Переводчик и редактор: Антон Мирошниченко.
Отдельная благодарность: Марина А., Исмаил А., Антон И., Алексей К., и Дмитрий Б.