Как ты?
Чую свою победу.
Ты всегда проигрываешь.
Но чую победу.
Как ты научился так плохо играть?
Практика. Ты не поверишь, но в детстве
у меня были магнитные нарды, которыми я играл в машине.
И отец меня обыгрывал, сидя за рулем.
Он даже доски не видел, а я всё равно проигрывал.
Конечно, я верю. Даже не сомневаюсь.
Сегодня его день рождения.
Твоего папы?
Да, только что понял.
Ну, с днем рождения, папа Уинтер.
Заново?
Ему было бы...
157?
Спасибо.
Простая математика.
Прекрасно.
Давно ты его потерял?
В марте будет 54 года.
Чёрт.
Мне жаль, Эй Би.
Сколько тебе было?
Одиннадцать. Они с мамой погибли в автокатастрофе.
Не волнуйся, не из-за нардов.
Они были хорошими родителями.
Ты вечно меня донимаешь: «Почему не заведешь семью?»
Вот почему.
У меня была
семья.
Почему ты никогда не затыкал мне рот, Эй Би?
- Чтобы тебе было стыдно. - Ты своего добился.
Эту партию, наверное, пропущу.
Вечер нужно довести до конца, никого не убив и самому не убившись.
Эй.
Ты ведь знаешь, что у тебя есть семья?
Мы твоя семья.
Все мы.
Мистер Уинтер.
Джордж.
- Аллергии нет? - Сказала, нет.
Отлично.
Кто вы?
Немедленно сюда Эй Би Уинтера! Мой сраный унитаз засорился!
Ты-то дряхлый робот с планеты швейцаров. Может, ты...
- Я пришлю слесаря починить туалет. - Спасибо.
А с вашим братом поговорю утром.
Я пытаюсь придумать что-то великое, но тебе этого не понять.
А если снова захочешь влезть, я тебя прикончу!
Элен, нет, не выводи меня.
У меня на этом сраном ужине пол-Австралии будет.
Мне нужен Гарри Стайлс.
Нам конец! Никто не хочет выступать в этом дерьмовом доме.
- Да? - У нас проблема на этаже.
Валентина Мотта. Лоренцо, я разберусь.
- Пусть идут. - Это против протокола.
- Да плевать. - Мне — нет.
Я слышал, у нас нет музыкального гостя?
Простите, что вмешиваюсь. У нас отмена.
- Да, хорошо. - Я организую. Спальня Линкольна.
Чушь! Я соблюдаю каждый протокол.
Я спрашивал про аллергию. Уберите отсюда цветы.
- Я не хочу разгребать дерьмо Триппа. - Дашь нам минутку?
Почему я... Могли отправить Эдди.
- У сына праздник. - Прости.
Вот о чём я говорю... Когда речь о другом...
В жопу твою работу.
- Ролли, меняем. - Сюда, пожалуйста.
Ролли, меняй этих двух. Простите. Спасибо.
Эй Би, у Южных ворот авария.
Звук был оттуда. Там есть агенты. Проверь.
- Шейла сидит... - Что она делает?
- В столовую не ходи. - Знаешь что? Пошел ты, Эй Би!
У нас проблема с кенгуру.
Вам не отнять у меня кенгуру!
- Ничего я у тебя не отнимала. - Не ты.
Он!
...так не должно быть... Нет! Я тебя прикрывать не буду.
Я всё им расскажу!
Вас-то я и ищу. Я поговорила с Марвеллой о десертах...
Я не ухожу. После такого вечера я не могу
оставить Белый дом.
Элси, Эй Би просит подготовить спальню Линкольна для Кайли Миноуг.
Спасибо.
Господин министр, всё хорошо?
Алло? Дай мне пять минут.
К концу этого вечера я умру.
Сейчас же освободите этаж.
Оставьте, позже закончите. Идем.
- Алло? - Жду в Желтой овальной комнате.
- Да. - Ты дряхлый робот...
- Я тебя прикончу! - Никто не хочет...
- Вот о чём я говорю... - Не ты. Он!
Пошел ты, Эй Би!
Думаешь, его убили в этой комнате?
Я уже в этом уверена.
РЕЗИДЕНЦИЯ
8. ТАЙНА ЖЕЛТОЙ КОМНАТЫ
Детектив Капп? Вы готовы?
Я спешу на самолет.
Понимаю. Мы готовы вас слушать.
Это гигантская граллярия.
Что гигантская граллярия?
- Птица, за которой я лечу. - А, да, ясно.
Наверное, это очень большая граллярия.
Огромная по сравнению с другими кричащими воробьиными.
Она большая.
Я благодарен за ваше присутствие, детектив Капп.
Как вам известно,
мы расследуем смерть главного швейцара Белого дома Эй Би Уинтера.
Наслышана.
Когда слушания начинались, дело было закрыто.
Смерть мистера Уинтера
официально признали самоубийством.
Но мы выяснили в ходе непростых слушаний...
Сенаторы!
...ответственность за которые несу я,
что история смерти мистера Уинтера намного...
запутаннее.
К сожалению, узнали мы об этом поздно, вы тогда уже улетели.
На поиски гигантской граллярии.
Самая крупная среди кричащих воробьиных,
насколько я понял.
- Да. - Но вы вернулись.
И согласились по пути в аэропорт заглянуть к нам, чтобы сообщить,
что подозреваемый был задержан.
- Всё верно, сенатор. - И кто же это?
У нас закрытое заседание, детектив Капп,
в связи с деликатным характером дела.
Да, ясно.
Но разве вам не интересно, как я всё выяснила?
Из Овальной комнаты что-то пропало.
- Да. - Ваза из набора.
Французский фарфор 1823 года.
Вы не видели ее со дня смерти м-ра Уинтера 11-го октября?
Именно так.
И не увидите. Увы, она разбита.
Детектив Капп, пропала не только ваза.
О, я знаю.
Я ищу часы.
Да, хорошо.
Может, эти?
Нет. Особые часы.
А, ладно.
В каждой комнате на каминной полке стоят часы, кроме Желтой овальной.
А, вы про часы Франклина.
- Их нет. - Вы знаете, где они?
- Нет, мы всё обыскали. - Есть фото?
ПРОПАЛИ!!
- Большие часы. - Да.
- Я возьму? - Нет.
- Желтые розы? - В большой вазе у двери.
Да, я их помню.
- Конечно. - Они были... подуставшие.
Я бы так не сказал.
- А как сказали бы? - Их сожгли.
Сожгли?
Прекрасные свежие цветы завяли через два дня. Их сожгли.
- С помощью чего? - Чего-то сильного.
Контактный гербицид.
- Может, паракват. - Паракват?
- Наверное. - У вас он хранится?
Храню ли я в цветочной лавочке, где собираю букеты,
промышленный гербицид? Это ваш вопрос?
К сожалению, да.
Нет, не храню.
Но я знаю, где он может быть.
Паракват? Нам его запретили.
Как и любые другие химикаты.
Год назад нам велели провести полную детоксикацию садоводства.
- Теперь у нас «осознанное озеленение». - Что это значит?
Без понятия.
Но нам велели избавиться от таких пестицидов, как паракват.
Хотя, если подумать,
все эти жидкости так никто и не забрал.
Если что-то осталось, то хранится вот тут.
Похоже, всё еще на месте.
- Знаете, это странно. - Да.
- Вы знаете, что я скажу? - Знаю.
Очень странно.
В ночь, когда убили м-ра Уинтера, мы встретились тут.
Мне показалось, что тут что-то не так. Вы это заметили.
Что-то не так с той полкой.
Вы не знаете, что именно, но беспокоитесь.
- Что-то отличается. - Да, точно.
Да!
Пройдете с нами?
Господи!
- Узнаёте? - Да, это с моего стола. Откуда...
Сложно объяснить.
- Можно забрать? - Нет.
- Это мое. - Внутри паракват.
Мне его сестра смастерила.
Теперь это вроде как орудие убийства.
Ладно.
Оставьте себе.
Я пойду.
Спасибо, Эмили.
- И где мы? - В Желтой овальной комнате.
Нет, что мы делаем?
Мы ищем зацепки.
Я хочу понять, что это.
Это стаканчик.
- Понимаешь, к чему я? - Нет.
- Вообще? - Нет.
Вчера у тебя были Брюс и Элси на блюдечке.
Ты выбирала между Брюсом и Элси.
Кто из них убил Эй Би Уинтера.
А теперь у нас вместо Брюса и Элси стаканчик,
и я не могу понять, куда мы движемся.
В смысле?
Мы продвинулись в поисках убийцы Уинтера?
А, да.
Да!
Во время ужина кто-то ходил в сарай.
Думаю, искали яд. Принесли для этого стакан.
Думаю, стакан упал или разбился. Не знаю почему.
И человек взял вот это.
Он нашел паракват и налил его сюда.
Он позвонил по телефону Уинтеру в кабинет
и пришел сюда.
Ну, сначала туда, а потом сюда.
Я в тот вечер видела два стакана.
На кофейном столике и на краю стола.
Думаю, яд был в стакане на краю стола.
Его вылили на цветы.
Какую-то часть Уинтер, наверное, выпил.
Кто-то швырнул вазу.
Думаю, она попала в стену.
Теперь этой вазы нет.
Вот вторая. А здесь остались вмятины.
Я думаю, человек целился в Уинтера,
поэтому у него на лице порезы.
Когда и этого не хватило, человек взял что-то тяжелое,
возможно, подсвечник, но мне кажется, что-то тяжелее.
Я думаю, подсвечник упал, когда Уинтер завалился на этот стол
под действием яда. Думаю, тяжелым предметом были часы.
Часов тут нет.
Вот именно. Я думаю, именно поэтому.
- Думаешь, это орудие убийства? - Да.
- А разве не стаканчик? - Про него я сказала «вроде как».
- Нам нужно найти часы. - Да.
- Ты знаешь, где они? - Нет, но я знаю, где никто не искал.
Часы?
Нет. Пожалуй, нет.
У меня точно нет «часочных часов» в традиционном смысле.
Почему в кавычках? Что такое «часочные часы»?
- Я не хочу проблем. - Не бойтесь, мы из полиции.
Ладно.
Есть у меня тут одни часики.
Это скорее скульптура мужика с элементами часов.
Почему они у вас?
Я как-то стащил их из Библиотеки.
Потом узнал, что их ищет Уинтер,
а он к тому моменту и так был мной не очень доволен.
И когда я узнал о его уходе, подумал: «Подожду.
Когда уйдет, тогда и верну». А он не ушел.
Вот они и у меня.
Сложно сказать, они клевые или нет.
Сложно?
- Что значит «уйдет»? - Что?
Вы сказали, он хотел уйти, но не ушел.
Уйти из дома.
- На пенсию? - Наверное.
- Как давно? - С тех пор как я тут.
- Месяца два, что ли? - Вы тут год.
- Твою мать, серьезно? - Откуда вы это узнали?
Услышал где-то на этаже.
На этаже? У вас тут бывают собрания?
Да не знаю я. Может, от бабули узнал или от козла, который помогает брату.
- Таких козлов много. - Нет, я про главного.
Самого главного козла в мире.
Что? Я вообще без понятия, о чём он.
Вы же знаете, что он чокнутый?
- Вы не слышали об уходе Уинтера? - Нет.
Но я не особо слежу за жизнью персонала.
Я тут пытаюсь помогать президенту управлять страной, мать твою.
Вы продвинулись?
Потому что детективы, которые близки к разгадке,
не задают вопросов о пенсии.
Нет, постойте.
Я вспомнил, когда он умер, она поднялась сюда.
Я велел ей никого не пускать, а она отказалась...
- Вы о ком? - О Жасмин Хейни.
Она начала возмущаться, что 11 лет работает...
Да, я хочу стать главным швейцаром и думала, что меня это ждет.
Но сегодня мне ясно дали понять,
что в ближайшем будущем мне это не светит.
Она меня на хрен посылала, пока не увидела тело Уинтера.
Не знаю, есть ли тут связь.
В тот вечер Уинтер обрушил на нее бомбу.
Жасмин Хейни должна была стать следующим главным швейцаром.
Все об этом знали. М-р Уинтер сказал ей год назад.
Он ушел бы на пенсию, оставив ее у руля.
Но год прошел,
и мы начали понимать... что он не уйдет.
Он не называл конкретной даты.
Но явно снова и снова ее переносил.
Сначала были праздники.
Потом теракты 4-го марта. После такого он уйти не мог.
Потом Пасха.
- Дальше 4-е июля. - Снова праздники.
Я понимал, что Жасмин теряет веру. Я говорил ей: «Жди.
Ему просто нужно время, скоро всё будет».
Я правда в это верил. И она, думаю, тоже.
До того вечера.
Я не ухожу.
Я не уйду на пенсию. Еще как минимум пару лет.
Бомба.
Она была в ярости.
Что?
Понимаю.
Несколько лет? Я уже столько жду. Я не буду ждать еще столько же.
Просто поговори с ним.
Хватит с меня разговоров. Мне это ни хрена не помогло!
Хожу везде, как его тень. «Да, сэр. Нет, сэр.
Я займусь этим, сэр». Исправляю его сраные ошибки!
Она снова попыталась с ним поговорить, но ничего не вышло.
Разговором это не назовешь.
А другого разговора уже не было.
- Жасмин Хейни? - Да.
Вас это удивило?
Меня сложно удивить.
Но я признаю, что всё стало еще... интереснее.
Я уже выделила круг людей,
которые, по моему мнению, могли участвовать в убийстве.
А теперь их стало больше.
Вот они.
Вот она.
Мы же слышали, ее мотив самый простой, понятный и серьезный.
Доступ у нее везде был, всё сходится.
Она нам всё показала и рассказала, как ей удобно.
Мы говорили об остальных,
но иногда ответ у тебя перед носом.
На самом видном месте.
Самый очевидный ответ.
Ты смотришь прямо на него, но не видишь.
Да, я согласна.
Но как именно?
И когда? В одиночку или нет?
Разумеется, гораздо логичнее,
что она действовала не одна.
Знаю, странный вопрос,
но вы смотрели «Убийство в Восточном экспрессе»?
- Новый фильм? - Да любой.
Я никакой не смотрел.
- Зачем тогда уточнять? - Я читал книгу.
А я не читал. Да не в этом дело.
- А в том, что произошло. - Хорошая книга.
Да я не сомневаюсь. Прочитаю как-нибудь.
«УБИЙСТВО В ВОСТОЧНОМ ЭКСПРЕССЕ»
Ладно, это странно.
В общем, если помните, оказалось, что виноваты все.
Все подозреваемые.
И я задумался.
Стоп, ты со мной согласилась?
Что?
- Когда я сказал о самом видном месте. - Да.
Ты и раньше со мной соглашалась, но с издевкой.
Да.
Да. Значит, сейчас ты соглашаешься без издевки?
Да.
Я вернусь к началу рассуждений.
Иногда ответ у тебя перед носом.
На самом видном месте.
Очевидный ответ, на который ты смотришь,
но не видишь.
Да.
Я согласна.
- Это... - Да.
Дневник Эй Би Уинтера?
Прямо на полке, в комнате, куда никто не ходит.
Ведь где никто не будет искать?
У меня есть банка, похожая на банку от Кока-колы,
но она со съемным дном.
Ладно, вы сейчас не об этом.
Комната для книг.
Никто не ходит в комнату для книг.
Я должна была раньше догадаться. Всё перед носом.
Он обо всём писал в своих старомодных дневниках.
Он всё записывал в свои блокноты.
Библиотека. Любимая комната Уинтера. Он начинал с нее свое утро.
И всегда заходил сюда перед сном.
Я этого просто не замечала, и на это он и рассчитывал.
Вы его читали?
Пыталась.
И?
Были забавные мысли,
умные, самокритичные, на редкость великодушные и проницательные.
Среди его чувств было много позитивных, но были и негативные.
Он презирал Лилли Шумахер, что само по себе меня не удивило,
но я не ожидала, что так сильно.
Его отношения с м-ром Готтардом явно испортились. Он не любил Триппа.
Ему не нравилось, что у Марвеллы есть доступ к ножам,
а у Шейлы — к водке.
Он вел странную бухгалтерию с сокращениями и цифрами,
которые сперва мне были непонятны,
но в итоге оказались весьма полезны.
Значит, дневник пригодился?
Еще как. А это я еще до последней страницы не дошла.
- Что там было? - Ничего.
Предсмертная записка.
Да, она не была предсмертной. Хотя я этого не знала.
Не понял. Это всё же могла быть предсмертная записка?
Я с самого начала не верила в версию самоубийства.
Но записку я объяснить не могла.
А теперь, в контексте всей страницы,
стало ясно, что это не предсмертная записка.
Хотя объяснить я это тоже пока не могла.
- Он сам вырвал страницу? - Или кто-то другой?
- Случайно? - Намеренно?
Кто-то знал, где он хранит дневник?
- Кто? - Энджи.
- Жасмин. - Но почему страница была у него?
- Как она к нему попала? - В смысле?
Его убили в Овальной комнате часами.
Почему он лежал с предсмертной запиской в Игровой?
Просто совпадение?
И что вы решили?
Ничего, потому что в этот момент всё полетело к чертям.
Наверх. Срочно.
Привет, это я. Делаю свое дело.
Я недоволен, детектив Капп.
Это плохо, ведь вы самый важный человек во всём мире.
Почему вы недовольны?
Что вы тут делаете?
Кто вас снова сюда впустил?
Не хотите ответить?
Ладно, да. Давайте не будем тыкать пальцами.
- Гарри... - Это не я один решил.
Это было совместное решение... многих.
- Вы сами позвонили. - Гарри!
Да, ладно. Это я позвал детектива Капп.
М-р президент, расследование важно довести до конца.
Урон, нанесенный после слушаний Сената...
Ты ничего мне не сказал.
Ты тут не живешь.
Это Белый дом, а я президент. Вам он сказал?
Нет.
И мне не сказал, хотя это наша юрисдикция.
Какого хрена?
Нет у вас тут юрисдикции.
Вы и этого пионервожатого позвали?
Юрисдикция Парковой полиции...
...не дальше сраного Гранд-Титона.
Это популярное заблуждение.
Это юрисдикция столичной полиции. Поэтому я здесь.
- Видите форму? - Ее сложно не заметить.
Вы в ней, небось, и спите.
Знаете что? Даже если сплю, форму нужно уважать.
Эта картина в ту ночь была в Красной комнате.
Ладно.
А картины, которые были здесь, теперь в Зеленой комнате.
А картина из Зеленой комнаты, где висят картины отсюда,
теперь в Красной комнате.
Столько цветов. Это важно?
- Да. - Почему?
Потому что теперь я точно знаю, как убили Эй Би Уинтера.
Вы раскрыли дело.
Нет. Я частично раскрыла дело. Но это очень важная часть.
Я знала, как его убили, но не знала, кто убийца.
Зато теперь я понимала, как это выяснить.
Я попросила у президента два часа.
Если он даст мне два часа
и соберет всех людей из моего списка
в Восточной комнате, я скажу ему, кто убил Эй Би Уинтера.
- И? - Он согласился.
Для чего вам нужно было время?
Чтобы посмотреть на птиц. Ну и собраться с мыслями.
Элси Чайле. Всё верно.
Детектив Капп ждет вас у главного входа. Понадобится обувь.
Да.
Прекрасный выбор.
И мне нужно было, чтобы вы снова дали одному человеку иммунитет.
В обмен на ваше обещание прийти сюда.
Всё верно, сенатор.
Она тут?
Где она?
Она на месте.
Да ладно!
Увидела рыбного ворона, пушистого дятла и мохноногого сыча.
Сычом шеф Доукс точно будет доволен.
Обожаю семейство совиных.
Ладно, спасибо всем, что пришли.
Я ценю, что вы все смогли выкроить время для нашей встречи.
Особая благодарность самому могущественному человеку в мире.
Спасибо, м-р президент.
Да вы, на хрен, издеваетесь.
Приветствую, приятели.
М-р Дюмбе, спасибо, что пришли. Я Корделия Капп.
Это я вас тут собрала.
Перед началом пара уточнений.
Во-первых, давайте сверимся, все ли сюда пришли
по делу об убийстве Эй Би Уинтера.
Если вы тут из-за другого убийства, у нас большие проблемы.
Так что обязательно сообщите.
Прошу не трогать предметы или картины, они могут быть нам полезны
или содержать отпечатки убийцы, который может стоять рядом с вами.
Вопросы буду задавать я.
Мы начнем с Игровой комнаты на четвертом этаже,
а затем спустимся вниз.
Я буду всё объяснять. Надеюсь, обувь у всех удобная.
Ну или хотя бы прикрывает ваши ступни.
Ладно.
И последнее. Это важно.
Многие детективы, в том числе реальные,
любят подводить итоги, когда уже знают имя убийцы,
хотя мне это всегда казалось странным.
И я сообщаю здесь и сейчас,
что не знаю, кто убил Эй Би Уинтера.
Я знаю, что его убили.
Я знаю, что его убил кто-то из вас.
Надеюсь, президент об этом сообщил, когда приглашал.
Но я не знаю, кто именно.
Тем не менее, я уверена, что к концу нашей встречи буду знать.
Итак, если вы убили Эй Би,
увы, уйти уже нельзя. Иначе я пойму.
А если вы его не убивали, вам тоже уходить нельзя,
потому что я сочту вас виновными и наверняка найду доказательства,
потому что вы все делали что-то ужасное.
Итак... Пристегнитесь.
Выхода нет.
До встречи в Игровой комнате.
- Это правда? - Что?
- Что вы не знали? - Чистая правда.
Вы надеялись разобраться в процессе?
Я знала, что разберусь. Есть одна птичка.
Пересмешник... Она так делает.
Знает, что поблизости насекомое, но не знает, где именно.
Эта птичка резко расправляет крылья,
чтобы насекомое моргнуло.
Следи внимательно.
Смотри, кто моргнет.
Вернемся к правительственному ужину.
Всё началось, когда ваша мама услышала за стеной удар,
пришла сюда и увидела тело м-ра Уинтера.
Когда я прибыла полчаса спустя,
вы все были уверены, что это самоубийство,
особенно вы.
Мы думаем, это самоубийство.
Я почти сразу сказала, что вы не правы, а я права.
Это и стало основой наших отношений.
Экскурсия будет долгой.
Можете уйти.
В скором времени
я уже точно знала, почему это не самоубийство.
Ножа нет.
Но дело было не только в ноже.
Кровь на рубашке мистера Уинтера
ему не принадлежала.
Это была кровь и рубашка министра иностранных дел Австралии.
М-р Уинтер великодушно обменялся рубашками
с м-ром Райлэнсом у себя в кабинете за час до этого.
А причина была...
любопытной, но не связанной с делом.
И я могу уйти?
Конечно.
Другие загадки решались дольше,
но важнее всего было найти пропавший нож.
И так я узнала, что нож действительно был,
хороший нож.
Он принадлежал вам, м-р Готтард.
Вы забрали его с места преступления и попытались уничтожить.
Вы в этом сознались.
Когда это всё закончится, я хочу собственный кабинет.
Всего один листок Ливанского кедра
и море лжи привели нас к мисс Кэннон,
которая была в этой комнате, когда убивали Уинтера,
и пила водку, которую несла мисс Кокс.
Ты несла маме водку?
Можно тут покурить?
Нет.
Виновна ли мисс Кэннон в смерти м-ра Уинтера?
Я не знаю.
Пока не знаю, но она была тут.
И м-р Готтард, и мисс Кэннон были в этой комнате.
Тогда я узнала другой важный факт.
О нём сообщил один из немногих людей, кто мне в ту ночь не лгал.
Это была судмедэксперт Энн Додж.
Мисс Додж подтвердила мои догадки.
Вероятно, м-р Уинтер умер от удара тупым предметом
по затылку, и признаки отравления у него были,
и умер он до того, как появились порезы на запястьях.
Значит, он себе запястья не резал.
Потому что был мертв.
А, всё, понял.
Спасибо.
Какой странный мужчинка.
Я тогда уже поняла,
что м-ра Уинтера в эту комнату приволокли,
и отчет Энн Додж меня в этом убедил.
М-р Уинтер не покончил с собой в Игровой комнате.
И его не убивали в Игровой комнате.
Его сюда притащили.
- Откуда? - Отсюда, из комнаты 301.
В день приема в этой комнате проводился ремонт.
Фальшивый ремонт по указанию президента Моргана и Эллиота,
чтобы сестре Гарри Холлинджера негде было остановиться.
Первым указанием на причастность этой комнаты
были следы скотча на двери, что привлекло мое внимание.
А еще внимание привлек запах краски,
ведь ремонт, напомню, был фальшивый,
созданный с целью не пустить в дом, очевидно, невыносимую сестру Гарри.
Может, хватит?
Она очень хороший человек.
Под краской я нашла свежие следы крови,
а затем случился новый неожиданный поворот.
Не по годам развитый
юный детектив из отеля Hay-Adams через дорогу
увидел в этой комнате мигающий красный свет
вскоре после смерти мистера Уинтера.
Этот свет привел меня к запястью Триппа Моргана.
Дебильные часы. С ними одни проблемы.
Я не сомневалась в причастности м-ра Моргана,
но мне пришлось подождать, когда он себя раскроет, и он это сделал
во всех подробностях, так что спасибо.
- За что? - За объяснение.
Я ничего вам не говорил.
- Он вам что-то сказал? - Да.
Твою ж мать.
Детектив Капп ждет вас...
Благодаря юному детективу я знала, что Трипп был в этой комнате,
но этого было недостаточно, а мне он не сказал бы
ничего нового.
- У пианино? - Да.
Но он любит болтать.
Иногда достаточно сложить удачную... комбинацию.
Джордж Маккатчен, единственный и неповторимый.
Да я прикалываюсь. Я знаю, что вас трое.
Чё как, Джордж?
Трипп у нас всего один. Слава богу, да?
Слушай, видел детектива? Вырядилась, как Индиана Джонс.
«Лучший детектив в мире».
Я с ней вроде тут встречаюсь.
Она в меня вцепилась, Джордж.
Говорю тебе, я тут вообще ни при чём.
Я этому Эй Би ни хрена не сделал.
Да, он нес какую-то хрень у меня в комнате, ну и всё, понимаешь?
Ты странно на меня смотришь.
Можно я тебе кое-что расскажу, Джи?
Я в тот вечер надрался к хренам.
Ты же помнишь, что такое веселье?
Да помнишь, конечно.
В общем, я просто веселился.
Мой тупой братец не пустил меня на тусовку
к австралийцам, которые тусоваться как раз умеют.
Ну и я тогда пошел в ту дальнюю комнату,
чтобы все эти придурки меня не трогали, и я просто отрубился, чувак.
Отрубился на хрен.
А потом проснулся.
У нас всё на мази?
Маккатчен, мы с тобой просто болтаем, да, чел?
Ладно. В общем, просыпаюсь я,
а рядом со мной Эй Би Уинтер,
лежит на полу мертвый!
Я такой: «Твою ж мать!»
У меня чердак поехал, я же только что с ним срался в своей комнате,
и липовый электрик об этом знает.
Я вышел в коридор осмотреться и увидел дворецкую-алкашку.
Она тоже была в хлам, но меня вроде не увидела.
В общем, я вернулся и схватился за Эй Би.
Чувак, я этим не горжусь, ясно?
Не горжусь, но я его поднял
и потащил через весь гребаный коридор.
Не знаю, куда я шел.
Я дотащил его до Игровой и бросил там.
А потом побежал обратно в ту комнату
и увидел чертову кровь.
В общем, я взял краску. Да, чувак, без приколов.
И я закрасил всю эту хрень.
Как сраный профи.
Когда адреналин шарашит, ты можешь всё.
Я, оказывается, капец какой маляр!
В общем, я всё закрасил, и на этом конец.
Но тут я смотрю вниз и вижу на полу связку гребаных ключей.
И я такой: «Да что за на хрен?»
В общем, я несусь по коридору обратно.
Но ступаю легко, как пантера,
чтоб не разбудить мамашу Эллиота.
Я взял ключи, положил их Эй Би в карман
и нащупал у него в пиджаке бумажку.
Я ее достаю, а там предсмертная записка, чувак.
Эй Би покончил с собой.
Сука!
И я понимаю, что сам всё обосрал.
Я же мог просто оставить его там.
А теперь мне что делать? Назад его тащить?
А если меня увидят? Еще и алкоголь не выветрился.
Тут-то я и облажался.
Но я уже не соображал, сердце как у хомячка, 500 ударов в минуту.
И я такой: «Ладно, обставим всё так, типа он тут себя убил».
Я иду в соседнюю комнату в кабинет немца-кондитера.
Я знаю, что этот жуткий тип хранит там ножи.
Я постоянно таскаю его ножи для всякой херни.
Мне как-то надо было подрезать пояс от халата.
Я взял его нож и просто пилил, шаришь?
В общем, я схватил нож, вернулся в ту комнату
и сделал всю грязную, мать ее, работу, Джи.
Порезал запястья, бросил нож, вернул записку и смылся.
И это всё, что я сделал.
Видишь, чел,
я тут абсолютно ни при чём.
Короче, вряд ли она придет. Рад был поболтать, Джи. Покеда.
- Да это же так... - Что?
Да ладно, это же бред!
Ты брал мои ножи?
- Моя «мамаша»? - Я тупой?
- Я тебе покажу алкашку. - «Липовый электрик»?
Ты облажался по полной, Трипп.
Ну так надо было позвать меня на ужин, бро.
Виновен ли Трипп?
Убил ли Трипп Эй Би Уинтера? Пока не могу ответить.
Но точно скажу, что м-ра Уинтера убили не здесь.
Более того, когда Трипп тащил его по коридору,
он был мертв уже минут 20.
Так что мы возвращаемся к вопросу,
с которым вошли.
Откуда и кто?
Эта часть истории еще удивительнее и невероятнее.
Откуда?
Оттуда.
В ночь правительственного ужина
Кайли Миноуг увидела кровь в Спальне Линкольна.
Думаю, м-ра Уинтера туда принесли, но ненадолго.
Это была небольшая передышка
для человека, который тащил его из Желтой овальной комнаты
и который поднял его по лестнице в комнату 301.
Почему я считаю, что его тащили из Желтой овальной комнаты?
Потому что вы об этом сказали... под присягой.
Я бросил взгляд на коридор и увидел, как он тащит
из Овальной комнаты тело.
Итак, тело тащили из Желтой овальной комнаты,
но кто же?
Вы видели, правда, м-р Дюмбе?
По совету адвоката я...
Это необязательно, братан.
Кто тащил тело м-ра Уинтера из Желтой овальной комнаты?
Он!
Ага!
Брюс Геллер, сварливый, но, похоже, вполне привлекательный слесарь,
который в тот вечер ругался с м-ром Уинтером и с Триппом
и которого спустя 30 минут в Овальной комнате видела Лилли.
Но когда вы его увидели, м-р Дюмбе,
он тащил Эй Би Уинтера по коридору.
Зачем?
Ну, это уже сложнее.
По версии Брюса, он заметал следы преступления,
которое, по его мнению, совершила его возлюбленная,
Элси Чайле.
Ну дела.
У Брюса и Элси были отношения.
И в ту ночь Брюс увидел безутешную Элси,
после того как она поругалась с м-ром Уинтером в Овальной комнате.
Пока м-р Уинтер был там, Брюс старался ее утешить,
но она не успокаивалась.
Я его убью.
Брюс оставил Элси одну...
пошел по коридору к лифту,
но не смог ее бросить, вернулся назад
и увидел, как Элси выбегает из Желтой овальной комнаты.
Когда спустя пару мгновений он сам туда вошел, м-р Уинтер уже был мертв.
И как любой надежный партнер,
он решил замести следы,
в том числе переместив оттуда м-ра Уинтера.
Это и увидел м-р Дюмбе.
Тут важно обозначить, что у Элси совсем другая версия.
По ее мнению, м-ра Уинтера убил Брюс.
Она утверждает, что, вернувшись в комнату,
обнаружила м-ра Уинтера мертвым, а Брюса она не увидела.
У Брюса были свои счеты с м-ром Уинтером,
и она понимала, что его разозлило отношение м-ра Уинтера к ней.
В общем, чью бы сторону вы ни выбрали...
- Элси. - Элси.
Брюс.
В общем, Брюс переместил мистера Уинтера,
оставив его в Спальне Линкольна,
чтобы подняться наверх и приклеить скотч на дверь комнаты 301.
Так было проще войти, когда он вернулся уже с телом м-ра Уинтера.
Он поднял его наверх и оставил там.
Это точно были вы, ведь именно вы притащили его сюда.
Да и вы единственный, кому хватило бы сил поднять его по лестнице.
И поэтому Трипп нашел в той комнате ваши ключи.
Итак.
Вот мы и оказались там,
где всё началось.
А я уверена, что именно в этой комнате убили м-ра Уинтера.
Значит, вопрос остался один.
Кто убийца?
Ну это же явно он, да? Слесарь Брюс.
- Может, и она. - Точно не она.
Тут согласен с вами, Марджери.
Но это ведь был кто-то из них? Брюс или Элси?
Вы так эффектно рассказываете.
Спасибо. Да, я тоже так думала.
Это либо Брюс, либо Элси. Но сразу после этого вывода
я допустила и противоположную мысль, а это необходимо делать всегда.
Что если это и не Брюс, и не Элси?
Возможно ли, что оба говорят правду?
Возможно ли, что никто из них не убийца?
Что если в тот момент,
когда Элси стояла у шкафа, а Брюс стоял у лифта,
третий человек убивал м-ра Уинтера в Желтой овальной комнате?
Возможно ли это?
- Да! - Нет!
Что за третий человек?
- Кто? - Как бы он сюда попал?
Через ту дверь.
А кто-то мог это сделать?
Кое-кто так и сделал.
Он.
Третий человек.
Он сказал, что был в той комнате.
Я его там слышала.
А я видел, как он выходил оттуда в коридор.
У меня иммунитет.
Так и знал!
Вот это «Ути-пути, я простой продавец, который любит австралийцев
и случайно попал в Белый дом».
Он как мужик из того фильма.
Эд Нортон, «Первобытный страх». Отличный фильм.
Это всё лживая игра.
Он и есть убийца!
Но ведь это вы меня наняли.
Да я угораю.
Но получилось круто.
Все согласны?
Да это же новый Рассел Кроу.
Я допускала вариант, что убийца — м-р Дюмбе.
М-р Дюмбе признал, что был в той комнате.
Он мог прийти сюда, убить м-ра Уинтера
и вернуться туда, чтобы позвонить матери.
Не-а, тете.
Это возможно, и я это допускаю.
Но предположим, это был не м-р Дюмбе.
На секунду представим. Это мог быть кто-то другой?
Кто-то, чей план еще изощреннее.
Четвертый человек, который вошел в ту комнату,
прежде чем м-р Дюмбе проник сюда, но после ухода Элси,
и убил м-ра Уинтера до ее возвращения.
Возможно ли это?
- Да! - Нет!
Нет! Невозможно, да?
И тем не менее, хоть я и понимаю,
насколько мала такая вероятность, не могу ее не учитывать.
Проведя в этой комнате всю прошлую ночь,
я обнаружила много интересных деталей.
С каминной полки пропали массивные часы.
Исчезла ваза.
Цветы сожгли ядом.
Эти детали не объяснить ни Брюсу, ни Элси, ни м-ру Дюмбе.
Они позволяют допустить присутствие четвертого человека.
Но вот же вам нужный человек.
У вас уже есть двое, трое.
Если вам нужен еще один, его добавьте.
Не круто, бро.
Зачем так тщательно изучать что-то настолько... маловероятное?
Отличный вопрос, мистер Холлинджер.
- Правда? - Да.
И меня это удивляет не меньше вашего.
Этот вопрос задают себе все наблюдатели за птицами.
Зачем? Зачем это вообще учитывать?
Зачем принимать во внимание самую странную, эпатажную,
самую невероятную из всех возможных разгадок этой тайны?
И мой вам ответ...
Странствующий голубь.
Это ваш ответ?
Я ожидал другого ответа.
Странствующий голубь когда-то был самой распространенной в мире птицей.
В начале 19-го века их были миллиарды.
Миллиарды. А к концу 19-го века они практически вымерли.
Считалось, что они обитают в дикой природе.
А затем в 1907 году
в сельской местности Вирджинии обнаружили небольшую стайку.
Это было последнее в истории достоверное упоминание этой птицы.
А знаете, кто увидел эту стайку?
Вы.
В 1907 году.
Он.
Александр Гамильтон!
- Ты что, идиот? - Заткнись.
Тедди Рузвельт.
Президент Тедди Рузвельт был последним,
кто увидел странствующего голубя в дикой природе.
Увидев птиц, он не мог поверить. Это казалось невозможным.
Это противоречило логике.
Великий знаток птиц, а Тедди Рузвельт таким и был,
ищет контекст, вникает во взаимоотношения и историю.
Увиденное нужно объяснить.
А эта стая диких голубей была необъяснима.
Они ведь вымерли.
Тем не менее, себе нужно доверять,
ведь вы видите их своими глазами,
даже если факты говорят: «Это невозможно».
Вы знаете. Он знал. И я знаю.
Что знаете?
Знаю, что убийца вошел в ту дверь
со стаканом яда, это был паракват.
Убийца пытался напоить им м-ра Уинтера, и тот его выпил,
но лишь немного, а остальное вылил на цветы, чем их и сжег.
Убийца кинул в м-ра Уинтера вазу, но промахнулся.
Эта ваза разлетелась об эту стену,
а ее осколки оставили порезы на лбу м-ра Уинтера.
Тогда убийца взял с каминной полки массивные часы,
самое тяжелое и легкодоступное орудие убийства в комнате,
и ударил ими м-ра Уинтера по голове, тем самым убив его.
Вот что мне известно.
Но это невозможно.
Это невероятно, но возможно.
Это невозможно.
По вашим словам, кто-то туда вошел.
- Причем до м-ра Дюмбе? - Да.
Потом он вошел сюда, пока м-р Уинтер был один после ссоры с Элси?
- Да. - И убил Эй Би?
- Да. - А потом что? Куда он пошел?
- Вышел через дверь. - Там же были люди.
М-р Дюмбе общался там со своей матерью.
- Это не та дверь. - А где та?
- Боже. - Чёрт возьми.
Вот эта дверь.
Я всё еще ее не вижу.
Потому что ее там нет, м-р Дюмбе.
Теперь уже нет.
Но в ночь убийства там была дверь.
Проход между Желтой овальной комнатой и Залом переговоров.
Я и сама ее, должно быть, видела, но не придала значения.
Даже когда я провела тут много времени в поисках любопытных деталей,
я это упустила.
И лишь когда я заметила, что многие картины перевесили,
а эту специально сюда принесли, чтобы прикрыть пустое пространство,
я поняла, что произошло.
Эту дверь запечатали, спрятали и заменили стеной.
Эта дверь делает невозможное возможным,
а каждый из вас становится подозреваемым.
- Нет! - Нет!
Да твою ж мать, хватит.
- Ни в коем случае. Это не я. - Точно.
Да, вы!
Все вы.
Кто-то мог проскользнуть сюда, убить м-ра Уинтера
и затем выскользнуть в ту дверь, и это мог быть любой из вас.
Даже вы. И вы.
И вы.
Потому что если я ошибаюсь, всё равно виновен один из вас.
Ни у кого здесь нет надежного алиби
на тот короткий промежуток времени, когда убили м-ра Уинтера.
И тот факт, что позже вы творили странную и жуткую хрень,
не означает, что вы еще и не убийца.
Напротив, увеличивает вероятность, что это вы.
Что вы его убили.
Каждый из вас как будто бы хотел его убить.
Вы все с ним в тот вечер поругались.
- Пошел ты, Эй Би! - Ты на меня точишь зуб?
Вот разбитое стекло.
Я не ухожу.
Это мой десерт, его будут подавать по-моему!
М-р Уинтер, умоляю вас.
Вы на него кричали.
Что?
Вы ему угрожали.
Держи свой сраный рот на замке.
Вы открыто размышляли о его убийстве.
Он меня не уволит, если сам исчезнет.
А кто-то из вас даже выразил намерение.
Я тебя...
...убью.
А потом один из вас это сделал.
Так скажите же мне.
Кто запечатал эту дверь?
Жасмин Хейни отдала этот приказ.
Что?
Я видел эти работы и подумал, что это странно.
Президент и м-р Морган ведь тут больше не живут.
Я спросил и узнал, что это приказ Жасмин.
Вы собирались об этом сказать, мисс Хейни?
Нет, мисс Капп.
Детектив.
Вы думаете, я к этому причастна?
Вы мечтали об этой работе и полагали, что он вас предал.
Вы с ним поругались, так что... да.
Не исключено.
Вы запечатали дверь?
Да.
Но не по своей воле.
- Это был приказ. - Чей?
Он позвонил мне и велел об этом позаботиться.
- Кто? - Он.
- Он? - Что?
Это ложь.
Перри, это ложь.
Перри?
Да. Жасмин.
Детектив Капп.
Вы не звонили?
- Мисс Хейни по поводу двери? - Да.
Нет, о чём ты вообще?
Вы звонили. Я с вами говорила.
Вы уже второй раз отрицаете, что кому-то звонили.
Я знаю, что этого не было. Она лжет.
И агент Рауш лгала,
когда сказала, что вы велели Секретной службе покинуть третий этаж?
Он позвонил мне в 21:22.
Да, это полный бред!
Перри, прошу.
Да.
Я согласен.
У тебя были обиды на Эй Би?
Что? Нет. Почему ты спрашиваешь?
Ну, то есть не особо.
- Я этого не делал, мисс Капп. - Детектив.
Вы должны мне верить.
Этого я точно не должна.
У вас на обоях изображена птица.
В вашей спальне.
Очень похожа на малайзийского флейтиста-пастушка.
Не уверена, что это он, но... внешне подходит.
Это невероятно неуловимая птица,
но не в классическом смысле, ведь ее не просто трудно заметить.
Ее трудно даже распознать.
Она зовется флейтистом-пастушком, но не относится к пастушковым,
как и к флейтистовым.
Ее пение напоминает чревовещание,
будто звук идет из другого источника.
Возможно,
это были не вы.
Возможно, приказ был.
Возможно, звонок был.
И возможно, это были не вы.
Возможно, кто-то лишь притворялся вами,
имитируя ваш голос
и скрывая собственный.
Это всё возможно.
Это...
сложно...
сказать.
Это была я.
Что?
Я звонила.
Я велела запечатать дверь голосом Эллиота.
Я хорошо его имитирую, вы знаете.
Эллиот нерешительный.
«Ну... эм... это... сложно сказать...»
Я сделала то, что умею.
- Что? - Зачем?
Мы с м-ром Уинтером ранее тем вечером поругались по поводу приема.
Он сказал обо мне нелицеприятные вещи,
и в пылу ссоры я схватила его дневник.
Я вырвала оттуда страницу, но мне стало стыдно.
Тогда я пошла его искать
и услышала, как он ругается тут с Элси.
Я ушла, но тут же вернулась, встревоженная их воплями.
И тогда я его увидела.
Он лежал там.
Мертвый.
Они его убили.
Кто?
Они.
- Нет! - Нет!
Они оба находились в этой комнате.
Всё было именно так, как вы сказали.
Они с Уинтером ругались, она швырнула в него вазу.
Промахнулась, но оставила порезы.
Затем вошел Брюс и ударил его часами.
Они мне так сказали.
А яд?
Это для ее мужа. Он отравлял ей жизнь.
Он хотел лишить меня работы, разрушить мою жизнь.
И она решила его убить.
Я и правда хотела его убить!
Она так сказала.
Она пошла в сарай, когда там никого не было,
и нашла яд.
Она позвонила оттуда м-ру Уинтеру, чтобы сказать,
что уберется в Спальне Линкольна позже.
Спустя несколько минут она пришла сюда.
После выговора м-ра Уинтера
она поняла, что теряет работу, и слетела с катушек.
Тогда она швырнула вазу. Яд был позже.
Крови было немного, и они решили, что смогут выдать это за самоубийство.
Его идея.
Они всё подстроили, как вы и сказали.
Ну или почти так.
Стакан взяли в соседней комнате.
Влили немного яда ему в глотку.
Остальное — в цветы.
Это дикость.
Но я видела два стакана.
Второй для меня. Мне нужно было выпить.
Из-за записки.
Я не знала, что делать.
Мне их было так жаль.
Знаю, это звучит дико, но она казалась такой
напуганной.
У нее есть дочь.
А он лишь хотел ее защитить.
Страница, которую я случайно вырвала из его дневника,
напоминала предсмертную записку.
Она ей не была, но было похоже.
И я поняла, что она сделает их вымысел правдоподобнее.
Я отдала им записку.
Он... затолкал ее в пиджак м-ра Уинтера
и утащил его.
Затем он вернулся и всё убрал. Я помогала.
Мы собрали осколки вазы, пропылесосили.
Вы забыли стаканы.
- Не без промашек. - А часы?
Он забрал. Он знал, куда их деть.
Затем они придумали свои идеально расхожие истории.
И дверь.
Зачем запечатали дверь?
Паника.
Когда вы расследовали на четвертом этаже, я была спокойна.
Я думала, всё обойдется.
Но когда вы позже спустились сюда, я начала беспокоиться.
Даже после вашего ухода я боялась, что вы вернетесь.
Или кто-то другой.
Я лишь хотела поменять внешний вид комнаты.
Чтобы она ощущалась иначе.
Я пыталась их защитить.
Мне очень жаль мистера Уинтера.
Их мне тоже искренне жаль.
Всё же...
Простите.
- Моргнула. - Да.
Следи внимательно. Смотри, кто моргнет.
Что?
У тебя почти получилось.
Почти.
Не ожидала, что ты меня так впечатлишь, Лилли.
Такая умная и сообразительная.
Такая прекрасная актриса.
И сегодня, и в тот вечер.
Я недооценила твой дьявольский потенциал.
Что происходит?
Всё могло получиться, хотя я уверена, что всё же узнала бы.
Но у тебя почти вышло.
Всё испортил извечный вопрос наблюдателей за птицами.
Зачем? Зачем ты запечатала проход, Лилли?
Чтобы изменить внешний вид?
- Этого недостаточно. - Я...
У тебя была и другая причина. Ты хотела что-то скрыть.
Вещь, покрытую твоими отпечатками.
Доказательство, что это ты убила Эй Би Уинтера.
- Детектив Капп! - Не обессудьте, м-р президент.
Крутяк!
Мне нужно позвонить отцу.
Зачем?
Из-за часов.
Зачем ты это сделала, Лилли?
О, я могу ответить сама, или ты...
Давай я начну, а ты подхватишь.
Она это сделала из ненависти к вам. Я говорю о вас, м-р президент.
Но и обо всех остальных тоже.
Она ненавидит сам дом.
Само пространство. Видели, что она сделала с Голубой комнатой?
Чтобы так всё изменить, нужно ненавидеть место всей душой.
Но и концепцию дома она ненавидела.
Она ненавидит это учреждение.
Историю, традиции, персонал.
Всё его естество.
Да и Америку, наверное. А больше всего она ненавидела Уинтера,
потому что он это всё олицетворял.
Он уже долгое время преграждал ей путь.
Он саботировал центр оздоровления.
Она хотела дать Белому дому новую жизнь.
Для нее это означало разрушить всё до основания.
А он любил дом и заботился о нём,
о людях, о трубопроводе, о картинах и бюджете.
Он заботился о вас, м-р президент, и о вас, м-р Морган,
о простых американцах,
которые едут посетить это место со всей страны.
А для нее это всё было глупостью.
Я верно говорю?
Она убила м-ра Уинтера из ненависти,
но также из страха.
Сказать почему? Я скажу.
Потому что в тот вечер она узнала,
что он намерен ее сдать.
Вот чью ссору слышал м-р Гомес в кабинете м-ра Уинтера.
Там был не Гарри Холлинджер. Там была Лилли Шумахер.
И она сама это только что признала.
Гениальное смешение фактов в попытке
подставить Брюса и Элси.
Многие из ее слов правдивы.
Они с Уинтером поругались.
Он сказал о ней дурные слова, она вырвала у него страницу.
- Это всё было. - Он хотел ее «сдать»?
Сказать вам и м-ру Моргану о ее эгоистичных, злобных поступках,
обо всём, что она тут натворила, хоть вы и не догадываетесь.
Он всё это скрупулезно отразил в дневнике.
Там вся ее ложь и искажение фактов,
а также мерзкое поведение в целом.
Это ее и напугало.
Что, простите?
Вы сейчас серьезно?
Это всё? Всё, что вы нашли?
Да, мы поругались.
Да, я это признаю.
Все ругались с Эй Би.
И да, мы оба были на взводе.
Думаете, я бы его убила,
лишь бы он не сказал о моём «мерзком поведении»?
Серьезно?
Да мне до фонаря, что он наплетет Перри и Эллиоту.
Во-первых, они бы поверили мне, а не ему. Так устроен мир.
А во-вторых, мне плевать.
Я богачка. Вот вам великая тайна. Богачам на всё насрать.
Как-нибудь обойдусь без зарплаты в жалкие $114 000, ну или сколько там.
Я всё равно перевожу всё на благотворительность.
Я работаю на общественных началах, ясно?
Ясно вам?
Ну увольняйте.
Да, Лилли, думаю, это и произойдет, спасибо.
И твои аргументы действительно стоящие.
Но, увы, мерзким поведением ты не ограничилась.
М-р Уинтер был умен и понимал, что этого мало,
но искать долго не пришлось.
У него в дневнике есть пара страниц,
которые я не сразу смогла понять.
Это мешанина из чисел и букв, практически головоломка.
Думаю, он намеренно скрывал эту информацию.
Но я смогла разобраться,
потому что головоломки — мой конек.
Тут все деньги, которые ты незаконно присвоила.
Украла.
А откуда возьмутся деньги? Всё это не входит в бюджет.
А откуда берутся все деньги?
Из другой горы денег. Это правило денег.
Ты богата, но в мире есть и другие правила.
Богачи вечно что-то крадут.
Иногда так они и становятся богачами.
На мой взгляд, ты воровала скорее
от скуки, глупости и неприязни к системе, но кто знает?
И были там не только деньги.
Эти числа?
Это всё различные уголовные законы и этические кодексы,
которые ты нарушала при составлении договоров,
при обмене различными услугами
и приглашении в Белый дом лиц,
которые советовали тебе пересаживать чиновников
во время правительственного ужина.
Думаю, м-р Уинтер сказал тебе обо всём этом.
Я всё им расскажу!
И я думаю, тебе точно было совершенно не насрать.
И поэтому ты схватила его дневник.
Я думаю, выйдя в тот вечер из его кабинета,
ты остановилась в коридоре
и прочла страницу, которую случайно вырвала.
И тогда ты решила его убить.
Сымитировать самоубийство.
Стала бы ты его убивать, если бы вырванная страница
не натолкнула тебя на мысль?
Возможно. Узнать уже не удастся.
Да и незачем.
Преступление — это сочетание мотива и возможности.
И ты увидела эту возможность.
Все твои проблемы уйдут вместе с Уинтером,
и тогда ты переделаешь все комнаты,
уволишь весь персонал, и всё будет чудесно.
И не придется два года сидеть в тусклом, вонючем зале суда,
пока твой крутой адвокат решает проблему иначе.
Так было проще. И веселее.
И это умно. А что еще надо?
Жребий был брошен.
Остальное нам известно.
Это по твоей инициативе
появилось осознанное озеленение без токсичных материалов,
что бы это ни значило.
Ты пошла в сарай со стаканом, но он разбился.
Ты взяла стаканчик сестры Эмили, налила туда паракват. Хороший выбор.
Дальше позвонила Уинтеру и сказала: «Встретимся в Желтой овальной комнате.
Давай поговорим. Я извинюсь». Что-то такое, чтобы он согласился.
Дай мне пять минут.
Мне кажется, у него было плохое предчувствие,
какое бывает у птиц, когда они ощущают
изменение атмосферного давления, когда близится шторм.
К концу этого вечера я умру.
- Звонок спецслужбам голосом Эллиота. - В 21:22.
- Приказ уйти с этажа. - Нам запретили сюда подниматься.
Затем ты отнесла яд в семейную гостиную,
дождалась, когда Элси уйдет,
а потом вошла с двумя напитками.
Скотч для себя.
Паракват и скотч для Эй Би.
Затем ты вернула ему страницу из дневника.
Предсмертная записка.
Ты проследила, чтобы он положил ее в карман, и приступила к работе.
Хотела его очаровать.
Не думаю, что вышло,
но мистер Уинтер не был циником.
Думаю, он не ожидал, что ты настолько злобная.
Он повидал немало жестокости, мелочности и глупости,
может, больше, чем мы можем себе представить,
но при этом всём
он хотел верить, что ты способна исправиться.
Ему это стоило жизни.
Уинтер выпил яд, тут же понял, что это,
и вылил остаток на розы.
Но паракват действует быстро и болезненно.
Его пошатнуло.
Думаю, ты не так много знаешь о ядах,
но ты понимала, что выпитой им дозы
недостаточно, чтобы его убить, и ты швырнула вазу.
Не попала, но вызвала у него новое потрясение.
Тогда ты взяла часы и прикончила его.
Эй Би был мертв, но тебе нельзя было медлить.
Ты схватила часы и выбежала в проход.
Ох уж эти чертовы часы.
Что же делать?
Они здоровые, странные, в крови и трещинах.
Ты не могла с ними расхаживать или где-то оставить.
А тем временем тело обнаружили Элси и Брюс.
Ты понятия не имела, что у них произойдет
трагичное недопонимание.
Ты лишь знала, что Секретная служба будет тут через 30 секунд.
И ты запихнула часы в ящик
прямо внутри прохода,
подождала, когда они уйдут, выбежала
через Зал переговоров и спустилась по главной лестнице.
И всё, ты свободна.
Ты вернулась на прием,
но часы не давали тебе покоя.
Что если их там найдут?
Но время шло,
и ты поняла, что новостей о мертвом теле нет.
А в Белом доме, уж поверьте, труп навел бы шумихи,
особенно в день официального приема.
Ты решила вернуться наверх и осмотреться.
Может, переставить часы.
Но поднявшись, ты ничего не увидела.
Ни Уинтера, ни разбитой вазы — ничего.
Один лишь слесарь Брюс Геллер
искал утечку из комнаты Триппа Моргана.
Что это за чертовщина?
Уинтер выжил? Что произошло?
Ты была искренне озадачена и взволнована.
Именно такой тебя все и видели.
Я искала его везде, в каждой комнате.
- Она волновалась. - Тревожилась.
Не паниковала, а искренне волновалась.
Я увидела...
Я так и не нашла Эй Би.
Да, выходит, ты первоклассная актриса,
но это было не волнение.
Ты паниковала.
Когда приехала я, и начали вскрываться детали того,
что произошло,
то есть его «самоубийство» в Игровой комнате,
да, тебя это полностью сбило с толку, но всё сложилось как надо.
Тебя не подозревали.
Когда я перенесла расследование на третий этаж,
ты начала немного волноваться, как сама и призналась.
Но вскоре я ушла,
и в ту же минуту ты перешла к последнему этапу сокрытия улик,
чтобы навсегда их запечатать.
План был великолепный, тебя за это стоит похвалить.
Но тебе удалось продвинуться так далеко
лишь благодаря удивительным недомолвкам и поспешным действиям
сразу нескольких людей в доме.
Коллективный труд.
Ты им многим обязана.
Хоть ты их и ненавидишь.
Этот человек умер.
Прямо здесь, в этой комнате.
Я многое о нём узнала от вас.
Можно хорошо узнать человека из того, что он пишет и чем дышит.
У него был сложный характер.
Он был вспыльчив, но отчаянно предан,
умен и вдумчив.
Он умел залезать под кожу,
но в мыслях раздавал похвалы.
Он всю свою жизнь преодолевал страдания.
Жаль, мне не довелось его встретить.
Он любил этот дом.
Я не знала его, но это я знаю.
Он любил всех, кто тут работает, уважал их и понимал,
ценил их, замечал, учитывал их происхождение,
знал, чем и для чего они пожертвовали ради этой работы.
И снова этот вопрос. Зачем?
Зачем они тут? Зачем он тут?
Ради вас, м-р президент.
И вас, м-р Морган.
Ради всех, кто здесь.
Ради всех нас.
Для Уинтера не было «нас» и «их». Для него были лишь «мы».
Один дом. Одна семья.
Один несовершенный союз, который пытается взаимодействовать.
Он верил во всё это.
Знаете, я всего лишь детектив,
но я считаю, что он не зря в вас верил.
А она в это всё не верит.
Поэтому она полнейший отстой.
И еще убийца.
Я всё еще не уверена, чья это юрисдикция,
так что решите сами и уведите ее.
- Я этим займусь. - Спокойствие.
Это дело Бюро. Я займусь.
Лилли Шумахер.
Она даже в первой тройке не была.
У меня был швейцарец, мужик с солью и водопроводчик.
А у тебя?
Дай угадаю.
ГАРРИ ХОЛЛИНДЖЕР
До конца.
А Гарри?
А что с ним?
Он имеет к этому отношение?
Нет. То есть Трипп Морган был прав. Он козел.
- Ну уж... - Он был ужасно груб с м-ром Уинтером.
Не давал мне вести расследование.
Провел незаконный обыск в кабинете Уинтера.
Обычное поведение встревоженного дикого политика,
ничего более.
Но теория заговора была херней. Простите, сенатор.
Ничего, это закрытое заседание.
К его чести отмечу, что он вызвал меня назад.
Люди сложные существа.
Почему Лилли пыталась подставить Брюса и Элси?
Последняя отчаянная попытка.
Она поняла, что я обо всём догадалась.
Когда вы поняли?
Когда надо было. Я не хочу вас запутать.
Просто в какой-то момент незнание становится знанием.
Чем-то очевидным.
Когда это произошло? Не знаю.
Я заподозрила Лилли,
когда она впервые сказала о ссоре Элси и Уинтера
в Овальной комнате.
Я увидела из коридора, как он с кем-то ругается в Овальной комнате.
Элси сказала, дверь была закрыта.
Он велел закрыть дверь.
Ей незачем об этом врать.
И это соответствовало портрету Уинтера.
Он всегда старался избегать открытых конфликтов.
Эй Би не любил повышать голос на людях.
Он старался этого избегать.
Он закрывал за вами дверь.
Как же тогда Лилли увидела их из коридора?
Это было подозрительно.
Она их видела, потому что смотрела из гостиной,
где смешивала яд.
А когда Жасмин сказала, что приказ запечатать дверь
отдал Эллиот, интуиция подсказала мне, что это была Лилли.
Я слышала, как она его изображает, а его не подозревала.
И тогда она моргнула.
Не из-за часов,
а когда сказала, что Брюс поместил записку в пиджак Уинтера.
Лилли не было в Игровой, когда я достала записку.
Она не могла знать, где она,
если только не видела, куда Уинтер ее положил,
а она видела.
Что ж, вам пора?
Взлет через... три часа.
Рейган или Даллес?
Даллес.
Тогда поторопитесь.
Спасибо, детектив Капп. Я уже давно в этой должности.
Но никогда не видел таких, как вы.
У меня есть подарок.
В дорогу. Тут не открывай.
Мне жаль твоего соседа в самолете.
Спасибо.
За всё.
Хочу ненадолго остановиться.
Точно? Есть время?
Время есть.
Пять минут.
Я раскрыла убийство.
- По соседству? - Да.
Прекрасно. А я думала, вы по поводу Клайва.
Нет.
Значит, муж моего сына скоро вернется?
- Президент США? - Да.
Вернется.
А тут было так приятно.
Увы.
Кто убийца?
Нет, не говорите.
Та заносчивая дрянь?
Да.
Могли бы просто меня спросить.
Детектив Капп...
Я попрошу принести вам водки.
Вы хороший детектив.
Да.
Самый лучший.
ПАМЯТИ АНДРЕ БРАУЭРА
Перевод субтитров: Анна Туркина