Мы пока делаем первые шаги
к пониманию того, что такое психическое здоровье.
Проблемы психического здоровья касаются всех,
несмотря на расовую, классовую и культурную принадлежность.
Я борюсь с ОКР.
Я могу красиво одеться,
но на самом деле чувствовать себя сломленным.
Всем кажется, что вы болели, а потом вылечились.
Но это не так.
Скорее всего, в каждой семье найдется человек,
страдающий от депрессии, тревожности, последствий травмы.
МЕНЯ ОДОЛЕЛА ДЕПРЕССИЯ…
К счастью, исцелиться никогда не поздно.
Здесь сломленные люди могут побыть сломленными.
У нас есть великолепная возможность.
Следует только находиться в нужном месте.
Каждый из нас несет свой груз.
У каждого из нас своя история.
Моя невидимая сторона
Многие люди во всём мире
испытывают душевную, психологическую, эмоциональную боль…
Да.
…но не признают этого,
в частности, этот год
показал нам, как в зеркале…
- Да. - …что мы за общество.
И то, что было проблемой до COVID-19,
еще усугубилось.
По-моему, для многих людей
изоляция и одиночество стали огромной проблемой.
Мы столкнулись лицом к лицу с горем,
ведь горе – это не только утрата кого-то.
Горе – утрата чего-то значимого.
Дети горевали о том, что у них не будет выпускного,
о котором они мечтали.
- Что они в разлуке с друзьями. - В разлуке с друзьями.
И что они не могут жить так, как привыкли.
Этот год внес в нашу культуру такие изменения,
с которыми многие люди еще не сталкивались.
В самом начале многие говорили, что это уравнитель.
- Я совершенно не согласен. - Это не уравнитель.
Те, кто раньше страдал, теперь страдают еще сильнее.
- Верно. - Думаю, единственное,
с чем мы все согласны:
каждый переживает одно и то же по-разному.
Верно. И влияние COVID-19 на людей
еще проявится
самым неожиданным образом,
если вам было тяжело справляться с трудностями
и до того, как это случилось.
Этот год показал, что 99,9%, если не все 100% людей
- перенесли… - Ту или иную травму.
- Ту или иную травму. - Да.
Или какое-то горе, какую-то потерю.
- Да. - Как говорится:
«Непреобразованная боль передается дальше».
Это своего рода проекция. Верно?
Вполне понятно, что многих людей обижали
в детстве, в семье,
возможно, с ними что-то произошло, они что-то видели.
В любом случае, если это никак не трансформировать, не проработать,
то последствия могут быть непредсказуемыми
и их невозможно контролировать.
Горе, которое мы таим в себе, гложет нас изнутри.
Но вы этого не понимаете. И это…
Я один из первых это понял.
Сначала я боялся ходить к психотерапевту. Боялся потерять…
Когда ты начал терапию?
- Четыре года назад. - Относительно недавно.
Да, но четыре года терапии
для человека, который никогда не думал, что она ему понадобится, –
это долго.
А еще в моём окружении было не принято об этом говорить.
Эти проблемы замалчивались.
Почему ты решил, что тебе нужна терапия?
Из-за прошлого. Чтобы излечиться от прошлого.
ГАРРИ
Много лет я об этом даже не думал.
Не задумывался, не осознавал этого.
Я всегда хотел быть нормальным.
ШКОЛА УЭТЕРБИ
Я хотел быть не «принцем Гарри», а просто «Гарри».
У меня была странная жизнь.
К сожалению, когда я думаю о маме,
я постоянно вспоминаю одно и то же.
Как она за рулем машины, пристегнутая,
со мной и моим братом на пассажирском сиденье,
пытается оторваться от трех-четырех-пяти мопедов
с папарацци.
Часто она не могла вести машину из-за слез.
Не было никакой защиты.
И я всегда чувствую беспомощность.
Ведь я был слишком мал. Я был мужчиной, но не мог помочь женщине.
То есть своей матери.
И это происходило каждый день.
- Достаточно. Спасибо. - Ладно.
Можно фото, пожалуйста?
Каждый день вплоть до ее смерти.
Продолжаем следить за событиями в Париже…
31 АВГУСТА 1997 ГОДА
…где принцесса Диана серьезно пострадала в автокатастрофе.
Находившийся с ней Доди Аль-Файед, по-видимому, погиб.
Возможно, в ДТП виновны папарацци,
фотографы, преследовавшие принцессу.
По некоторым сообщениям, они ехали на мотоциклах
и спровоцировали ДТП.
Когда я потерял маму в возрасте 12 лет,
как раз перед 13-м днем рождения,
я не хотел жить.
Я разделил скорбь по матери со всем миром.
Лично мне больше всего запомнился
цокот лошадиных копыт по тротуару.
По красной брусчатке Мэлл.
Тогда мы оба были в шоке.
Я как будто находился вне своего тела,
просто шел и делал то, что от меня ожидали.
Выказывая в десять раз меньше эмоций, чем все остальные.
Чарльз. Чарльз.
Я сказал: «Это моя мама. Вы с ней даже незнакомы».
Уильям. Уильям.
Когда ты это говорил…
Я сейчас стараюсь не заплакать…
но когда ты говорил, я подумала:
тем, кто восхищался твоей матерью, любил ее издали,
было проще принять ее кончину, чем тебе.
Несомненно.
Меня очень злило то, что произошло с ней,
и то, что справедливости не было.
Никто не был наказан.
Люди, преследовавшие ее в туннеле,
сфотографировали ее умирающей на заднем сиденье машины.
В минуты злости мне хотелось обойти все магазины,
забрать оттуда все эти ужасные журналы и сжечь их.
ВОЗМУТИТЕЛЬНОЕ ФОТО УМИРАЮЩЕЙ ДИАНЫ
ПОЗОР
Я не хочу о ней думать,
потому что если я о ней думаю,
то вспоминаю о том, что не могу ее вернуть.
Это меня печалит. Какой смысл думать о чём-то печальном?
Какой смысл думать о человеке,
которого больше нет и который уже не вернется?
И я решил об этом не говорить.
- Кто-то из близких это обсуждал? - Никто не обсуждал.
Вижу, вы всё спланировали.
Потом я много лет
пытался жить дальше, спрятав голову в песок, заткнув уши.
И если спрашивали… Как я уже говорил,
если меня спрашивали: «Как дела?», я отвечал: «Хорошо».
Мне не весело, не грустно. Просто хорошо. «Хорошо» – простой ответ.
Но психологически я был неуравновешен.
Каждый раз, когда я надевал пиджак и галстук, готовясь выйти в общество,
я говорил себе: «Так. Маска на лице».
Посмотрим в зеркало. «Ладно. Идем».
Еще не выйдя из дома, я был весь в поту. Мой пульс…
Я был в режиме «борись или беги». Панические атаки, сильная тревожность.
Возраст от 28 до примерно 32 лет
был самым ужасным периодом моей жизни.
Я нервничал каждый раз садясь в машину
и каждый раз увидев фотоаппарат.
Как это проявлялось?
Я начинал потеть.
Мне казалось, что моя температура
на два-три градуса выше чем у всех, кто находится рядом.
Я убеждал себя, что мое лицо ярко-красное
и что все видят, как я себя чувствую.
Но никто не знал почему. Так что я был смущен.
Я убеждал себя,
что все смотрят на меня.
Одна капля пота – и казалось, что у меня всё лицо мокрое.
Я весь в поту. А в голове крутится:
«Какой позор. Что они обо мне думают?
Они понятия не имеют. Я не могу им объяснить».
И куда бы я ни ходил, с кем бы ни встречался,
я исчерпывал все свои энергетические запасы.
Я считывал эмоции других людей.
Наконец я сталкивался с кем-то, кто потел еще больше, чем я,
и я останавливался, говорил с ним
и успокаивался, после этого я мог двигаться дальше.
Я хотел пить спиртное. Я хотел принимать наркотики.
Я хотел делать всё, что поможет мне
чувствовать себя хоть немного лучше.
Но постепенно я понял, что хотя не пью с понедельника по пятницу,
но выпиваю всю недельную норму
вечером в пятницу или в субботу.
И я пил не потому, что мне это нравилось,
а потому, что я пытался что-то замаскировать.
Ты тогда понимал,
что пытаешься что-то замаскировать?
Нет. Я совершенно этого не осознавал.
Просто… Мозг мне говорил, что во мне происходит борьба.
Но я этого не знал. С какой стати?
Самый счастливый период моей жизни – десять лет в армии.
Несомненно.
Там я носил ту же форму, что и все.
Я проходил то же обучение, что и все.
Я начал с низов, как и все.
Ко мне не было особого отношения.
А вот и он!
Там я чувствовал себя нормальным человеком,
и в молодости мне было комфортнее всего
в Афганистане, подальше от журналистов.
Но мне нужно было разобраться со своим прошлым, со своей злостью.
Когда мне было под 30, я начал задаваться вопросом,
стоит ли мне здесь находиться.
Тогда я начал говорить себе: «Нельзя больше прятаться».
Родные говорили: «Играй по правилам, и будет легче».
Но я слишком похож на маму.
Кажется, я вне системы,
но застрял в этом месте.
Вырваться и освободиться я мог,
только сказав правду.
РАШАД
Я всю жизнь был шеф-поваром.
Еще когда я был маленьким, все знали, что я буду поваром.
Как дела? Я шеф-повар Рашад, основатель Black Food Collective.
Я основал Black Food Collective в 2017 г. Мы выступили на AfroTech.
Пожалуйста, все помогите разгрузить грузовик.
- Как конференция? - Хорошо.
Смотрите, чтобы не было очереди.
В пищевой промышленности мало заведений,
которыми владеют чернокожие.
Я шеф Рашад. Я всё это организовал.
ПОБЕДИТЕЛЬ ШОУ CHOPPED ШЕФ РАШАД
Еда собирает людей из разных слоев общества за одним столом.
- Держи, дорогой. - Большое спасибо.
Мне всегда говорили: «Ты станешь или шеф-поваром, или проповедником».
Наша задача – развивать малый бизнес,
показать, что таким образом можно обеспечить деньгами
сообщество и семью
на всю жизнь.
Когда я произношу речь,
мне говорят: «Ты так хорошо сказал».
Я отвечаю: «Это не я».
Это не Рашад.
Я хорошо умею носить маски.
Я могу красиво одеться,
улыбнуться, чтобы выглядеть на позитиве,
но на самом деле чувствовать себя сломленным.
Разные мелочи из детства сильно на меня повлияли.
Когда я был очень маленьким, к нам в дом нагрянула полиция,
папу арестовали.
Помню, как мы навещали его в тюрьме.
В юности я многое повидал.
У меня есть друзья с наркозависимостью.
У меня есть друзья, которые разговаривают сами с собой.
У меня…
Все эти люди… Все знакомые мне чернокожие мужчины
старше или младше меня, которые пытаются справиться
или не пытаются вообще.
И, смотря на них…
Смотря на них, я вижу себя.
Обычно в обществе клеймят позором…
ГОВОРИТ ДОКТОР БРЮС ПЕРРИ
СТАРШИЙ НАУЧНЫЙ СОТРУДНИК CHILDTRAUMA ACADEMY
…людей с психическими заболеваниями.
Но ирония в том, что, скорее всего, в каждой семье
найдется человек, страдающий
от депрессии, тревожности, наркозависимости, последствий травмы.
С этими четырьмя проблемами сталкивалось 80% населения.
Никто не смущается говорить
о том, что их ребенку требуется лечение от рака.
Но стыдно сказать: «У моего ребенка депрессия,
ему требуется лечение».
Думаю, наше общество еще не достигло этого уровня развития.
Меня заставляли стыдиться
того, что я открыто это признавал.
«Тихо». «Не говори так». «Успокойся».
«Ты слишком много говоришь».
Меня одолели депрессия и тревожность, и я потерял желание готовить.
Оно полностью исчезло.
В 2018 году я победил на Chopped.
Шеф Рашад Армстед, вы победитель Chopped.
Насладитесь своей победой, прежде чем отнести 10 000 баксов в банк.
Спасибо.
Я даже не смотрел свой эпизод Chopped.
Помню, как мне было больно, когда я в нём участвовал.
За год моя жизнь полностью изменилась.
Я развелся, закрыл два ресторана. У меня не было машины.
Кредитная история была ужасна.
С точки зрения чернокожего,
я пытался поступать правильно,
пытался выполнять то, что мне говорили делать,
каким быть и как себя вести,
как жить,
но я не знал о подводных камнях.
В прокате машин мне сказали, что я подхожу под описание
человека, использовавшего фальшивую кредитку.
Меня задержали на несколько минут, потому что я чернокожий.
Он незаконно припарковался. Выложите на фейсбуке.
Я припарковался на две секунды. Не выкладывайте.
Это для моей защиты, ведь вызывать полицию
из-за того, что человек
припарковался на пару минут, – это безумие.
- Где один, там много. - Особенно потому что…
Иногда хочется сдаться.
Хочется бороться еще настойчивее.
Но это один из случаев, когда…
Когда в этой темноте надо найти надежду.
В чернокожем сообществе
нас долгие годы учили ходить в церковь, разговаривать с Богом,
и тогда всё будет хорошо.
Для чернокожих психотерапия – это табу.
Мы не ходим к психологам.
Мне приходилось подавлять это.
Теперь я борюсь с депрессией и тревожностью.
Иногда думаю о самоубийстве.
Это тяжелее всего.
Я несу на себе этот груз,
я в прямом смысле стараюсь держаться.
Я такой какой есть.
«Ладно. Держись, только держись».
Всплывают детские воспоминания.
Страх меня просто парализует.
Но я должен держаться и жить дальше,
иначе что мне тогда делать?
Я себя чувствую как хомячок в колесе.
Будто я двигаюсь, находясь на одном месте.
Пойти к психотерапевту – та еще нервотрепка.
В моей голове сейчас тысяча, миллион мыслей.
Просто…
Особенно потому что я сегодня утром едва встал с постели.
Это один из тех дней, когда для меня встать
и начать передвигать ноги – целое испытание.
Всё как будто говорило мне:
«Перенеси визит. Сделай это.
Сделай это и полежи в постели, ты заслуживаешь отдыха».
И так далее и тому подобное.
Но я должен был преодолеть это.
Я узнал, что, проговаривая некоторые вещи, мы воплощаем их в реальность.
Те вещи, которые я предпочитаю не обговаривать
и которыми пытаюсь не делиться.
А на терапии придется делиться,
если хочешь, чтобы тебе помогли.
Мне было некомфортно.
Да, это было очень напряженно,
но и…
Я кое-что ей рассказал…
Я ей описал некоторые ситуации, а она…
«Ого.
Это серьезные предупреждения».
Это вызвало во мне столько разных эмоций.
Елки-палки.
Я дожил до того, что если честно не оценю ситуацию,
если не прочувствую то, что со мной происходит,
если буду врать или маскировать это,
ситуация станет опасной».
Маску придется снять.
Я смогу освободиться только сняв маску.
Мозгу так же важно быть здоровым,
как и всему остальному телу.
Чтобы тренировать мозг, как мышцы…
Я знаю, что мозг это не мышцы, но чтобы его тренировать…
Мы уделяем внимание физическому здоровью…
- Верно. - …но нужно уделить внимание
и психическому здоровью.
Они неотделимы друг от друга. Мы знаем, что они тесно связаны.
Но во всём мире
из-за связанного с этим клейма
на психическое здоровье не обращают внимания, но это невидимая рана.
А то, чего мы не видим и не понимаем,
пугает нас.
И тяжело говорить о том,
чего многие люди не чувствуют.
Да. Вот так. Теперь бей.
Вот так, вот так! Наклонись!
Подбородок вниз!
У меня через полгода Олимпиада.
Сейчас я номер три в мире,
и все ожидают, что
я не только поеду в Токио. но привезу золото.
На ринге она за весь бой
может нанести один удар и победить.
Это… По-моему, это шедевр.
ВИРДЖИНИЯ ФУКС КРИСТИНА КРУС
…чемпионка –
Вирджиния Фукс!
ДЖИННИ
В детстве я говорила: «У меня не болезнь.
Я не больна».
Руки вверх.
В средних классах у меня развилась анорексия.
Сначала я села на диету, затем ужесточила ее
и осталась довольна результатами.
А потом я потеряла столько веса,
что родители и врачи забеспокоились,
не умру ли я от голода.
И меня отправили в стационар.
Там врачи выяснили,
что анорексию у меня вызвало
обсессивно-компульсивное расстройство.
КОЛОРАДО-СПРИНГС ОЛИМПИЙСКАЯ ДЕРЕВНЯ, США
ГОРДЫЙ ДОМ БОКСА США
Когда я в Колорадо-Спрингс и нахожусь одна в комнате,
иногда я чувствую себя как в тюрьме.
ПОЧИСТИТЬ СПОРТИВНУЮ ОБУВЬ
ПОЧИСТИТЬ ЗУБЫ
ОКР одерживает верх.
Никого рядом нет,
и я могу всё перемывать до пяти утра.
Спортивная обувь нужна для тренировок,
но я не могу ее надеть, если не почищу.
Я часто чищу обувь, мне кажется,
что подошва очень грязная.
И я не могу надеть грязную обувь.
Чёрт возьми.
Итак…
Кроссовок коснулся моей руки.
Придется пойти помыть руки.
Это порочный круг.
Когда я что-то чищу, я сама пачкаюсь.
И приходится мыться.
Так. Мне нужно мыло.
Я думала, это займет десять минут, но…
Я всегда себе так говорю,
но происходит всё иначе.
Часто мыло не так ложится мне на руку или…
Или руки плохо отмываются.
Мне кажется, что нужно помыться двумя разными видами мыла.
Опять же, я не знаю почему, но мозг мне так говорит.
Здесь кроссовок коснулся моей кожи.
Он коснулся запястья, и я стараюсь
полить запястье мылом.
И…
Дело в том, что ОКР – это ловушка.
Я говорю себе «прекрати», но не могу.
Я будто заперта внутри этого цикла уборки.
Я хочу выбраться из него, хочу остановиться…
Почти получилось.
…мозг мне говорит: «Нет, еще один раз».
Если я не помою руки как следует,
появляется неприятное ощущение во всём теле,
в голове туман, мышцы напрягаются.
Я просто не могу ясно мыслить.
И это не прекращается.
Я большую часть жизни это скрывала.
Из-за этого я чувствовала себя неуверенно.
Я сама себе не нравилась.
Я долго это скрывала, думала, меня будут осуждать,
считать ненормальной.
Начав обсуждать свое состояние, я лучше его поняла.
Меня спрашивают: «Зачем ты это делаешь?»
И я задумываюсь: «Зачем я это делаю?»
Я думаю над тем, почему я это делаю, и говорю себе:
«А. Ясно».
- Конечно. - Видишь?
Видишь, что ты делаешь?
Не люблю, когда мои повязки касаются пола.
Моим друзьям по команде на это наплевать.
Они завязывают руки, повязки касаются пола.
А я: «О нет!»
А когда Дервин снимает с меня повязки, мы смотрим, чтобы они не касались пола.
Наконец он научился вешать их себе на плечо.
Он долго к этому привыкал, но теперь он знает.
Пол – это как лава. Лава загрязнения.
Я всегда так говорю.
Многие люди с ОКР, которые панически боятся испачкаться,
боятся чем-то заразиться и умереть.
У меня нет этой фобии.
Я не переживаю: «Мне в рот попала ее кровь.
Я заражусь, заболею и умру».
Это меня не пугает.
Мой страх связан с тем,
что из-за грязи я чувствую себя грязным и отвратительным человеком.
ОКР – это навязчивые мысли,
вызывающие тревогу, беспокойство или страх…
ГОВОРИТ ДОКТОР АНДЖЕЛА СМИТ КЛИНИЧЕСКИЙ ПСИХОЛОГ
…и повторяющееся поведение, нацеленное на ослабление этой тревоги.
Существует много типов ОКР.
Людям больше всего знакомо наведение порядка, стремление к симметрии,
желание сделать всё как следует.
Если ОКР связано с загрязнением, присутствует чувство отвращения.
Чувство отвращения очень неприятное,
невыносимое, длительное,
а ритуалы призваны избавить от этого неприятного чувства.
Я всегда была способна
не допускать мое ОКР в бокс.
Но в феврале всё изменилось.
За три дня я спала, наверное, часа два.
Я была в зале, и когда что-то касалось моей кожи,
я шла мыться, но…
я отмывала маленькую часть тела,
которая коснулась пола секунды на две,
около получаса,
затем шла стирать одежду.
Но одежда была постирана не так,
и я ее перестирывала раза два.
Вот до чего всё дошло.
Ритуал похода в душ всё усложнялся.
Теперь на это требовался час.
Раньше я мылась один раз одной губкой,
теперь я один раз мылась десятью губками.
Пять кусков мыла, чтобы один раз принять душ.
Я брала в душ большие упаковки геля,
за один раз я использовала две упаковки.
Я ничего не ела, потому что у меня не было времени сходить в кафе.
Надо было принять душ перед следующей тренировкой.
Я так усердно гналась за этим ощущением,
что у меня напрягались мышцы…
Я тяжело дышала, как во время тренировки.
Я будто тренировалась круглосуточно, без сна и отдыха.
Если три дня не спать,
начинаются галлюцинации, мозг перестает нормально работать.
И на третью ночь я поняла, что я в тупике.
Я постоянно моюсь, но ничего не меняется.
Чувство чистоты никак не появлялось,
и я разозлилась на себя.
Я закричала на себя: «Прекрати!»
Заплакала. Я спрашивала себя: «Почему я не могу остановиться?»
Я ходила туда-сюда
без определенной цели.
Я не знала, что делать. Я попала в ловушку.
Теперь я не могла заниматься боксом, общаться с людьми.
Я говорила себе: «Теперь ты не можешь жить».
Ведь если встать и попытаться жить дальше,
то больше не выберешься из этой ловушки.
На тот момент я уже очень устала, я билась в истерике.
Я просто упала на пол.
И тогда я поняла: «Мне нужно обратиться за помощью
и побыстрее, пока еще не поздно».
Какими словами
обычно клеймят людей с психическими расстройствами?
- Псих. - Псих.
- Чокнутый. - Чокнутый.
- Ненормальный. - Помешанный.
Да. Нервный срыв.
- Да. - Это клеймо,
ярлык «не такого» –
главная проблема для людей с психическими заболеваниями.
Ведь сколько лет
люди пытались скрыть это в собственных семьях,
старались, чтобы никто не узнал.
А если родители не хотят об этом говорить,
а друзья не хотят об этом напомнить,
ты вполне можешь сказать: «Минутку.
Возможно, это результат моего воспитания».
Да. И все, кто хранит этот секрет,
стыдится этого.
А молчание способствовало тому, что ты навесил на себя ярлык
и не мог преодолеть этот барьер стыда.
А поделившись этой историей,
ты не только показываешь себя с другой стороны,
ты и сам можешь взглянуть на себя с другой стороны
и помочь многим другим людям.
Я очень люблю эти моменты истины
и возможность поделиться историями,
в которых люди могут узнать самих себя.
И всякий раз, когда люди, например Леди Гага,
публично рассказывают об этом,
я понимаю, как это важно, ведь это позволяет людям сказать:
«И ты тоже? Даже ты, со всеми твоими возможностями?»
Наша цель – помочь людям публично в этом признаться.
Встречайте несравненную Леди Гагу!
После моего интервью с Опрой…
Психические проблемы – это кризис.
Тебе помогли лекарства?
Лекарства мне очень помогли. То есть…
Потом мы с ней вошли в гримерку.
Ты была такой уязвимой, такой искренней, настоящей…
Мы плакали и обнимались.
Я чувствовала себя в безопасности с ней.
У меня в голове происходили ужасные вещи,
я до сих пор это прорабатываю.
И…
Я пытаюсь делиться этим опытом,
а не просто
скрывать его и притворяться.
Не прочтет, не прочтет мое
Нет, он не прочтет Мое беспристрастное лицо
Она понимает меня как никто
СТЕФАНИ
Я думала, что сталкивалась
с психическими проблемами в ранней юности.
В юности я наносила себе порезы.
Я пережила надругательства…
И мне очень сложно объяснить
так, чтобы не шокировать молодежь
или людей постарше, почему возникает желание себя резать.
Думаю, что у меня это желание
возникало потому, что я хотела показать свою душевную боль.
Послушайте
THE BITTER END 20 ЯНВАРЯ 2006 ГОДА
У меня потрясающие амбиции
Мне было 19 лет…
СТЕФАНИ ЖИВОЙ КОНЦЕРТ
…я работала в шоу-бизнесе,
и продюсер сказал…
«Разденься».
Я отказалась.
И ушла.
И…
мне сказали, что уничтожат все мои записи.
Меня и дальше…
Меня и дальше просили, а я просто оцепенела, я…
Я не… Я даже не помню.
Не буду называть его имени.
Я понимаю движение Me Too.
Я понимаю, что многие люди способны на это,
а я – нет.
Я больше не хочу встречаться с этим человеком.
ЛЕДИ ГАГА ПРИЗНАЕТСЯ, ЧТО У НЕЕ ПТСР
ИЗ-ЗА ИЗНАСИЛОВАНИЯ В ПОДРОСТКОВОМ ВОЗРАСТЕ
Это жестокая и опасная система.
«МНЕ НАНЕСЛИ МНОГО РАЗНЫХ ТРАВМ…
НО Я СМОГЛА ЖИТЬ ДАЛЬШЕ».
Много лет спустя я обратилась в больницу. Меня показали психиатру.
Я сказала: «Вызовите настоящего врача.
Зачем мне психиатр? Я не чувствую своего тела».
Сначала у меня болело всё тело.
Потом оно онемело.
Я болела много недель после этого,
и я поняла, что ту же самую боль я чувствовала,
когда насильник высадил меня беременную на углу.
Возле дома моих родителей.
Потому что меня тошнило.
Мне было плохо.
Надо мной издевались.
Меня на несколько месяцев запирали в студии.
ЛЕДИ ГАГА ОПИСЫВАЕТ СВОИ СИМПТОМЫ ПТСР:
«У МЕНЯ БЫЛИ СПАЗМЫ ПО ВСЕМУ ТЕЛУ»
Я хочу
сказать всем, что я осушила свои слезы.
Что я живу дальше. Видите?
Вот…
Я открываю глаза. Как меня учили.
Отвожу плечи назад. Открываю глаза.
Это помогает совладать с эмоциями.
Я знаю, где я. Я в подвале своего офиса.
И…
Такие вещи можно пережить.
Но когда…
Когда это сильно бьет по вам,
вы из-за этого меняетесь.
У меня был настоящий нервный срыв.
И несколько лет
я была не в себе.
ЛЕДИ ГАГА ОТМЕНЯЕТ ЧАСТЬ JOANNE WORLD TOUR
ПО ПРИЧИНЕ СИЛЬНОЙ БОЛИ
Я чувствую боль…
ЛЕДИ ГАГА ОТМЕНЯЕТ КОНЦЕРТЫ ИЗ-ЗА ФИБРОМИАЛГИИ
…такую же, как после изнасилования.
Я прошла много МРТ и КТ.
У меня ничего не нашли.
Но…
…тело помнит.
Я ничего не чувствовала.
ТРАНСФЕР
Я не чувствовала целостности.
Мой мозг как будто отключился.
Я не понимала, почему больше никто не паникует,
ведь я сама находилась в состоянии сильнейшей паранойи.
Я на самом деле
чувствовала, что меня везде
преследует черная туча, которая говорит,
что я бесполезный человек и должна умереть.
Я кричала и билась о стену.
Но знаете, почему не стоит себя резать?
Знаете, почему не стоит биться о стены?
Знаете, почему не стоит наносить себе вред?
От этого становится только хуже.
Вы думаете, что вам станет лучше,
если вы продемонстрируете окружающим свою боль.
Но это не помогает.
Я всегда говорю: «Не надо показывать. Расскажите».
И, думаю, я до недавнего времени наносила себе порезы,
потому что процесс обретения психического здоровья
был медленным,
улучшения были медленными.
И…
…хотя я отлично прожила полгода,
достаточно одного триггера, чтобы
почувствовать себя плохо.
И под плохим самочувствием я имею в виду
желание нанести себе порезы, мысли о смерти, о самоубийстве.
Я научилась
выводить себя из этого состояния.
Моя жизнь начала потихоньку меняться за два с половиной года.
Чем ты занималась в это время?
Я получила «Оскар».
- Супер. - Никто не думал.
Леди Гага, Марк Ронсон…
Энтони Россомандо и Эндрю Уайатт.
Большое вам спасибо.
Спасибо Киноакадемии за эту огромную честь.
Тем, кто сейчас дома, кто сейчас страдает,
я, во-первых, хочу сказать:
рядом с вами должен быть хоть один человек, который вас ценит.
Под словом «ценит» я имею в виду: верит вам,
заботится о вас, говорит, что ваша боль имеет значение
и что она реальна.
Еще я хочу сказать,
что управлять собой – возможно.
- Привет! - Привет.
Как дела?
- Привет. Как ты? - Как самочувствие?
Если сосредоточиться
и сказать себе: «Так, я встану с постели.
Займусь терапией, "заземлением" или благодарностью,
подвигаюсь, поем
и займусь делами, которые принесут мне пользу».
Поиграю на фортепиано. Немного спою.
Почищу зубы. Обязательно приму душ.
Я всё буду делать осознанно.
Я выполняю эти действия подряд,
без остановки и говорю себе: «Стефани, будь храброй».
Нужно быть храбрее. Иметь смелость дышать.
Иметь смелость жить дальше.
Я продолжаю делать это, выхожу на задний двор
и говорю: «Ладно. Я вернулась».
Я считаю,
что нужно регулярно есть.
Это очень важно для мозга.
Я считаю это
полезным навыком.
Питание.
Питаться – это поливать брокколи острым соусом.
Это всё равно питание, если брокколи выглядит
вот так?
Я всё поливаю острым соусом.
Это ненормально.
Интересно, что я постоянно на грани.
От чувства, что я хочу нанести себе порезы,
до чувства, что я этого делать не хочу, один шаг.
Всем кажется, что это прямая линия,
например, как если бы
вы заразились вирусом, болели, а потом вылечились.
Но это не так.
Это вовсе не так,
поэтому люди чувствуют себя в ловушке.
Они чувствуют себя в ловушке, потому что злятся на себя.
Со мной так и было.
«Почему мне не становится лучше? Что со мной не так?»
И знаете что? С вами всё нормально.
Просто что-то не сработало.
Вы должны уделить этому внимание,
а это нелегко.
РАШАД
Это был очень интересный год.
Я развелся. Потерял бизнес.
Перенес COVID.
Я спал на диване у тети…
…был практически бездомным, без денег –
но смог снова…
Теперь у меня есть дом и я снова могу заботиться о себе.
Я очень благодарен за это.
Мне пришлось вернуться в Окленд, чтобы выйти на работу.
САРА РОУЛС DOWN TO EARTH COOK BOOK
Мы кормим около 750 человек в неделю.
Терапия далась мне нелегко, потому что я не всегда мог ее оплатить.
Мне приходилось искать другие пути к исцелению.
Помощь Black Food Collective
очень помогла мне в процессе исцеления.
Распаковка этих коробок
стала для меня сильным эмоциональным потрясением.
Мне пришлось распаковать вещи, которые я не хотел видеть.
Я вернулся домой в начале карантина.
Я не знал, как общаться с родными,
как описать серьезность моей депрессии и тревожности.
Потому что иногда мне для этого не хватало слов.
Я хотел поговорить об этом, но не мог подобрать нужных слов,
чтобы люди меня поняли.
Но они пытались проникнуть в мой мир.
И я рад этому, потому что я иногда
так замыкаюсь в себе, что не замечаю ничего вокруг.
Разогреть масло?
- Жаль, нет куриного жира. - Я умею это готовить.
- Это готовится так. - Нет.
Ты никогда это не готовила? Видишь?
- Бездельница. - Не знаю.
Правда?
- Что он сказал? - Научи меня
готовить барбекю, не закоптившись дымом.
В детстве мать и отец были моей единственной поддержкой.
Среди ее сестер только мама до сих пор в браке.
Она пережила такое, из-за чего многие люди бы сломались.
Ты посмотри. Да, да.
Рашад был чутким и общительным.
Он всегда был лидером.
Даже в детстве
он был заводилой.
Иногда он бывает молчаливым,
неразговорчивым.
Это начало проявляться в подростковом возрасте.
Но после женитьбы это стало очень заметно.
Тогда он начал вести себя очень странно.
Это для него было тяжелое время.
Очень тяжелое.
Он делал вид, что всё в порядке, но я-то знаю своего сына.
Он очень сильно страдал.
Жизнь просто пошла наперекосяк,
и в результате
я попал в ловушку.
Моя тревожность возросла в десять раз.
Каждый день, но…
Я даже не мог присесть и переждать приступ паники.
Во время приступа паники мне приходилось работать.
Мне приходилось работать во время депрессии.
Иногда у меня даже не было слов,
я не мог подобрать слова для общения.
Да.
В самые сложные моменты
я чувствовал себя как в тюрьме.
Из которой не мог выбраться.
- Да. - Знаю.
- Да. - Я это чувствовала.
- Да, мы знаем. - Я это чувствовала.
И я видел, что ему сложно.
Когда у него начались проблемы, я не уделяла ему достаточно внимания.
Я говорила с ним,
но недостаточно,
потому что я не хотела навязываться,
говорила ему,
что он мужчина и должен разобраться сам.
Теперь мы должны его поддержать.
Но я не хотел, чтобы вам казалось, что…
Каждое ваше движение
было неверным или чтобы вы чувствовали себя виноватыми…
Это было не так. Вы были не виноваты.
Просто всё навалилось,
и получился бардак.
Я был тоже занят
и не понимал, что вы переживаете.
Я не до конца понимал,
как сильно эти события на вас повлияли.
- Очень сильно. - Знаю.
Но теперь мы с тобой.
Я тебя люблю.
Я тебя поддержу при любых трудностях.
Семья очень важна на пути к выздоровлению.
Любящая семья, которая учится…
ГОВОРИТ КЕН ДАКВОРТ ГЛАВВРАЧ
НАЦИОНАЛЬНОГО АЛЬЯНСА ПО ПСИХИЧЕСКИМ ЗАБОЛЕВАНИЯМ
…и помогает решить проблемы – это незаменимые помощники.
Если ваши родные готовы учиться
и не стыдят вас за уязвимость,
а работают вместе с вами,
вы можете достичь потрясающих результатов.
«Что не так?» – это неправильный вопрос.
Вопрос в том, что вызвало
такое навязчивое поведение у человека.
Этот девиз… или как это называется…
- Да. - …отпечатался у меня в мозгу.
- «Что с тобой случилось?» - Когда что-то случается…
Когда я слышу в свой адрес ненависть и сарказм,
вспоминаю об этом, потому что…
- «Что с тобой случилось?» - Что с тобой случилось?
Что с ними случилось?
Вопрос: «Что с тобой случилось?» – это не обвинение.
Это просьба: «Расскажи, что случилось», а не: «Что с тобой не так?»
Я поняла, что это касается всех.
Единственное, что до сих пор вызывает у меня слезы,
хотя прошло уже 60 лет, это понимание…
ОПРА
…когда я приехала в Милуоки из округа Атала, Миссисипи.
Раньше я никогда не разлучалась с бабушкой.
Вдруг меня посадили в машину и отвезли в Милуоки,
и сказали, что больше я бабушку не увижу.
Что теперь я буду жить с мамой,
которую толком не знала.
Ведь моя мама участвовала в той великой миграции
на север, когда детей оставляли с бабушками.
Моя мама жила и работала у женщины из среднего класса,
которая была очень светлая и могла сойти за белую.
С первого взгляда я поняла,
что не нравлюсь ей из-за цвета моей кожи.
В первую же ночь
она не пустила меня в дом.
В доме была небольшая открытая терраса,
мне пришлось спать там на диване.
И моя мама…
…у нее был еще один ребенок…
Тогда я впервые встретила свою сводную сестру…
Она не заступилась за меня,
не сказала: «Нет, мой ребенок должен войти в дом».
И тогда,
когда моя мама сказала мне: «Ты будешь спать вон там»…
…я поняла, что одинока.
Сегодня на «Шоу Опры Уинфри»
мы воссоединим людей с любимыми учителями,
некоторые из них не видели друг друга десять, 20 и даже 30 лет.
Но сначала расскажу вам о своей любимой учительнице.
Я сейчас расплачусь. Меня спасла учительница.
Мэри Дункан?
Миссис Дункан!
Если бы у меня был целый класс учеников вроде Опры,
я была бы на седьмом небе.
Долгие годы
меня любили только в школе.
Поэтому я много лет хотела стать учительницей.
Чтобы давать другим детям то, что учителя дали мне.
Я так сильно люблю миссис Дункан, потому что она помогла мне проявить себя.
В том году я поняла, что могу чего-то добиться.
Она дала мне почувствовать собственную важность,
я думаю, всем детям это нужно.
Благодаря вам я поняла, что могу добиться успеха.
Связи с людьми, которые о вас заботятся,
играют важную роль.
Для меня это были учителя.
Поэтому я понимаю, что школа очень важна.
Образование не спасет вас, но облегчит вам жизнь.
Мне было очень приятно
ощутить
собственную ценность, которой я не ощущала дома.
Я ее не ощущала.
Вовсе.
20 АВГУСТА 2006 ГОДА
Я собрала вас здесь сегодня, чтобы сообщить,
что вы станете первыми учениками
Академии лидерства…
АКАДЕМИЯ ЛИДЕРСТВА ОПРЫ УИНФРИ ДЛЯ ДЕВОЧЕК
МЕЙЕРТОН, ЮАР
В 2007 году я открыла в ЮАР Академию лидерства Опры Уинфри
для девочек, у которых было желание учиться, но не было возможностей.
Первые два класса отобрала лично я.
Я ходила по деревням и тауншипам,
отбирая девочек, в душах которых горел огонь,
которые хотели чего-то добиться в жизни.
Леди и джентльмены,
встречайте дочерей Академии лидерства Опры Уинфри для девочек.
Но уже в первую неделю занятий
я заметила, что некоторые девочки странно себя ведут.
Я думала: «Что с этими девочками не так?
Они не могут сосредоточиться».
Я позвонила доктору Брюсу Перри,
и он сказал: «У твоих детей травма.
Они привыкли к хаосу, их мозг не может находиться
там, где спокойно и где их поддерживают».
Тогда я не понимала, что такое депрессия.
Мы не были готовы бороться с травмой, психическими заболеваниями,
депрессией, тревожностью.
Каждый год приезжала, чтобы провести курс «Введение в жизнь»…
…на основе книги Майкла Сингера «Душа освобожденная».
Он говорит о шипах, которые мы носим в себе.
О событиях в вашей жизни, которые вы скрыли, подавили,
о неразрешенных проблемах,
из-за которых возникают разные непонятные вам ситуации.
Просто кто-то зацепил ваш шип.
Какой шип нужно вынуть из вас?
Первая девочка сказала: «Мой шип – это злость.
Во мне так много злости».
А в классе 72 девочки.
«Во мне так много злости».
Она сказала: «Потому что в четыре года
я пыталась сказать бабушке, что ко мне пристает дядя.
Она сказала: "О чём ты? Он твой дядя".
Она не обратила внимания. А в семь лет дядя меня изнасиловал».
И она сказала…
«Во время каждого приезда домой…
…мне приходится видеться с этим дядей.
И моя бабушка об этом знает.
И я ничего не могу поделать.
И я так злюсь».
Воцарилась тишина, никто не мог поверить, что она сказала это вслух.
Я сказала: «Ты не единственная, с кем это случилось.
Уверена, ты не одна такая.
Я попрошу всех девочек в этой комнате…
…кто это пережил, встать.
Встаньте в ее поддержку.
Встав в ее поддержку, вы поддержите себя тоже,
потому что бабушка ее не поддержала.
Кто встанет в ее поддержку?
Но прошу встать только тех, кто понимает, о чём она говорит,
и пережил нечто подобное».
Из 72 девочек встало 24.
Им было девять, десять, 11, 12 лет.
Меня изнасиловал 19-летний кузен.
Я не знала, что такое изнасилование.
Слова такого точно не знала.
Я не знала, что такое секс. Я понятия не имела…
Я понятия не имела, откуда берутся дети.
Я даже не знала, что со мной происходит.
И я держала это в секрете.
И…
Я просто приняла это.
Что девочка в опасности…
…в мире, где полно мужчин.
Детские травмы не проходят бесследно.
Вы можете пережить их и найти свой путь,
но на этом пути обязательно будет боль…
ГОВОРИТ ДОКТОР БРЮС ПЕРРИ
СТАРШИЙ НАУЧНЫЙ СОТРУДНИК CHILDTRAUMA ACADEMY
…будут шрамы и трудности.
Я считаю, что людям
очень важно понять,
что у каждого есть свой багаж.
У каждого есть свой груз. Мы просто не знаем какой именно.
И поэтому в работе с психическим здоровьем
важно услышать историю этого человека.
Рассказ о себе,
возможность сказать: «Вот что произошло со мной», –
это критически важно.
Я не рассказываю эту историю для самопиара.
Честно говоря, это тяжело рассказать.
Я этого стыжусь.
Как объяснить людям, что у меня есть привилегии, деньги,
власть, но я несчастна?
Как это сделать?
Я рассказываю свою историю не для того,
чтобы мне посочувствовали. Мне это не нужно.
Но посочувствуйте кому-то другому.
Пережив это, я могу сказать, что людям нужна помощь.
И возможность поговорить с вами – часть моего исцеления.
Я больше не боюсь.
Я не боюсь сказать: да, у меня депрессия.
Да, у меня тревожность,
и иногда мне не хочется ничего делать.
Я бываю зол, мне бывает грустно,
я могу расчувствоваться. Такое бывает.
Это всё я. Я всё это чувствую.
Но знаете, я рад, что чувствую это.
Я считаю, что люди, признающие, что у них есть психические проблемы,
похожи на супергероев.
Если ты что-то пережил,
это не значит, что твои дети или кто-то еще
должен пережить то же самое.
Я считаю своим долгом и обязанностью разорвать этот круг.
Перевод субтитров: Елена Цехмейструк