ОРИГИНАЛЬНЫЙ СЕРИАЛ NETFLIX
Рой!
Я просто хочу…
Ты мне целыми днями на мозги капаешь.
- Не злись, я… - Ты мне спать мешаешь…
- Я не люблю, когда ты… - Мне плевать, кто услышит.
- Нет! - Иди сюда!
Я сделал для тебя кое-что.
Тысячи людей собрались
на инаугурацию Джона Фицджеральда Кеннеди.
Когда кортеж будет ехать по Пенсильвания-авеню,
они надеются увидеть первую леди Джеки Кеннеди
в платье от дизайнера Олега Кассини
и в простой, но элегантной шляпке-таблетке от дизайнера Холстона.
Они назвали твое имя?
БЕРГДОРФ ГУДМАН
Простите.
Простите. Доброе утро.
Очень элегантно.
Думаю, мадам будет очень довольна.
Что здесь происходит?
Что происходит?
Жаклин Кеннеди упомянула твое имя, вот что.
Мы уже 50 шляпок продали, а еще и 10:00 нет.
Это же вы. Не так ли?
Вы мистер Холстон.
Боже, благослови Джеки Кеннеди.
К чёрту Джеки Кеннеди.
Холстон. Зачем ты так? Она ведь столько пережила.
Она же принесла тебе успех.
А потом уничтожила.
Перестала носить шляпки,
чтобы не испортить свою ужасную пышную прическу.
Есть минутка?
Извини. Как видишь, мы очень заняты.
Холстон, пришел отчет за второй квартал.
Дела плохи.
Продажи шляп упали на 30%. В прошлом квартале они упали на 40%.
- То есть ситуация налаживается. - Я этого не говорил.
Цифры. Ты знаешь, что о них говорят.
Кто говорит?
Да все. Постоянно.
Люди просто больше не носят шляпы. Вот в чём проблема.
Да. Как дизайнер головных уборов, я хорошо это знаю.
Но что ты предпримешь на этот счет?
Ну, я усердно пытаюсь сделать солнце ярче,
но пока не научусь вырабатывать дождь,
не знаю, что буду делать.
Разве что схожу выпить.
От джентльмена на том конце.
Он отказался.
Чем тебе не нравится «Амаретто сауэр»?
Боишься подавиться косточкой? Попрошу бармена ее убрать.
Нет, спасибо.
- Тогда выбери что-то другое. - Нет, спасибо.
Я не принимаю напитки от незнакомцев.
Тогда назови свое имя. И мы познакомимся.
Сначала ты назови.
- Эрик. - Чем ты занимаешься, Эрик?
Я сокольник.
Врешь.
Мы c моим соколом настоящие герои. Не даем крысам плодиться.
У нас очень модная деятельность.
Длинная кожаная перчатка, колпачок на его голове.
Это сексуально.
Позволь мне тебя угостить.
Можно вопрос?
Что тебя привлекло во мне?
- В смысле? - Почему ты клеишься именно ко мне?
Я не такой, как все.
- Не подумал бы, что я в твоем вкусе. - Кто же в моем вкусе?
Белые парни в модных костюмах.
Обижаешь.
Или, может, для тебя важен размер.
Или…
…может, я тоже всю жизнь был аутсайдером.
Белые парни в модных костюмах косо на меня посматривали
из-за того, кем я был и кого любил.
Пока однажды мне не стало глубоко наплевать.
Эд.
Меня зовут Эд.
Рад знакомству, Эрик.
Хотя Эрик не твое настоящее имя, да?
Рой.
Хотя это тоже не мое настоящее имя.
Меня называют Холстоном.
Да ладно.
Дизайнер шляп?
Мне всегда было интересно. Как становятся дизайнерами шляп?
Мы как скульпторы.
Я всегда этим занимался. Создавал шляпы для мамы,
чтобы ее взбодрить.
Милый.
Ты слишком особенный для этого места.
У меня было волшебное детство.
Но я уехал из Индианы, как только смог. Сперва в Чикаго, потом сюда.
Сделал себе имя из ничего.
На пустом месте.
Такие, как мы…
…приезжают из дальних далей, чтобы найти себя.
Сделать себе имя из ничего.
Я вырос не так далеко.
Просто пересек реку из Нью-Джерси, но…
Я уже давно не такой, какой был.
Что ты будешь теперь делать?
- Женщины больше не носят шляпы. - Ну, Эд, у меня есть план.
Ты слышал о Ральфе Лифшице?
О ком?
Не так давно Ральф Лифшиц принес в «Блумингдейлс»
линию галстуков на два сантиметра шире других галстуков в магазине
и с лейблом «Поло».
Они сказали: «Если уменьшишь их на два сантиметра
и поменяешь лейбл на наш, мы возьмем их в продажу».
Он отказался.
И ушел.
А через две недели «Блумингдейлс» сами обратились к нему.
И сказали: «Мы ошиблись.
Ваши галстуки не дают нам покоя.
Можете оставить свой лейбл. Не нужно их уменьшать.
И мы хотим, чтобы вы сшили к ним рубашки».
Я с 1961 года создаю шляпы для «Бергдорф».
Они обязаны мне своей славой.
Я последую примеру Ральфа Лифшица. Но масштабней.
Я о нём не слышал.
Это потому, что он сменил фамилию на Лорен.
У меня есть идея, Эд.
БЕРГДОРФ ГУДМАН
Значит, магазин внутри магазина?
Видите? Всё просто.
Но что мы будем продавать?
Холстона.
Я хочу быть первым дизайнером с полной коллекцией.
Я буду предоставлять женщинам полный индивидуальный сервис от-кутюр.
С ног до головы в одежде от Холстона.
Платье, лифчик, трусики, чулки, обувь…
Не знаю, Холстон.
Никому больше не нужны европейские подделки.
Что, если в «Бергдорф Гудман» откроется магазин первого американского кутюрье?
- Твой магазин? - Нет.
Холстона.
Хотя это я.
Интересно.
Давай ты для начала создашь для нас пару платьев.
Ясно. А что было потом? Сколько ты продал?
Ты не поверишь.
Это была катастрофа. Я ничего не продал. Полный провал.
Боже. Мне очень жаль Ты в порядке?
Конечно. Ты о чём? Я был великолепен. Это они тупицы.
Я налью тебе еще.
Но что ты будешь делать?
Продолжать.
Показ не получился. Ну и ладно. Я знаю, что делать.
И что же?
Я слишком амбициозен для них.
Мне нужно открыть свое дело.
Ты чертовски впечатляющий.
Загвоздка вот в чём. Я знаю, что ты предпочитаешь подпевал.
А я не боюсь делиться собственным мнением.
Проверим. Скажи мне что-нибудь, что мне не понравится.
Хорошо.
Твоя коллекция для «Бергдорф»? Похожа на цемент.
Твои платья никому не понравились.
Никто их не понял.
Платье не нужно понимать. Оно должно нравиться.
Ты хочешь быть Баленсиагой. Один Баленсиага уже есть.
Мы должны сделать твои дизайны узнаваемыми.
Что заставит меня сказать, увидев в ресторане
прекрасную женщину в шикарном наряде:
«На ней наряд от Холстона»?
Значит, ты в деле?
Добрый вечер.
Должна сказать, кое-что иногда доставляет мне проблемы.
А именно мое имя.
Например, ко мне могут подойти и сказать: «Привет, Лиза. Как ты?»
А я отвечу: «Хорошо, спасибо, но меня зовут Лайза. Через букву "а"».
Или кто-то скажет: «Лиза, какая на тебе красивая шляпка».
А я отвечу: «Большое спасибо, но меня зовут Лайза».
- Лайза! - «И это мои волосы».
- Браво! - Чудесно!
Лайза!
Познакомься с Холстоном.
Да, я видела тебя в зале.
Все остальные бесновались,
а ты сидел неподвижно, будто сошел с картины Рембрандта.
Если честно, мое внимание отвлекал твой наряд а-ля Бастер Браун.
Думаю, тебе нужен новый образ.
- Он мне уже нравится. - Я так и знал.
Именно. Коллекция была провальной, и я это знал.
Поэтому я решил всё бросить.
Я ушел из «Бергдорф» и испортил себе жизнь.
Нет.
Нет. Не стоит так думать.
Ты ничего не бросал. Ты преподнес себе невероятный подарок.
Ты оставил всё позади, а это значит,
что ты готов к новому вдохновению.
И вдохновение тебя найдет.
Знаешь что?
Та шляпка-таблетка на Джеки?
Это твоя Джуди Гарленд.
Мы с тобой живем в тени чего-то,
и оба пытаемся добиться одного.
Мы оставляем всё в прошлом.
Говорим: «Нет. Я хочу добиться успеха самостоятельно».
Я…
Я не хочу быть просто дочерью Джуди Гарленд.
А ты не хочешь быть шляпником Джеки О.
Почему ты одеваешься как девчонка?
Видишь? Именно. Почему я так одеваюсь?
Это, конечно, милый образ, но совсем не твоем стиле. По-моему.
Ты женщина. Одевайся как женщина.
Полагаю, именно ты мне с этим поможешь.
Да, думаю, именно я.
ПЯТАЯ АВЕНЮ, 24
Сними лифчик и трусики.
Холстон, ты ко мне подкатываешь?
Это вряд ли.
Держи материал здесь. На шее.
Так…
Готова?
Ну вот.
Платье от Холстона.
Боже мой!
Холстон, ты гений.
Ничего себе.
Прекрасно.
Это место будет твоим чистым холстом. На третьем этаже швейный цех.
Самое современное оборудование, как у Баленсиаги в Париже.
Здесь будет фойе.
А здесь — салон, где будет происходить самое интересное.
Я хочу создать новый сервис.
Я хочу,
чтобы женщины чувствовали себя здесь так, будто перенеслись в другой мир.
Какой дизайн бы ты хотел?
В духе Холстона — богатый, текстурный, интересный.
Это будет как Шангри-Ла в Верхнем Ист-Сайде.
Ясно.
Холстон, сколько лет мы уже знакомы?
Ты мне как родной.
Но то, чего ты хочешь, стоит денег, и я знаю, что у тебя их нет.
Это неправда!
Только ты можешь мне помочь.
Твой дизайн клуба в Метрополитен-опере…
Тот дизайн стоил баснословных денег.
Только ты сможешь это сделать.
Анджело, ты сделал популярным чёртов Ки-Уэст.
- Холстон, я тебе не по карману. - А ты сделай по себестоимости.
У тебя будто уши не слышат.
Слушай, это же такая возможность: сливки нью-йоркского общества
войдут в эти двери, осмотрятся и воскликнут:
«Это потрясающе. Кто спроектировал это ателье?»
Богом клянусь, это ценнее твоего гонорара за клуб в опере.
- Не шутишь? - Я тебе когда-нибудь врал?
- Ладно. - Мой герой!
- Отстань. - Ну, что думаешь?
Ты в хорошем настроении.
Я всегда мечтал
иметь шоурум со швейным цехом на отдельном этаже.
И я нашел его. И арендовал.
- Где? - На углу 68-й и Мэдисон.
Обалдеешь, когда увидишь. Но не сейчас. Там бардак.
И я подобрал себе команду. Все они — развеселые белые вороны.
Джо Юла будет моим иллюстратором. Он потрясающий.
Он рисовал коллекции для Vogue, для Givenchy, для Коко Шанель.
Шик трудно изобразить. Он неуловим, но Джо умеет это делать.
Зачем тебе иллюстратор?
Я хочу иметь перед глазами всю коллекцию.
«Уберите его. Сделайте вырез глубже».
Между дизайнером и его иллюстратором очень близкие отношения.
Джо как мой второй мозг, но перестань меня перебивать.
- Прости. - Эльза Перетти.
Она будет моей моделью. Она итальянка.
Из богатой семьи, но она от них ушла.
Она великолепна. Глаз невозможно оторвать.
Другие модели носят одежду. Эльза же сживается с ней.
Я думал, Лайза твоя муза?
Муз много не бывает.
Не ревнуй, Эд.
И еще один парень. Шумахер.
ПАРАФЕРНАЛИЯ
Оформитель витрин в «Параферналии». Он привнесет дух молодости.
- Простите, это ваша работа? - Да. Я дизайнер этих платьев.
Команда собрана. Теперь осталось только найти деньги.
Разве не с этого надо было начинать?
Мне нужен всего-то миллион долларов.
Миллион?
Я хотел обратиться к богатым мужьям моих бывших клиенток из «Бергдорф».
Артур Вандербильт, Чарльз Энгельхард, барон де Ротшильд.
И что из этого вышло?
Ну, они мне не отказали.
Но я не волнуюсь.
Завтра у меня встреча с Эстель Марш, женой техасского нефтяного барона.
Не смотри на меня так. У меня всё получится.
Миссис Марш, когда вас в последний раз спрашивали,
искренне спрашивали,
что вам нужно?
В «Бергдорф» я усаживал своих клиенток в кресло
и спрашивал: «Что вас беспокоит? Чего вы хотите? Расскажите».
Такой простой вопрос, реакцией на который почти всегда была…
Сначала печаль.
Потому что в их жизни мало кто, особенно из мужчин,
задавал им такой вопрос.
Мой бывший муж выражался так: «Какого чёрта тебе надо?»
Миссис Марш.
Вам когда-нибудь шили на заказ в парижском ателье Баленсиаги?
Пойдемте.
Баленсиаге нравится нагонять на женщин страх.
Когда вы поднимаетесь в его ателье,
вас встречает очень суровый секретарь,
с которым вы чувствуете себя незначительными, даже страшными.
Здесь будет по-другому.
Здесь будет фойе, где вы сможете вдохнуть,
расслабиться, сообщить нам о своих желаниях,
напомнить себе, на что вы способны.
Мы будем подавать чай, шампанское…
Наши молодые сотрудники, возможно, даже достанут марихуану.
Пройдемте.
Сюда.
Здесь будет салон.
Мои модели продемонстрируют последнюю коллекцию.
Вы выберете что-то из коллекции,
и я сошью эти наряды по вашим размерам.
Миссис Марш,
благодаря тому, что такие женщины, как Катрин Денёв, Джеки Кеннеди
и вы, будете заказывать свои наряды здесь, в течение пяти лет
«Холстон Лимитед» появится во всех уважаемых универмагах США.
Я изменю лицо американской моды.
И всё благодаря вам.
Да вы и мертвого уговорите.
Сколько именно вам нужно?
Миллион долларов.
Я дам вам сто тысяч.
И вы возьмете на работу моего сына Майкла.
Он рукастый.
Он может делать разную работу. Даже быть моделью.
По рукам.
Спасибо, миссис Марш. Пойдемте пить чай.
ХОЛСТОН ОТКРЫТИЕ СЕЗОНА ВЕСНА–ЛЕТО
ВТОРОЕ ДЕКАБРЯ 1968 ГОДА, 11:30 68-Я УЛИЦА, 33, НЬЮ-ЙОРК
Ужас какой. Чей это дизайн?
Мой.
Не пойми меня превратно,
но это худшее платье, которое я видел.
Какое-то выпускное платье для марсианина.
Эй, Холстон!
Холстон, полегче.
Не указывай мне, Джо.
До показа две недели. А эти дизайны — дерьмо.
Думаю, если добавить крупные украшения…
Мы не украшения продаем, Эльза!
Мы продаем платья женщинам. А не инопланетянам.
- Снимай. - Может, в другом цвете?
Тебя не спрашивают.
Эти дизайны не годятся. Ты же сам это знаешь.
- Извини. - Не извиняйся. Исправляйся.
Холстон, я тебя прошу! Ты вымещаешь на нём злость на себя.
Я не могу делать всё сам!
Для чего я нанял вас всех?
- Работаю один я! - Давай сделаем перерыв.
У нас нет времени.
Я не хочу, чтобы мое имя ассоциировалось с этими дизайнами.
Гребаный стыд.
Где замшевый плащ?
Одну секунду.
Что случилось?
Глупо вышло. Сегодня шел дождь.
Кто вышел в нём в дождь?
Это плащ, Холстон.
Я в нём вышел.
Замша не водостойкая, как оказалось.
И, как видишь, из нее плащ не получится.
Но фасон-то потрясающий. Посмотрите.
Материал не тот, но идея верная.
Да, замша не водостойкая.
Но идея верная.
Такого нет больше ни у кого. Я хотел добиться…
…этого ощущения.
Все знают, что замша не водостойкая.
Я знаю. Извини.
Шумахер, ты же младший партнер, да?
- Это твоя должность. - Да.
Думаешь, ты заслуживаешь так называться?
Это простой вопрос.
Заслуживаешь ли ты называться младшим партнером
сейчас?
Нет.
Чёрт возьми.
Холстон.
Господи!
Прости, я думал, что запер. Извини.
Что ты делаешь?
Мне нужно было собраться с мыслями.
Нет, что ты делаешь?
Это героин?
Нет, это амфетамин.
Как часто ты колешься?
Нет… Я… Не знаю, каждый…
Каждый день?
Нет, не всегда.
Каждый день колешь амфетамин?
Да.
Да, каждый день.
Мы столько работаем, и я…
Начал колоться, когда стал работать на меня?
Нет.
Я иногда колюсь.
Это помогает мне сосредоточиться и войти в ритм.
Мне что-то предпринять? Отвести тебя куда-нибудь?
Мне стоит волноваться?
Нет.
Не знаю.
Мне здесь не место, да?
Мы все здесь немного как затерянные в море корабли.
Мы все многое пережили.
Ушли из семьи, были так или иначе брошены.
Кучка геев, фриков и неповзрослевших девочек.
Тебе здесь самое место.
Ты очень талантливый, Джоэл,
но на кону слишком многое.
Думаю, ты понимаешь.
Если хочешь работать на меня, то завязывай.
Да. Я завяжу.
Просто…
Когда ты так на меня срываешься…
Если перестанешь колоться,
перестану на тебя срываться.
Ладно.
- Хорошо? - Да.
Холстон.
Я хочу тебе кое-что показать.
Я не показывал, думал, ты разозлишься.
Но, возможно, из этого что-то получится.
Как ты это сделал?
У себя на кухне.
- Варил в краске на плите. - Потрясающе.
Ни у кого такого нет.
Так современно и чувственно.
Помоги мне найти середину отреза.
Так. Положи на стол.
Дайте ножницы.
Спасибо, Джо.
Эльза, иди сюда.
Посмотрим.
Это уберем.
Что-то в этом есть.
Джоэл, закрепи этот край
и заколи эти два края вниз по диагонали.
Что насчет длины, Джо?
Мне кажется, ниже.
Может, приподнять подол?
Да, посмотрим.
Так.
Прекрасно.
Что-то не так.
Прическа.
Вуаля!
Да.
А теперь продефилируй.
Всем спасибо.
По-моему, им понравилось.
Чёрт.
- Холстон, всё не так плохо. - Но и не хорошо.
Да, вот хороший отзыв.
Слушайте. «Легкий и элегантный,
Холстон — новый и интересный голос в женской моде».
Так…
«Созданный ими образ получился случайно или был придуман».
Так получился случайно или был придуман, Бернадин Моррис?
Здесь написано:
«Согласно Холстону, ты либо молод, либо стар».
Это ни хорошо ни плохо. Просто цитата.
Ему запрещено открывать рот.
Успех коллекции измеряется заказами.
Сколько у нас заказов, Джоэл?
Немного.
Верно. Ноль. Это немного, да.
Займемся следующей коллекцией.
Что? Следующей коллекции не будет.
Был один шанс. У нас долгов на 200 000 долларов.
Мы не оплатили аренду. Через две недели отключат свет.
Ну, если речь о деньгах, можно меньше тратить на орхидеи.
Суть вообще не в этом.
А орхидеи — часть моего процесса.
На вдохновении нельзя экономить.
Я отвечу.
Алло, «Холстон Лимитед».
Почему он всегда уходит, когда я повышаю голос?
- Я такой грубый? - Ты серьезно спрашиваешь?
- Холстон. - Кто это? У них есть деньги?
Алло.
Привет.
Ты забыл смыть.
Это потому что…
Извини.
Иди сюда.
У нас был уговор.
Мне сейчас непросто, мне не нужен наркоман в команде.
Это такой стресс.
Я знаю. Как вообще такое выдержать?
Дело в том, что всего лишь один человек,
одна светская львица, может всё изменить.
Если мои дизайны наденет один подходящий человек,
их будут носить все женщины в Америке.
Нужно лишь получить согласие
самой модной светской львицы Нью-Йорка,
и я только что с ней разговаривал.
Звонила Бэйб Пэйли, она хочет увидеть нашу коллекцию.
Бэйб Пэйли? Ты серьезно?
Да. Так что возьми себя в руки.
Нет, я этого не говорил. Нет.
Нет, это мне еду принесли.
Я люблю Лайзу, ты же знаешь.
Но у меня больше нет сил смотреть ее шоу.
Я знаю. Ладно, солнце. Я пойду.
Чао.
Можно задать тебе вопрос?
Что происходит?
О чём ты?
Ты давно не улыбался.
Ты одеваешься по-другому. Ты…
Даже говоришь по-другому.
Я могу быть чем-то большим для тебя.
Тебя что-то не устраивает?
Нет, просто я…
Мы видимся два-три раза в неделю.
А я всё равно тебя не знаю.
Я хочу узнать тебя поближе.
Ты хорошо меня знаешь, Эд.
«Ты хорошо меня знаешь, Эд». Почему ты говоришь таким голосом?
- Каким голосом? - Вот таким.
Ты из Индианы. Ты как будто подражаешь кому-то.
Это не так.
Ты меня оскорбляешь. Я всегда был таким.
Если кто-то и изменился, так это ты.
- Я? - Да, ты не уверен в себе.
Из-за моих амбиций.
Раньше такого не было, но теперь всё изменилось.
Придираешься к моему голосу. Боже.
Ладно.
Не хочу ссориться.
И я не хочу.
Я пойду спать.
Хорошо.
Я хочу спать один.
Прекрасно.
Просто сногсшибательно.
Но это не повседневные наряды.
Вас интересует повседневная одежда?
Тогда я покажу вам кое-что, над чем я работал.
Эльза.
Это искусственная замша.
Я много работал с замшей, обожаю ее.
Но под дождем она портится.
Поэтому я решил создать свою замшу.
Новый синтетический материал.
Его можно стирать. Можно надевать на выход.
На ланч. В нём можно отвести детей в школу.
Это сексуально. Это комфортно.
Это свобода.
Я возьму по одному в каждом цвете.
ПО КНИГЕ СТИВЕНА ГЕЙНСА «ПРОСТО ХОЛСТОН»
Перевод субтитров: Александра Харрис