ОРИГИНАЛЬНЫЙ СЕРИАЛ NETFLIX
Экономка знала лучше многих,
что глубокие переживания не бывают спокойными,
и поэтому, с того дня, как она назвала Блай домом,
она всегда могла найти в себе покой
в течение дня,
и у нее всегда получалось.
Всегда.
Мы не можем рассчитывать на прошлое.
Я понял это, пока заботился о маме.
Это и есть деменция, правда?
Я многое понял за это время.
Мы думаем, что воспоминания всегда будут с нами, но…
Они исчезают, или оказываются обманчивыми.
Любой из нас может умереть в любую минуту.
Или забыть всю свою жизнь, что тоже почти смерть.
И значит — подумай об этом…
На будущее мы тоже не можем рассчитывать.
Прошлого нет.
Будущего тоже.
Боже, это страшно, я знаю, но Оуэн…
Ты молод.
У тебя есть прошлое, есть будущее.
Я уверена, ты можешь рассчитывать на них.
Милый пьяный ты бедняга.
- Знаешь, что я заметил? - Что?
Ты отдаешь много времени заботе о других.
Это моя работа.
Это не просто работа.
Могла бы ты взять всю эту ответственность
и забыть ее на минуту?
Я вот могу.
К чёрту всё.
Я…
Это плохо говорить.
И я не должен.
Так говорить ужасно, но я скажу.
Мне стало легче.
Это не ужасно.
Теперь меня здесь ничто не держит,
Я начал думать…
Может, вернусь в Париж.
Ну, ты…
Ты конечно…
Ты можешь, почему нет?
- Могу. - Да.
И знаешь…
Ты тоже можешь.
Повторяй за мной.
Ханна Гроуз в Париже.
Что мне делать в Париже?
Есть круассаны и пить хорошее вино.
И жить, Ханна.
Жить.
Брать и делать всё, что нам взбредет в голову.
Ты и я.
Пока еще можем.
Не хочу вам мешать, но я превращаюсь в тыкву.
Давай, Оуэн. Пора по домам.
Ладно, что ж, пора по домам.
До с-вино-дания.
Боже, даже для тебя…
Осторожно.
Я знаю дорогу. Доедем.
Всё хорошо.
Вы Ханна?
Оуэн Шарма.
Приятно познакомиться.
Да.
Да, конечно.
Извините, я сегодня немного потерянная.
Обычно я не провожу собеседования…
Мне… уютнее по ту сторону стола.
Но Шарлотте, миссис Вингрейв,
пришлось сегодня…
Ей пришлось…
Да, хорошо. Я готова.
Ханна Гроуз. Я…
Очень приятно, прошу…
Итак, вы…
Вы учились в Париже?
Да, два года.
Лучшие два года в жизни, если честно.
Я работал в ресторане в Маре.
Боюсь, у нас вам будет скучно.
Любой шикарный ресторан будет вам рад.
Почему…
…вы хотите в Блай?
- Это близко к дому. - Честный ответ.
Ну, я слишком честный. Наверное, патологически.
Нет, честность не бывает такой.
Для меня это возможность отточить навыки.
В Париже я был су-шефом,
то есть только резал овощи.
Здесь я всё буду готовить сам. Это будет отличным опытом.
Готовить нужно для двоих детей.
Не знаю, нужен ли вам такой опыт.
Майлзу семь, и он перебирает едой. Флоре пять и она…
…чудо.
Они оба чудесные.
Семья здесь по праздникам и летом.
Они добры ко мне.
Скажу как в «Вверх и вниз по лестнице»,
но это мой дом, и я очень этим горжусь.
Нам нужен повар на долгое время.
Ну…
Когда мама…
То есть, когда придет пора…
Не хотел я это говорить.
Но это одна из причин,
почему я хочу здесь работать.
Вчера мама думала, что сейчас 1962 год.
И что я — мой дедушка.
Поэтому я здесь.
Зарабатывать на жизнь, пока забочусь о ней.
Не знаю, сколько это продлится…
Но я не сбегу.
Это я вам обещаю. Я не такой.
Наверное, это непросто.
Да.
И нет.
Вы читали Томаса Мёртона?
Боюсь, что нет.
- Расскажите. - Ну, он был монахом.
Он сказал,
что если смотреть дальше сознания и личности,
и всего, что занимает переднюю часть нашего мозга…
…можно…
…достигнуть трансцендентности.
Бесконечно щедрого источника, или чего-то подобного.
И если, например, взять человека с деменцией,
у которого сознание истончается день за днем,
под ним скрывается…
Знаете, я…
Я не знаю, трансцендентность ли это,
но…
Я узнаю о том, как быть живым.
Много.
Миссис Гроуз.
Они здесь.
Извините, можете…
Извините меня…
Миссис Гроуз.
Вингрейвы приехали.
Хорошо, спасибо.
- Майлз. - Привет.
- Ханна, дорогая. - Привет.
Миссис Гроуз!
Привет Флора, дорогая. Хороший был учебный год?
- Осторожно! - Убежала.
Идите наверх!
Кого я обманываю?
Они ни слова моего не слышат.
Как дела?
Да знаете, всё как обычно, мэм.
Миссис Гроуз. Очень рад вернуться.
Рада, что вы вернулись, сэр.
Привет, Ханна.
- Рад тебя видеть. - И я вас, сэр.
Попьем чаю на неделе.
Расскажете, как здесь всё ужасно неизменно.
С большим удовольствием, мэм.
Ты принесешь все сумки, да?
Тотчас же.
Ханна?
Господи.
Я…
Простите, мэм, я…
Я…
Я думала, ты ушла.
Ты обычно уезжаешь перед…
Сэм за тобой приедет?
Нет.
С ним всё хорошо?
Я не знаю, что с ним, мэм.
Кажется, он…
Он в порядке.
Каким-то образом, он и…
…кто бы она ни была…
Они в полном порядке.
Боже мой.
Боже.
Я вызову тебе машину.
Ты же не можешь идти до деревни пешком.
Я найду машину.
- Или сама тебя отвезу. - Нет, я…
Или ты можешь остаться здесь.
На сколько угодно.
Навсегда, если нужно.
Пойдем, выпьем что-нибудь.
Чего делаешь?
Эй!
- Стоп! - Майлз!
Немедленно прекрати!
Не смешно. Чтобы больше так не делал, ясно?
Или надеру твой мелкий зад.
Обещаю.
Я тебя нахрен прикончу.
Без шуток.
Ты вся раскраснелась.
Тебе к лицу румянец.
Майлз!
Любой из нас может умереть в любую минуту.
Или забыть свою жизнь, что тоже почти смерть.
И значит — подумай…
Мы и на будущее рассчитывать не можем.
Прошлого нет.
Будущего нет.
Моменты нашей жизни должны быть как…
Главы.
Нет.
Отметки?
Нет, тоже не то, да?
Не отметки.
Они как…
Как…
Извини.
Пожалуйста, стой!
- Что? - Питер!
Уже почти обед. На кухню, бегом.
Поиграете с дядей Питером позже.
Помедленнее, или разобьете свои черепушки!
Не трогай меня!
Говоришь со мной, как со шлюхой,
пропадаешь, а потом как будто всё нормально?
- Со мной это не пройдет! - Что?
Говорил со мной, как с мусором, и исчез!
- Не кричи. - Не указывай мне.
Я просто не понимаю, почему ты расстроена.
Когда мы виделись в прошлый раз, ты орал, что я взяла в рот тесто Оуэна.
Брось, я уже забыл об этом, Бекс.
- А я нет. - Бекс…
Слушай, ну прости меня.
Прости.
Иди сюда.
Пожалуйста.
Я даже не знаю, что на меня нашло.
Просто для меня всё серьезнее, чем я думал.
Больше так со мной не говори.
Нет, никогда.
Обещаю. Не буду.
Я обещаю.
Хорошо?
Хорошо.
Да?
Поцелую?
Честное слово, Ханна.
Дай уже пылесосу отдохнуть.
Насладись жизнью.
Ханна.
Ты меня напугала.
Что ты здесь делаешь?
Генри попросил меня кое-что забрать.
Из столика Шарлотты?
Ну, он сентиментальный тип.
Покажи, что в кармане.
Господи, Ханна, сначала угости ужином.
Хорошо.
Генри попросил привезти ему это?
Да.
- Зачем оно ему? - Не знаю.
Я просто выполняю приказ.
Знаешь, Шарлотта говорила мне, что этому ожерелью больше 400 лет.
Оно, должно быть, стоит тысячи.
А по виду и не скажешь, да?
Не догадаешься.
Когда прибираешь дом годами,
знаешь точно, где что лежит.
Пусть Генри сейчас и не в состоянии понять, что ты делаешь,
я всё вижу.
- И что я делаю? - Берешь то, что тебе не принадлежит.
Знаешь…
…это ошибка, не считаешь?
Думать, что они твоя семья.
Что это твой дом.
Есть они, и есть мы, Ханна.
Мы — прислуга.
Однажды ты будешь слишком стара, чтобы мыть полы.
Что тогда? Думаешь, Генри позаботится о тебе?
Или кто? Дети?
Сколько экономок на пенсии остаются жить в доме?
Их жизнь продолжится, Ханна.
А честных людей как мы они забудут.
Честных, значит?
Ожерелье, пожалуйста.
Вот.
Спасибо.
Знаешь…
Быть бы тебе добрее ко мне, Ханна.
Одно мое слово,
и тебя выкинут с одним недельным жалованьем.
Это мой дом, Питер Квинт.
Ты покинешь его намного раньше меня.
Для меня это возможность отточить навыки.
В Париже я был су-шефом,
то есть только резал овощи.
Здесь я всё буду готовить сам.
Это будет отличный опыт.
Готовить нужно для двоих детей и…
Извините.
Вопрос странный, но…
Этот разговор уже был?
Да.
Но мы должны повторить.
Почему?
Это ты мне скажи.
Что?
Всё хорошо.
Продолжим.
В Париже я был су-шефом, только резал овощи.
Здесь я всё буду готовить сам.
Это будет отличный опыт.
Готовить нужно для двоих детей.
Не знаю, нужен ли вам такой опыт.
- Майлзу семь, и он разборчивый. - Майлз.
Расскажите о нем.
Что он за мальчик?
Он хороший мальчик.
Милый.
Он сложный, но в глубине души он хороший.
Сложный?
Он изменился с тех пор, как умерли его родители.
Любой бы изменился.
Он жесток?
Почему вы это спрашиваете?
Мальчики бывают очень жестоки.
Я знаю.
- Я был. - Майлз хороший мальчик.
Вы уже сказали.
Хороший.
Он хороший мальчик,
- он никогда не… - Причинит вам зла.
Вы это хотели сказать?
- Почему вы это сказали? - Не знаю, вы спросили.
Хорошо, он не причинит вам зла.
Но вы признали — он изменился с тех пор, как умерли родители.
Я не это имела в виду.
Майлз Доминик Вингрейв!
Что это ты делаешь?
Привет.
Да что на тебя нашло?
Наслаждаюсь сигареткой на солнышке.
А ты что делаешь?
Послушай, Майлз…
Ты скучаешь по Питеру.
Я знаю, он сбежал, и всё очень странно.
Тебе нравится его зажигалка — хорошо, но будь с ней осторожен.
Но курить тебе нельзя, ни при каких обстоятельствах.
Хочешь умереть от жуткого кашля?
О Ханна.
Честное слово.
Майлз.
Честное слово.
Майлз!
Майлз, разговор не окончен.
Майлз!
Боже.
Майлз!
Привет.
Привет. Майлз сюда не заходил?
Только что.
Присаживайся.
Я зажгла свечу за тебя, ты не против?
За кого она?
Правильный настрой!
Двигаемся дальше, вперед.
Она за Сэма.
Может, он и не мертв, но никто не идеален, да?
Разве свечи за упокой зажигают для живых?
Обычно нет.
Но он — особый случай.
Садись, я хочу поговорить с тобой.
Что ты думаешь о том, чтобы сделать твою должность с проживанием?
- Мне придется продать дом. - Именно.
Будет хорошая сумма на будущее.
И мы поднимем жалованье соответственно.
Но Сэм…
Мы же зажгли свечу за него.
Ведь Сэма больше нет.
Спасибо за предложение.
Правда, Шарлотта, но…
Сэм просто…
У него такой период.
Он вернется.
Вернется.
Он вернется.
Забавно.
Брак — это своего рода религия.
Тебе велено слепо верить в Бога, хотя ты его даже не видишь.
И ты должна слепо верить в мужа,
хотя его почти не видишь.
Но возможно ли это?
Как долго можно искренне верить во что-то?
Верить по-настоящему,
не видя это.
У брака и религии есть свои границы.
А какова альтернатива?
Совсем не верить?
Что тогда?
Что делать, когда ты в тупике,
и кроме веры, держаться не за что?
Я же…
Я всё равно люблю его.
Люблю, Боже, помоги мне.
Всё равно люблю.
То, что он сделал —
просто ужасно, но…
Да.
Да, это ужасно.
Я была папиной дочкой.
Что?
Конечно, до тех пор, пока я не выросла.
Я стала женщиной со своим мнением, желаниями, стремлениями,
и мой отец этого не поощрял.
Он был уверен, что моим мечтам не суждено сбыться.
И считал себя обязанным постоянно напоминать мне об этом.
Так что когда находишь кого-то…
…кто видит тебя настоящую,
кто правда верит в тебя,
иногда больше, чем ты веришь в себя,
верит, что ты умна,
что ты всё сможешь, и говорит тебе об этом…
За него нужно держаться и не отпускать.
Несмотря на его недостатки.
Даже если он неидеален.
Даже если ты теряешь частичку себя.
Ради счастья не обязательно терять себя.
Разве нет?
Мы все это делаем.
Не всегда. Нет.
Знаю, что ты скажешь. Не надо.
Тогда ты знаешь, почему я хочу это сказать.
Я сама всё знаю.
Я не встречала таких, как он.
- Я знаю, он неидеален. - Не просто неидеален.
Прости за эти слова, Ребекка, но…
Он меня жутко пугает.
Ты его не знаешь, Ханна. Не знаешь.
Меня он тоже пугает.
Но в лучшем смысле.
Быть с ним иногда страшно, но…
…еще и интересно, весело.
Впервые в жизни
голос во мне, твердящий, что я недостаточно хороша, замолк.
Пропал.
Я никогда не была такой живой.
Дорогая.
Чувствовать себя живой
и чувствовать себя хорошо — не одно и то же.
Это не всегда одно и то же.
Посмотри на себя.
Ты выглядишь, будто не спала неделю.
Ты слишком беспокоишься.
- Я уже была с такими, как он. - Нет.
Нет, это неправда.
Ты сама сказала.
Что никогда не встречала таких, как он.
Нельзя сказать и так и так.
Ханна, честное слово.
Ребекка.
Зря я об этом заговорила.
Ребекка!
Эй.
Нужно твое мнение, Ребекка.
Еще соли в рагу?
Что?
А ты что перевариваешь?
Нет, спасибо. Я не хочу есть.
«Слишком сладкий мед отвратителен в своей сладости
И его вкус портит нам аппетит».
Как вкусно пахнет.
Бекс, можно тебя?
Пару лет назад у нас завелись мыши.
Старый садовник принес мышеловку — примерно такую дощечку, покрытую клеем.
Ни пружин, ни клетки.
Ни жестокости. Так он сказал.
Никакой жестокости.
Спустя пару дней я наткнулась на ловушку, уже не пустую.
Там было что-то маленькое. Но точно не мышь.
Я подумала, может, гусеница.
Я подняла ловушку, посмотрела.
Там была лапа.
Мышиная лапа.
Бедная мышь была неподалеку. Она отгрызла лапу, чтобы сбежать.
Бедняга истекла кровью.
Этот человек — ловушка с клеем.
Ребекка поймет это, но ей уже не выбраться невредимой.
Она ничего не заметит.
Пока не поймет, что застряла.
Отрицание.
Это возможность отточить навыки.
В Париже я был су-шефом, только резал овощи.
Здесь я всё буду готовить сам.
Это будет отличный опыт.
Нам нужен повар на долгое время.
Когда придет время, я не сбегу.
Это я обещаю.
Нет.
Я застряну в этой деревне-ловушке, как и остальные.
Вам знакомы ловушки с клеем.
Мы о них говорили.
Пока еще нет.
Формально.
Но потом я думал о них неделями.
Представлял, каково это.
Когда клей…
…засыхает.
А мы даже не понимаем.
Этот бездонный…
…ледяной ужас…
…понимания того, что ты застрял навсегда.
Думаешь, мышь способна это понять?
Мышь понимает, что уже слишком поздно?
А мы?
Мы?
Люди.
Мы понимаем, что прилипли?
Или что вода вокруг закипает?
Или мы сидим
и повторяем, что всё хорошо?
Я в порядке.
Отрицание!
Это чудовищно.
Боже, вот что это. Это чудовищно.
- Будь осторожна. - Чудовищно!
Не уходи.
- Надо утром быть в банке. - Еще немного, пожалуйста.
Я бы хотел.
Я должен тебе кое-что сказать.
Что?
В чём дело?
У меня никогда ничего не было.
У меня никогда…
…не было денег,
семьи,
и…
…любви.
И безопасности.
Пока я не нашел тебя.
Что происходит?
У меня есть план.
Я делаю это для нас.
Я ничего не понимаю.
Мы не такие, как они, Бекс.
Понимаешь? Не такие.
Генри не даст тебе ученичество. Не сделает меня партнером.
Единственное, что волнует англичан — это класс.
А мы с тобой…
Для них мы всегда будем прислугой.
Ты понимаешь?
И мы оба это знаем.
Но американцев волнуют лишь…
…деньги.
И…
Их у меня достаточно.
В Штатах…
…ты можешь быть каким угодно адвокатом.
Я могу быть кем угодно.
Мы сможем выбирать, кем быть. В Америке.
С деньгами.
Ты понимаешь, о чём я?
Тогда…
Собери сумки и будь готова уйти.
- Завтра вечером. - О чём ты?
- Я не могу просто… - Прошу.
Пожалуйста, ради меня.
Обещаю, я всё объясню, когда вернусь.
Ты мне веришь?
Да.
Будь готова.
И никому не говори.
Никому. Понимаешь?
Мне нужно кое-что сделать,
а потом я вернусь за тобой, обещаю.
Я обещаю.
Я люблю тебя.
Мы уезжаем отсюда.
Как хорошо мы с тобой заживем.
В Америке.
Лорд
и его леди.
Нет, королева и ее конюх.
Хорошо.
Это одно из моих любимых.
Я не часто оказываюсь в нём, но…
Мне тут нравится.
Он здесь такой…
Ты видела.
Тут он так похож на себя.
А потом всё стало плохо.
Но тебя я тут раньше не видела.
Что ты здесь делаешь?
- Как ты попала в мое… - Мне очень жаль.
- Мне так… - Не надо туда выходить.
Думаю, это произошло сейчас.
Я не могу заставить себя смотреть.
- Мне так жаль, я… - Ханна!
Мне очень жаль.
Вы почему не спите?
Я…
Не можете уснуть?
Мы что-то слышали.
Что-то внизу.
Кукольный дом Флоры…
Там что-то странное.
Уверен, всё хорошо.
Идите обратно по кроватям.
Я же сказал, идите спать.
Питер!
Нет, Майлз, не ходи.
Я же сказал, идите спать.
Чего такие хмурые?
По кроватям.
Что случилось?
- В смысле? - Что она тебе сделала?
Кто?
Ребекка?
Тебе еще рано это знать, приятель.
Что это?
Это…
Леди.
Из озера.
Она…
Ты не помнишь?
Нет.
Что?
Нет.
Она жутковатая, нет?
Ты сама ее сделала?
Я уже видела ее.
Остальные…
…говорят:
«Не подходи к ней».
Какие остальные?
О нет.
Она возвращается.
Стой.
Стой!
Стой, отпусти меня.
Отпусти меня!
Тварь!
Отпусти меня!
Для меня это возможность отточить навыки.
В Париже я был су-шефом, то есть только резал овощи.
Здесь я буду готовить сам.
- Это будет отличный опыт. - Опять?
- Да, мы снова это делаем. - Почему?
Ты мне скажи.
Это всё ты.
Я — это ты, ведь так?
Мы сидим здесь с тех пор, как это случилось.
Простите меня.
Мне сейчас тяжело.
Оуэн, правильно?
Знаешь что?
Хорошо. Ладно.
- Оуэн. - Видите ли…
У меня такие странные сны.
- Правда? - Да, я…
Они такие странные.
Мне снятся чужие сны.
«Заснуть,
заснуть и видеть сны.
Вот цель желанная.
Какие сны
в том смертном сне приснятся,
когда покров земного чувства снят?
Какие сны?»
Ну, о Питере.
И о…
Вообще-то, я не знаю.
О женщине.
Женщине с ним в постели.
Боже!
- Я еще ее не встретила, да? - Нет?
Ребекка.
До нее еще два года.
Пока рано.
Должно еще немного повариться.
Хорошо.
Еще раз.
- Ты Ханна Гроуз. - Да.
Сейчас 1987 год.
Ты в Блай.
Доминик мертв, Шарлотта мертва.
Ребекка мертва.
Питер пропал.
Ты так думаешь.
Флоре восемь.
А Майлзу…
С Майлзом что-то не так.
Питер Квинт!
Отойди от мальчика, слышишь меня?
Полиция тебя уже давно ищет,
и когда они узнают, что ты вернулся…
Ханна Гроуз.
Майлз, отойди.
- Нет. - Да.
Майлз, отойди от него.
Честное слово, Ханна, как можно быть такой…
- Майлз. - Боже, ты такая зануда,
- и не знаешь, когда… - …нужно остановиться.
Чёрт тебя возьми, женщина!
Почему ты не можешь отвязаться?
- Майлз. - Нет.
Большую часть времени, но не сейчас.
И поверь мне,
я не представлю большего счастья,
чем если меня арестует эта твоя полиция.
Чтобы они забрали меня из этой сраной усадьбы.
Из этой кошмарной ловушки!
Но этого не будет, да?
Не будет.
Почему?
Ты мертв.
Так жаль…
…что ты решила пойти за нами.
Всё шло так хорошо.
Честное слово, Ханна!
Миссис Гроуз? Что происходит?
Что?
Миссис Гроуз, у меня был такой странный сон.
Майлз! Она здесь!
Она здесь, и она красивее, чем я представляла!
Это она!
Привет, Майлз! Рада знакомству.
Очень рад знакомству, миледи.
Боже, какой джентльмен.
Вы, наверное, миссис Гроуз.
Здрасьте. Я Дэни.
Простите, я…
Боже, далеко же я унеслась.
Извините, да. Ханна Гроуз.
- Приятно познакомиться. - И мне.
Как дорога? Вижу, вы добрались до нас невредимой.
Да, всё было отлично.
Чудесно.
Наш Оуэн — прекрасный молодой человек.
- Надежный. - Да.
Давайте пойдем в дом.
Думаю, мисс Клейтон не терпится его увидеть.
- Да. - Тогда идем.
- Знаете… - Называйте меня Дэни.
Нельзя рассчитывать на прошлое.
Мы не можем рассчитывать на прошлое.
Я понял это,
пока заботился о маме.
Это и есть деменция, правда?
Думаю, я многое понял. А может, и нет.
Но вот что самое главное.
Мы не можем рассчитывать на прошлое.
Мы думаем, что воспоминания всегда будут с нами, но…
…они исчезают.
И мы можем исчезнуть.
Париж.
Повторяй за мной. Ханна Гроуз в Париже.
Что мне делать в Париже?
Не знаю.
Есть круассаны и пить хорошее вино.
И жить, Ханна.
Жить!
Делать, что нам взбредет в голову!
Ты и я.
Пока мы можем.
Да.
Да, Оуэн, я…
Я поеду с тобой в Париж.
Да.
- До с-вино-дания. - Нет, подожди.
Нет…
Я знаю дорогу. Доедем.
Подожди.
Пожалуйста.
Всё хорошо.
Боже, ну ты и напился.
Оуэн!
Стой!
Подожди!
Стой!
Ты Ханна Гроуз.
Сейчас 1987 год. Ты в Блай.
Майлзу десять,
Флоре восемь.
Ты Ханна Гроуз, сейчас 1987 год, ты в Блай.
Майлзу десять, Флоре восемь.
Ты…
Ты Ханна Гроуз.
Ханна Гроуз.
Ты Ханна Гроуз.
Перевод субтитров: Валерия Чумаченко