ОРИГИНАЛЬНЫЙ ДОКУМЕНТАЛЬНЫЙ СЕРИАЛ NETFLIX
1 АПРЕЛЯ 1991 ГОДА
ПРЕССА
Первого апреля был понедельник после Пасхи.
До 22:00 я был в редакции,
а потом поехал домой в район Унтеррат в Дюссельдорфе.
Тогда я увидел...
Город светился синими огнями.
Пожарные, скорые, полиция.
За всю свою карьеру я не видел ничего подобного:
ни до, ни после того.
Я поехал вслед за полицейскими машинами,
а они все ехали к бульвару Кайзер-Фридрих-Ринг.
Там живут богатые и известные люди.
Я всё еще не знал, что произошло.
Я спросил полицейского:
«Скажите, что происходит? Весь город оцеплен».
Он ответил: «Не только весь город.
Все трассы тоже.
Мы производим облаву».
Я спросил: «Что случилось?»
Он ответил: «Худшее преступление».
Сказал: «Вы наверняка слышали про господина Роведдера».
«Кто такой Роведдер?»
«Вы его не знаете?
Он председатель Treuhand в Берлине.
Он ликвидирует ГДР».
Мы с женой были на горнолыжном курорте.
В ту ночь мы возвращались в Дюссельдорф.
Мы проезжали дом Роведдера. В нём везде горел свет.
И в 20 метрах перед домом
я встретил полицейского и спросил его лишь об одном:
«Он мертв?»
«Да».
Я знал, что произошло. Это было предельно ясно.
Добрый вечер, дамы и господа.
Канал ZDF приносит извинения за прерванный фильм.
Мы должны сообщить печальную и шокирующую новость.
Председатель агентства Treuhand, Детлев Роведдер,
был убит в своем доме в Дюссельдорфе
в вечер понедельника около 22:30.
ГЕРМАНИЯ
Германский рейх.
Никто не намерен строить стену!
Западная и Восточная Германия — это разделенная нация.
Единство, закон и свобода...
Фракция Красной Армии.
...безумные нападения террористов-варваров.
...для немецкого Отечества
Поднимаясь к новой жизни...
Разрушить эту стену!
Наше отечество, вновь объединенное.
Процветай, немецкое Отечество
Я катался на лыжах в Австрии.
МИНИСТР ФИНАНСОВ - ТЕО ВАЙГЕЛЬ
Мои агенты службы безопасности разбудили меня ночью и сказали:
«Роведдера убили».
Я катался всего два дня.
Я очень хотел поехать в этот отпуск.
Он сказал: «Иди сфотографируй окно верхнего этажа».
Я ответил: «Я ничего не вижу».
Он сказал: «Включи вспышку и сфотографируй.
Позже увидишь, что сфотографировал».
Я был дома, когда позвонил телефон.
Я сразу знал, почему его убили.
БЮРО КРИМИНАЛЬНЫХ РАССЛЕДОВАНИЙ НАЧАЛЬНИК АНТИТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО БЮРО
Наш отдел расследований выехал туда,
оперативная группа была наготове,
и они сразу начали работать посреди ночи.
Приехало много полицейских,
включая Бюро криминальных расследований.
Незнакомые люди взяли на себя управление ситуацией.
Меня заставили уехать.
Мы приехали где-то между 03:00 – 04:00 утра.
Сначала мы пошли в здание оценить ситуацию.
Тело всё еще лежало на полу кабинета на первом этаже.
ФЕДЕРАЛЬНОЕ ВЕДОМСТВО УГОЛОВНОЙ ПОЛИЦИИ ПРЕСС-СЕКРЕТАРЬ
Господин Роведдер находился напротив окна,
он упал на пол перед книжным шкафом.
- Господин Шмок. - Да, господин Восс.
Министерство внутренних дел в Дюссельдорфе
подтвердило убийство Роведдера?
Да, убийство подтверждено.
Город в состоянии шока.
Его очень любили,
но он знал, что с новой должностью
он подвергался опасности.
Можно сказать с уверенностью — это политический акт.
Первым делом в редакции
я проявил пленку.
Я очень отчетливо это помню.
Я был в шоке от увиденного.
Здесь видно две пули,
прошедшие через обычное стекло окна.
Одна пуля убила Детлева Карстена Роведдера.
Вторая пуля попала в его жену, стоявшую сзади него.
Если бы местная полиция
приняла достаточные меры для обеспечения безопасности,
то на окнах бы стояло не обычное стекло,
а пуленепробиваемое, которое бы остановило эти пули.
Я до сих пор не могу понять,
почему только на первом этаже дома
были установлены защитные стекла.
В доме, где я жил,
все окна
и все двери были предназначены
для защиты от нападения.
Чувство злости и жалости.
Злость и жалость.
Злость из-за того, что не удалось защитить,
и жалость к людям,
которые доверяли стране, а страна их не защитила
или не захотела защитить.
Время новостей на канале «Первое немецкое телевидение».
Глава агентства Treuhand, Роведдер, как сообщается, был убит.
Потерпевший был ключевой фигурой в безуспешной попытке
радикального изменения экономики бывшей коммунистической Восточной Германии.
В левая Фракции Красной Армии утверждают, что это они его убили,
но сотрудник немецкой службы безопасности сказал, что Штази,
бывшая секретная полиция Восточной Германии, также может быть причастна.
Федеральный Генеральный прокурор отказался подтвердить
причастие RAF к убийству.
Вряд ли они скоро или вообще когда-либо смогут найти преступника.
Министр финансов Вайгель, контролирующий Treuhand,
прервал свой пасхальный отпуск и приехал в Бонн.
Я думаю, Роведдер...
...мученик, или мученик объединения Германии.
И с учетом этого...
...ему были признательны
за его отвагу и желание
вступить на этот опасный пост в Treuhand.
На благо Германии.
МУЧЕНИК
Роведдер был главой наибольшей промышленной холдинговой компании.
ВИЦЕ-ПРЕДСЕДАТЕЛЬ TREUHAND
В ней состояло около 15 000 компаний ГДР.
Порты, сталелитейные заводы, текстильный и химический сектор.
По западным стандартам у этих компаний были всевозможные проблемы.
И каждая из этих 15 000 компаний нуждалась в серьезной реорганизации.
Колоссальная задача.
Наверно, впервые агентству, агентству Treuhand...
ЮРИСКОНСУЛЬТ TREUHAND
...нужно было сгруппировать компании, реорганизовать, ликвидировать, продать.
АГЕНТСТВО TREUHAND
Госпожа Бройель, ваша реакция на убийство...
Все сотрудники удручены, но готовы
продолжать дело господина Роведдера.
Это наша работа и мы преданы своему делу.
Ужасно. Кошмарно.
У меня нет слов.
- Это ужасно. Он был моим начальником. - Я... опечален.
Даже в ярости.
Мне интересно...
...почему не было предпринято никаких мер по его защите?
На следующий день после убийства Роведдера
я приехал в Treuhand.
Было шумно.
Шестеренки всё еще крутились.
Там были инвесторы, менеджеры, пришедшие за займами,
инвесторы, пришедшие за информацией по их заявлениям о переводе.
Я чувствовал себя там не в своей тарелке.
Только подумайте: работаешь в организации,
главу которой застрелили.
Что за больные структуры на такое способны?
Человек отказывается от безопасной должности на Западе,
чтобы приехать на Восток и решить это всё.
В отличие от тех выскочек в Мюнхене, Бонне или где там еще,
сидящих в безопасности и чешущих языками,
он приехал и принял этот вызов.
И его застрелили. Это безумие какое-то.
Экономика в бывшей ГДР находится на грани коллапса.
Новые государства Германии столкнулись с целой горой проблем.
Господин Роведдер, многие интересуются, почему вы за это взялись?
5 НЕДЕЛЬ
ДО УБИЙСТВА
Возможно, мы найдем этому объяснение в вашем прошлом.
Вы родились в семье торговца книгами в городе Гота в 1932 году.
Это в Тюрингии.
Вы из Центральной Германии. Это повлияло на ваше решение?
Да, меня всегда интересовали
так называемые «новые» земли Германии.
Я часто бывал в ГДР во время пребывания в Бонне.
Воссоединение всегда много для меня значило,
и поэтому, несмотря на критику
и недовольство, которые люди могут выражать по поводу моей работы,
я горжусь тем, что буду здесь работать,
и смогу разглядеть что-то помимо существующих трудностей.
Чересчур большие компании, заносчивый персонал, старое оборудование,
низкая продуктивность и, самое главное, товары, которую сложно продавать.
Агентство Treuhand задавлено обширными проблемами.
Как вы относитесь к агентству?
- Не очень. - Почему?
Их реорганизация всё разрушила,
а не создала новые вакансии.
Моя жена потеряла работу.
Все напуганы.
Мы сейчас в худшем положении, чем раньше.
Чувствуешь себя несчастно,
не знаешь, сохранишь ли свою работу.
Ситуация характеризуется
быстрорастущей безработицей, много...
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ TREUHAND
...компаний терпит крах.
Да, безработица удручает.
В некоторых регионах она губительна и вызывает тревогу,
и люди вправе испытывать беспокойство,
ведь каждый работник хорошо выполняет свою работу,
и от этого еще тяжелее принимать решения.
Мы...
...в агентстве серьезно относимся к таким решениям.
Когда мы принимаем решение, мы думаем о последствиях для людей.
Я 18 лет здесь проработала.
И в свои 43 я нигде не смогу найти работу.
В центре занятости меня посылают с одного места на другое.
Как и в собесе.
Квартира уже не квартира, а свалка.
Я на грани нервного срыва.
Правда.
И со всего 500 марками пособия по безработице
я сейчас уже в таком состоянии, что готова повеситься.
И детей своих с собой заберу. Да.
Уж поверьте. Я их одних не оставлю.
Вы правда вчера открыли газ?
Я просто не знала, что делать.
Мы это переживем.
Мы будем бороться.
ОКТЯБРЬ 1989 ГОДА
18 МЕСЯЦЕВ ДО УБИЙСТВА
ВОСТОЧНЫЙ БЕРЛИН
В ГДР никто не голодал. У всех были квартиры.
Бездомным никто не был.
В ГДР эти вещи были очень хорошо организованы.
Компании функционировали. Люди усердно работали.
Но это было как колесо для хомяка.
Это ни к чему не приводило. Не приносило богатства.
Если бы в 1989 году не пала Берлинская стена,
через два, три, меньше чем через пять лет всё бы развалилось.
Система и весь внутренний строй
совсем распались.
Долой насилие!
Люди уже не хотели отстаивать подлинные ценности.
Свобода!
Тысячи преимущественно молодых людей во многих городах
требуют свободу и политическую реформу.
Это девятое ноября — исторический день.
ГДР огласила открытие своих границ.
Ворота в стене раскрылись настежь.
Для всех политически активных людей девятое ноября стало днем,
который они запомнят на всю свою жизнь.
Восточных берлинцев переполняли эмоции
при пересечении границы, закрытой от них в течение 28 лет.
Этот день запомнится как самый драматический для Берлина день.
Но вместе с радостью
сразу же возник вопрос:
«И что теперь?»
Что теперь ожидает министра финансов?
За пару дней до этого в министерстве финансов
мы уже начали думать о том,
что должно было произойти,
чтобы вывести ГДР из катастрофической экономической ситуации.
Я до сих пор поражен
новаторской деятельностью, проявленной министром финансов.
В 1989 году, когда пала Берлинская стена...
МИНИСТЕРСТВО ФИНАНСОВ РУКОВОДИТЕЛЬ ОТДЕЛА
...начиная с ноября
я был в полной готовности,
как никогда за всю свою жизнь.
Существовал двухтомный справочник по ГДР.
Я купил его, чтобы ознакомиться со всеми учреждениями.
Там также были исследования об экономике ГДР.
Я заполучил их и сказал себе
с юношеским высокомерием, мне было всего 44 на тот момент:
«Теперь никто не знает о ГДР больше, чем ты».
И я подошел к делу с такой установкой.
Это был решающий момент,
время для реорганизации экономической и социальной системы ГДР.
А это значит...
...конкуренция, частная собственность, независимая денежно-кредитная политика.
Тогда мы уже думали обо всём этом для народа ГДР.
Четырнадцатого ноября мне позвонили из Совета министров.
«Вы нужны нам в правительстве».
Полчаса спустя я была на самой высокой должности в своей жизни.
МИНИСТР ЭКОНОМИКИ ГДР - КРИСТА ЛУФТ
В тот день у моего второго сына был день рождения.
Прекрасно!
А потом всё началось.
В национальных и иностранных газетах я не видела злости.
Там, скорее, писали: «Она храбрая».
Или: «В ее сфере люди действительно хотят что-то изменить».
Таким был основной тон.
Криста Луфт заявила,
что правительство хотело бы радикально,
но контролируемо перейти к рыночной экономике.
Мы стремимся к рыночной экономике,
эффективной и конкурентоспособной на международном уровне.
Мы хотели обеспечить свободу торговли
и способствовать развитию малого частного бизнеса.
Мы уже приняли новый закон о совместном предприятии в Народной палате.
Все эти вещи были не просто на бумаге,
а уже были в процессе запуска.
Несколько недель мы действительно верили,
что страна идет в гору, и всё наладится.
Что будет создана ГДР без недостатков прошлого...
КЛАВИШНИК ГРУППЫ «RAMMSTEIN»
...в виде Штази, угнетения
и издевательств со стороны партии.
Думали, она станет более открытой и расслабленной.
Своего рода раем.
Многие пытались осуществить свои мечты.
Каждый второй открывал кафе или бар.
Они были как дети в магазине игрушек,
которым разрешили играть.
Можно было почувствовать удовольствие, с которым они говорили:
«Вот держите, белое вино...
Да, мы работаем только по вечерам».
Часто это была просто квартира, выходящая во двор,
куда люди начали ходить на встречи и выпивку по вечерам.
Все делали то, что считали правильным.
Кто-то продавал сосиски,
кто-то салаты с оливками и другими экзотическими продуктами.
С невероятной радостью люди воплощали свои мечты.
Мы должны найти свой путь, использовать шанс, который у нас есть.
Здесь многое нужно изменить,
но без капитализма и превращения в Западную Германию.
Народ, услышь сигнал!
Мы хотим, чтобы это была наша страна,
и чтобы никто не решал ашу судьбу за нас.
Иногда мне было не по себе,
и мужчинам тоже было не по себе.
В начале моей службы, в январе 1990 года,
у меня была встреча с 15 западногерманскими менеджерами.
Я была единственной женщиной!
И мне пришлось выступить со вступительным словом.
Вас обвинили в том,
что вы не используете слово «социально-рыночная экономика».
Какую нормативную базу вы представляете?
Нет, я не могу с этим согласиться.
У меня было всего три минуты на выступление.
И я ясно дала понять,
что мы работаем над созданием функционирующего внутреннего рынка,
работающего в соответствии с рыночными принципами.
Тогда я впервые встретила Роведдера
в реальной жизни.
Он был гигантом...
...большим и нелепым.
Он выступал экспертом по реструктуризации.
Он приобрел этот опыт в Hoesch. И это было неоспоримо.
Роведдер сказал, что нужно было,
чтобы компании ГДР проявили себя в конкуренции на мировом рынке.
Это было важно.
Не каждая компания нуждалась в немедленной приватизации.
Если ГДР продолжит меняться такими темпами
то скоро появятся стандарты,
по которым люди захотят работать и жить.
Мы должны создать ощущение нового начала,
и будет лучше, если обе стороны будут конструктивно сотрудничать.
У меня также сложилось впечатление,
что он не тот, кто будет вести себя как слон в посудной лавке.
Он был осторожным и взвешенным, не взбалмошным
или нацеленным на личную славу.
Он хотел оставить свое наследие.
Спасибо, что пришли.
А теперь возвращаемся в нашу студию в Берлине.
Исходя из своего политического опыта, я знал,
что вещи должны созревать до определенного момента, как...
Как хороший сыр.
А потом их нужно съесть.
иначе они начнут пахнуть, и будет уже поздно.
А значит, это был целый процесс.
И, конечно же, я хотел воссоединения Германии.
Я был твердо убежден, что ГДР ничего не стоила.
Естественно, ГДР придерживалась иной точки зрения.
Но не важно, сколько стоили активы ГДР.
В конце концов правда всё равно всплыла.
В конце января у меня было то,
что я считал жизнеспособной, продуманной концепцией валютного союза.
Это был документ на 15 страниц,
и он должен был оставаться в секрете еще 14 дней,
пока мы не сделаем все необходимые приготовления.
И в середине февраля пришло время.
13 ФЕВРАЛЯ 1990 ГОДА
14 МЕСЯЦЕВ ДО УБИЙСТВА
МИНИСТР ФИНАНСОВ
В то время к нам обратилась министр экономики Луфт
и потребовала специальную субсидию в размере 15 миллиардов марок.
И некоторые западногерманские политики,
даже члены кабинета министров, сказали:
«Может, не нужно давать им 15 миллиардов...
но десять или восемь, или хотя бы семь
придется».
И тогда я ответил: «Нет».
Мы вылетели из аэропорта Шёнефельд в Бонн.
Затем пересели в вертолет
и приземлились в саду Ведомства федерального канцлера.
Гельмут Коль со своей командой стоял снаружи.
Казалось, будто мы едем на похороны.
У всех были каменные лица.
Потом нас пригласили внутрь.
В комнате НАТО сидели западногерманские члены кабинета министров.
Возле Коля сидел Вайгель и многие другие.
Коль...
...сидел перед всеми, как Будда.
И...
...он сказал нам, что всё замечательно,
и что через несколько недель всё образумится.
А потом каждому разрешили высказаться.
«Господин канцлер,
экономика ГДР в плохом состоянии.
Но нам нужна инъекция, которая нас вылечит,
а не убьет.
Дайте нам время.
Нам нужно два-три года, а то и четыре,
чтобы подготовиться к такому шагу.
Иначе никому несдобровать».
Еще чего!
Тогда я ответил: «Нет».
Эта экономическая система
не получит ни одной копейки или марки.
Мы готовы дать вам еще больше,
но только при условии, что вы создадите
принципиально иную экономическую и социальную систему.
Это в конечном итоге привело к идее
предложить ГДР денежный союз,
но с некоторыми условиями.
Они не хотели об этом слышать.
Правительство не давало нам ни копейки.
«Мы будем...» «Нет», — сказал Вайгель.
«Этому не бывать. И нам нужно двигаться намного быстрее».
Нужно всё делать медленно и тщательно.
Конечно, это была одна из самых интересных и сложных вещей
из всех в моей политической карьере
и в жизни на посту министра финансов.
Целую экономику страны
никогда не трансформировали подобным образом.
Роведдер выступил против валютного союза
между Восточной и Западной Германией.
Он назвал это рискованным проектом,
из-за которого бы обанкротились многие компании ГДР,
если бы им вдруг пришлось столкнуться с международной конкуренцией.
Это бы привело к массовой безработице.
Когда мы искали руководителя Treuhand,
мы искали исключительного человека, который справился бы с такой задачей.
Роведдера специальные знания и навыки для этой работы.
И мы с Гельмутом Колем решили
пригласить его на эту должность.
Роведдер, генеральный директор компании Hoesch из Дортмунда,
должен приватизировать принадлежащие ранее государству компании в ГДР.
Вначале Роведдер
почти наверняка не знал масштаба задачи, стоящей перед ним.
На самом деле он не решался стать председателем Treuhand.
Я это помню.
Он колебался, но это было неизбежно.
Он взял на себя ответственность.
Он служил...
Так и скажем. Он служил отечеству.
9 МЕСЯЦЕВ
ДО УБИЙСТВА
ЛИКВИДАЦИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ПОСОБИЙ + РАЗРУШЕНИЕ КОМПАНИЙ = TREUHAND
Вскоре начались массовые увольнения.
Впервые у людей
не было возможности работать, и им пришлось идти в центры занятости.
Следующий!
Восточные немцы были в невероятном отчаянии.
Агрессия к Treuhand росла невероятно интенсивно.
РАБОТУ ВСЕМ!
Вы один из самых ненавистных западных немцев среди восточных немцев.
Всего одним взмахом пера вы сократили тысячи рабочих мест.
Семьсот шестьдесят тысяч человек уже потеряли работу в Восточной Германии.
Как вы справляетесь с этим на человеческом уровне?
Экономические причины вынуждают так делать,
но многие люди теряют работу.
В то время в Германии Роведдеру больше, чем кому-либо,
грозила опасность.
Мы провели оценку рисков, я ее лично подписал и отправил
в полицию, сотрудникам по конституционным вопросам,
федеральному прокурору и министру внутренних дел.
Мы пришли к выводу,
что Роведдер был особой К-106.
Это классификация значила, что Роведдер был в категории
самого высокого риска.
Так называемая антитеррористическая «Концепция 106».
Суть этой концепции заключается
в наблюдении за потенциальными целями во время «тайных операций».
Это позволит властям
на раннем этапе выяснить, шпионят ли «террористы» за VIP-персонами.
Определение К-106 означало,
что местная полиция должна была наблюдать за окружением Роведдера
и сообщать ему о потенциальных шпионах.
С помощью тайных операций мы бы предвидели и ожидали
возможные нападения...
...на Роведдера.
Вот в чём смысл K-106.
Здесь жила семья Роведдера.
Они жили в вилле «Максимилиан».
Дом находится в районе, где живут только богатые люди.
В этом районе много роскошных вилл.
Здесь все незнакомцы привлекают внимание.
Привлекали внимание все, кто был не оттуда.
Даже я.
В 1991 году, когда убили Роведдера,
я работал в редакции «Дюссельдорф Экспресс»
криминальным репортером.
И до сих пор там работаю.
УБИТ ГЛАВА TREUHAND!
Убийство, скорее всего, было спланировано заранее.
Само его исполнение
должно было привлечь внимание.
К сожалению, полиция
или охранники ничего не заметили.
Потому что их там не было.
Он жил в этом доме один,
и полицию он видел
лишь раз в четыре часа, когда мимо проезжала патрульная машина.
12 ДНЕЙ
ДО УБИЙСТВА
Федеральное ведомство уголовной полиции,
подразделение Treuhand.
В доме Роведдера была обеспечена безопасность.
Было установлено, что видеонаблюдение
было выключено в день убийства.
Последние кадры были сняты 21-го марта 1991 года.
Дело Роведдера с тех пор никогда не давало мне покоя.
Я всегда хотел
поговорить об этом с госпожой Роведдер.
С ней было проведено два телефонных интервью.
Госпожа Роведдер чуть не заплакала по телефону
и жаловалась,
что ее муж был бы жив,
если бы были приняты меры для их лучшей защиты.
Когда два охранника привели его домой в Чистый четверг,
я сказала им об этом,
а они холодно ответили:
«Чего вы от нас ждете?
Нам что, нужно переплывать реку на лодках?
Мы уже установили скрытое наблюдение».
Потом я предложила поставить у двери охранника.
Они ничего не сделали.
НОЧЬ УБИЙСТВА
Перейдем ко дню убийства.
Охранный патруль
проверил дом Роведдера первого апреля в следующее время:
в 15:05, 17:55 и 20:10.
В ночную смену проверка не проводилась.
Было очевидно, что кто-то что-то замышлял.
Ночью зазвонил телефон,
а в трубке было молчание.
Потом позвонили в дверь.
Я посмотрела вниз. Ничего. Никого не было.
Госпожа Роведдер была полна злости из-за того,
что ничего не было сделано
И через три с половиной часа ее муж уже был мертв.
Предварительные результаты вскрытия Детлева Карстена Роведдера.
Через грудную клетку пуля прошла в спину,
с левой стороны от центра тела,
пройдя снизу слева направо вверх.
Выстрел прошел через грудной отдел позвоночника
на высоте пятого грудного позвонка.
Полностью отсекая спинной мозг.
Прошла через трахею.
Смерть наступила от внутреннего кровотечения.
Тяжелый снимок.
Такая карьера и такой конец...
Если можно так сказать.
А еще это доказательство некомпетентности страны
на этой фотографии.
Которая не смогла
предотвратить убийство
такого человека.
ПОЛИЦИЯ
Сегодня вечером в 18:00.
Букет цветов лежит
перед домом Роведдера в районе Оберкассель.
Детлев Карстен Роведдер, глава Treuhand,
не находился под защитой самого высокого уровня.
Начальник полиции Дюссельдорфа не защитил Роведдера
должным образом.
Они решили не делать этого.
Это был сознательный выбор.
Они не хотели сотрудничать.
Государственное управление уголовной полиции в Дюссельдорфе
было очень слабым подразделением в вопросах борьбы с терроризмом.
На самом деле самым слабым во всей Германии.
Все обвиняли друг друга.
Мне показалось, что там был полный хаос.
Они должны были заняться окнами.
На первом этаже было установлено пуленепробиваемое стекло,
а на этаже выше — нет.
Сотрудники службы безопасности компании Hoesch
в ходе телефонного допроса объяснили,
что семья Роведдера специально просила
установить пуленепробиваемые окна только на первом этаже.
Госпожа Роведдер сказала,
что также хотела их установки наверху.
«Там кабинет моего мужа,
и мы хотим, чтобы и там были защитные панели».
Федеральный генеральный прокурор
и федеральное ведомство уголовной полиции,
которых я допрашивал несколько раз,
отказались предоставить информацию,
ссылаясь на то, что это затронет интересы безопасности Германии.
Возглавляемая ведомством уголовной полиции,
в штаб-квартире полиции была создала оперативная группа Treuhand.
Они признают, что до сих пор не было достигнуто никаких результатов.
До настоящего времени общественность предоставила более 100 наводок,
но лишь немногие из них обнадеживают.
Ничего. У нас не было ничего.
Мы так и не выяснили, был это мужчина или женщина, число нападающих,
приехали ли они на поезде, машине, мопеде
или на байдарке по Рейну.
Третьего апреля я арендовал вертолет
и хотел снять происходящее
с высоты.
Я отвалил за это целую тысячу, но это было интересно.
Я пролетел над местом преступления.
Мне хотелось узнать, как преступники туда попали.
Я видел с воздуха дом Роведдера.
Видел полицейскую желтую ленту.
Было много патрульных машин.
И я всё еще видел скамейку.
Это была скамейка, на которой точно сидел снайпер.
Снайпер прятался в городском саду.
Вооруженный винтовкой, он ждал на лавочке в саду
появления свой жертвы в кабинете.
На месте преступления также нашли бинокль,
полотенце
и письмо с признанием.
Письмо с признанием, найденное на месте преступления,
всё еще исследуют.
Мы установили подлинность этого письма,
и оно подтвердило наши подозрения.
Мы с самого начала предположили,
что после нападения на Роведдера
найдется подобное объяснение.
В этой объяснительной записке
RAF описывает, каким образом
были разрушены фабрики,
и как безжалостно на них обвалилась
Западная система.
Это точные слова, которые вы найдете в этой записке.
Я могу прочесть ее вам. Она у меня здесь.
Перевод субтитров: Мария Подвиснёва