ОРИГИНАЛЬНЫЙ СЕРИАЛ NETFLIX
Смогли принести?
Да.
Держи.
Даже не верится, что принесли.
Здесь весь альбом «Divide», кроме «Supermarket Flowers».
Это песня такая?
- Администрация кое-что удалила. - Потому что она про смерть?
- Хочешь, чтобы я оспорил их решение? - Нет, не надо. Паршивая песня.
Да уж.
Спасибо, кстати.
Не за что.
Ты больше не ходила к психологу,
- который...ну после... - После нервного срыва?
Что? Нет. Я не это слово подбирал.
Вы бы выразились дипломатичнее.
Ходила?
Тебя допрашивают не каждый день, но следствие ещё не закончено.
А мобильник вместо плеера вы принести можете?
Здесь даже часов нет.
Сегодня ведь суббота?
Да.
Во сколько начнётся?
В три часа.
А сейчас сколько?
10:30.
Закончили?
До свидания.
15:00
10:30
11:23
15:00
О чём задумалась?
О смысле жизни. А ты его нашла?
Что? Нет.
Знаешь, сколько я место для парковки искала? Такой километраж накатала.
До твоего дома метров 800.
Да, проще было бы пешком дойти.
Лауреат Нобелевской премии. Круто, что она для нас выступит.
- Добро пожаловать. - Спасибо.
Если бы ещё проблем с парковкой не было.
Только мысль о ближайших выходных меня и радует.
Будет супер-супер клёво.
- Видела родителей Лаббе? - Вроде да.
- Это его отец в башмаках ходит? - Да, он.
Классные у него предки. Ты будешь в восторге от Мэгс.
Она мне на днях позвонила и спросила про планы на лето.
Кажется, у них намечается какое-то семейное сборище.
Я уже присматриваю летние платья. Поможешь мне выбрать?
- Эй, ты меня слушаешь вообще? - Клас тоже пришёл?
Да, а что?
Я думала, что его мало интересует учёба Себастьяна.
А ты не слышала? Он же оплатил это мероприятие.
Полсотни тысяч долларов в час, прикинь.
Обалдеть.
Здесь есть те, кто ненавидит экономику?
Кто хочет заняться в жизни чем-то по-настоящему важным?
Мудрое решение. Экономистам верить нельзя.
Экономисты опасны, поскольку глобальная экономика отражается...
Многие убеждены, что экономика - это наука, в которой применимы законы
вроде силы притяжения...
- Кто опасный экономист? - Карл Маркс!
Милтон Фридман.
Вот и я о том же.
Налоги нужны не для того, чтобы лишать богатства богатых,
а чтобы повышать благосостояние низшего и среднего классов.
Спасибо за внимание. У нас несколько минут на вопросы.
Микрофон у Кристера. Где вы?
- Я здесь. - Отлично.
- Спасибо. - Кто первый?
Да, вы.
- Как вас зовут? - Здравствуйте. Себастьян Фагерман.
Ваш вопрос?
Мы хотим сохранить конкурентоспособность запада.
Можем ли мы в этом случае облагать корпорации высокими налогами,
когда в соседних странах налоги ниже?
Или это приведёт к перемещению компаний?
Спасибо за вопрос, Себастьян.
Если коротко, да. Если мы хотим, чтобы рабочие места переместились туда же.
Так, следующий вопрос. Да, вы.
Здравствуйте. Нам дали подготовленные вопросы, но я хочу спросить о другом.
Прошу вас.
Нам говорят, что все проблемы в Европе вызваны миграцией,
войнами и исламскими террористами.
Факторами, над которыми наши политики не властны.
Но в то же время, богатые богатеют, а бедные беднеют.
Не лучше ли говорить о том, как экономика влияет на демократию?
Не на ту лекцию пришёл, сын.
- Простите, не услышала вашего имени. - Самир.
Скажите, Самир, почему вы задаёте этот вопрос экономисту?
А разве не деньги правят всем?
Нет смысла говорить, что нужно вкладывать деньги в инфраструктуру,
если мы не знаем, откуда возьмутся средства.
Мы же якобы ничего не можем себе позволить из-за расходов на мигрантов.
Госинвестиции - дело хорошее.
Но люди,
чьи деньги должны на них идти, сидят в этой прекрасной аудитории.
Чушь собачья!
- Разве? - Разумеется.
Честно, что медсестра платит больше налогов, чем наследник миллионов?
А кто будет давать людям работу? Папа Самира?
Послушайте, я и сама верю в капитализм, но Самир всё правильно сказал.
Насколько несправедливым должно стать общество,
чтобы вера в демократические институты иссякла?
Спасибо за внимание.
Я раньше об этом не задумывалась,
но оказывается, мы мини-мини-малюсенькие.
Правда, в хорошем смысле.
А вот природа по сравнению с нами просто огромна. Лаббе хочет, чтобы я получила охотничий билет.
- Ты же вегетарианка. - Да, но это совсем другое.
Ой, сделай погромче!
Feed full of LA palms
Laptop drinks, hits in panic
I'll take one more year on the subway
Someone has to stop, I mean please
Привет.
- Привет, красавчик! - Привет!
- Привет, братан...Всё хорошо? - Да.
Папа хочет устроить экскурсию по дому.
- Круто. - Вовсе нет.
Не задавайте вопросов, а то его вообще не остановишь.
Смейтесь, если покажется, что он острит.
- Приветствую! Добро пожаловать! - Привет!
- Так, ребята, я сразу покажу вам дом. - Дай им хотя бы вещи разобрать.
Их сумки никуда не убегут. Пойдёмте со мной.
Не знал, что тут будет Самир.
Ничего. Чем больше ребят, тем веселее.
- Я сама отнесу сумки в дом. - Спасибо, Мэгс.
Это самая старая часть дома, 17 век.
Но мы её реставрировали под 16 век.
Видите деревянные панели на стенах?
А это настоящие доспехи.
Японские, конца 16 века.
Принадлежали самураю.
Они попали ко мне от нашего исследователя Норденшёльда,
который получил их в дар от японского императора.
Если присмотреться, видно, что подкладка - из человеческих волос.
Фу, какая гадость.
Да уж. Наверное, скальпировали какого-то беднягу.
Ужас.
Усадьбу перестроили в замок в 1889 году,
тогдашний владелец пристроил четыре башни, которые вы видели с улицы.
Зачем?
Просто замки 16 века снова вошли в моду.
А сейчас я познакомлю вас со всем семейством.
Кто, по-вашему, эти двое?
Карл XIV и Гедвига Элеонора.
- А кто был её мужем? - Карл X.
Карл X. Верно. Молодец, Самир.
А сейчас мы попадём в самое сердце дома, в библиотеку.
Этот мужчина - довольно интересный случай. Никто не знает, кто он.
Возможно, английский лорд, живший в середине 17 века. Но не выдающийся человек, раз никто не оставил его историю для потомков.
Но портрет, по-моему, прекрасный.
Господи, это льежское?
- Ты о чём? - Об этом пистонном ружье.
Этого я, увы, не знаю.
Их делали для шведского флота в 17 веке.
Я этим никогда не интересовался, Себастьян.
У нас есть время осмотреть второй этаж.
Посмотрите на потолок. Это оригинальные фрески 17 века.
Красиво.
Да, и они прекрасно сохранились.
- Давайте поднимемся. - Идём.
Там всего 25 комнат.
Себастьян!
Себастьян, они же совсем рядом.
Я хочу заняться с тобой сексом.
Они же совсем рядом.
Прекрати. Не надо!
Себастьян.
Я хочу тебя.
Что вы делали в той комнате?
Сексом занимались.
Всё, следующий семестр - последний.
Что, правда? А мне никто не сказал.
Майя, я же серьёзно. Я уеду в Лондон, ты - в Америку.
- Мы, возможно, больше не увидимся. - Увидимся.
Да, но…
- Что если у меня не получится? - Что не получится?
Те, кто был в Лондоне, говорят, что им ночами приходилось работать.
Документы копировать, кофе варить и так далее.
И я смогу. Смогу.
Конечно, сможешь.
А если я так и не пойму, чего я хочу?
Помимо мира во всём мире и чтобы все дети были сыты, конечно.
Мира во всём мире я пообещать не могу, но скоро все дети будут сыты.
- Позовёте мальчиков к столу? - Конечно, Мэгс.
Она тебя обожает.
- Майя, суп будешь? - Да, пожалуйста.
- Себастьян, тебе с газом или без? - А вина можно?
- Мы пьём минералку. - Мне уже больше 18, Мэгс.
Мне тоже, но я вполне обойдусь и минералкой.
- Прошу. - Спасибо.
- Майя? - Газированную.
Пожалуйста.
- Мэгс, тебе тоже газированную? - Да, мне тоже.
Самир, я слышал о твоём выступлении в аудитории.
Ты что, якшаешься с коммунистами?
Я просто задал вопрос.
Это хорошо. Вопросы всегда приветствуются.
Если они не связаны с тем, кто что пьёт за обедом.
- Себастьян, тебе хватит или побольше? - Хватит. Спасибо, Маргарета.
- Угощайтесь. - Спасибо.
- Как твои родители, Самир? - Хорошо.
Чем сейчас занимается твоя мама?
Работает в больнице Худдинге.
Значит, она решила вопрос с лицензией? Рада слышать.
Передай ей наши поздравления.
Нет, она работает медсестрой, пока её оформляют. Но ей там нравится.
Почему у нас не находят лучшего применения специалистам?
Все должны заниматься тем, что им нравится.
Не переживай, Самир. У твоей мамы ещё всё сложится.
Как странно.
Поправь, если я не прав, но клянусь, ты говорил, что твоя мама - юрист.
Лаббе? Когда Самир пришёл в нашу школу,
разве он не говорил, что его мать - юрист?
Или у неё две специальности? Поразительно было бы.
- Мой отец - юрист, а мама - врач. - Твой отец - юрист?
А я думал, таксист.
Лаббе, когда мы были на Стуреплане,
ты сказал, что домой нас вёз отец Самира.
- Себастьян, перестань. - Что перестать?
Неважно, чем родители Самира зарабатывают на жизнь.
Ладно. Тогда объясни.
Значит, все те, кто убирает гостиничные номера, водит поезда в метро или...
Ой, прости, Самми - водит такси… или работает медсестрой,
они на самом деле люди с высшим образованием: врачи, юристы
и чёртовы ядерные физики, так что ли?
Скажешь, во всей Сирии или Ираке нет никого, кто работал бы продавцом?
- Довольно, Себастьян. - Вопросы уже не приветствуются?
Хватит.
Себастьян, послушай внимательно.
Беженцы - это, как правило, люди,
у которых была финансовая стабильность и хорошее образование.
Но здесь для этого нужны деньги.
По твоим меркам, немного, но ты всё равно должен это понимать.
Да, конечно.
Раз они разбивают палаточные городки в парках Стокгольма,
они точно принадлежат к элите.
Я тебя всю жизнь знаю и отказываюсь верить, что ты настолько узколоб.
Узколоб?! Вы позвали Самира только потому, что он помогает Лаббе в учёбе.
- Сколько они тебе платят, Самми? - Нам с Себастьяном нужно прогуляться.
- Вы меня прогоняете? - Не усугубляй.
Значит, я должен уйти, а этот сукин сын так и будет врать в глаза?
Пойдём, Себастьян!
Охренеть можно. Ты идёшь, Майя?
Ну и оставайся!
- Паразит грёбаный! - Довольно!
- Жополиз несчастный! - Помолчи!
Мне нужно отойти в уборную.
Да?
- Который час? - Ты куда-то опаздываешь?
Просто скажи, сколько времени.
Я ведь уже объяснял: кнопку нельзя нажимать, когда вздумается.
Скажи, который час.
Четверть первого.
Не стоит благодарности.
Долго тебя не было.
Да. Себастьян уехал.
Он сегодня не способен общаться с людьми, его отец со мной согласился.
- Значит, ты ему звонил? - Да.
И что сказал наш дорогой Клас?
- Потом расскажу. - Извините, я позвоню Себастьяну.
Привет.
Себастьян. Перезвони мне, как только сможешь. Пожалуйста.
Не нужно меня утешать.
В первый день в новой школе у меня был стресс.
Вам-то хорошо, вы знаете друг друга уже поколений 17.
А что делать, когда все такие: «А кем работают твои родители?».
Думаешь, легко?
- Нелегко. - Очень нелегко.
Я так поняла, твоя мама не врач и не юрист.
Я не говорил, что она юрист. Лаббе что-то путает
А врач?
Она хотела выучиться, но не сложилось.
Но и в работе медсестрой нет ничего постыдного.
А кто твой отец?
Себастьян был прав.
Прогнать должны были меня. Ты думаешь именно так.
- Не решай за меня. - Тогда о чём ты думаешь?
Печально, что ты считаешь необходимым врать и притворяться.
Ты бы больше нравился другим, если бы они знали правду.
Да, твоя мама - медсестра, а папа - таксист. Но ты всего добиваешься сам.
А люди это ценят. Это правда.
Ты ни черта не понимаешь, Майя!
Посмотри «Идола» или «Икс-фактор». «Мастер-Пекарь» или как он там...
И ты поймёшь, что происхождение - это половина успеха!
Если бы мы чуть лучше заботились об иммигрантах,
если бы они быстрее становились шведами, учили язык и были усерднее,
американская мечта была бы достижима!
Вы все фанаты американской мечты. И вы обожаете Златана.
Да вы все фанаты Златана, Майя!
И прощаете ему реплики типа «Я ни одной книги в жизни не прочёл».
Или «Девушки не умеют играть в футбол», поэтому все иммигранты такие, да?
Необразованные женоненавистники. Но они вам нравятся – вы же такие толерантные.
- И... - А кто такие эти «вы все»?
Ты говоришь: «вы все то, вы все это». А кто это - «вы все»?!
Ты знаешь, что нравишься мне.
СЕБАСТЬЯН: Будете трахаться - не забудь о защите.
Майя, перестань так делать.
Я хочу в спортзал.
Он занят.
- Тогда в душ. - Он тоже занят.
Но ты даже не посмотрел.
Майя, ты здесь не одна такая, ясно?
Я хочу видеть священника.
Мне нужен священник, я имею право.
Я спрошу, не занят ли он.
Ты хотела поговорить о чём-то конкретном?
Да нет.
ЮРСХОЛЬМ В СЛЕЗАХ
Какие чувства это у тебя вызывает?
Ты не случайно захотела со мной встретиться именно сегодня.
- Как ты себя чувствуешь? - Прекрасно.
Переживешь, что не можешь пойти на похороны?
Мне бы там не обрадовались.
А если не думать о других, ты бы хотела пойти?
Угу.
Но отсюда не выйти.
А ты говорила об этом с администрацией?
Есть много занятий…
Но тебя они, видимо, не интересуют.
Мне запрещены контакты с другими заключёнными.
Ах, да.
Поговорю с начальством о том, что можно совместить с твоими ограничениями.
- Хорошо? - Угу.
Отлично.
Вы служили на похоронах?
Да, и не раз.
Тяжело?
Бывает, что да.
А иногда, наоборот, чудесно.
Все мы люди, и нам нужно излить своё горе.
В этом есть нечто прекрасное. Это освобождает.
А ты...
Если бы ты могла пойти на похороны,
что бы ты хотела сказать?
Не знаю.
А мне почему-то кажется, что знаешь, Майя.
Ты бы хотела попросить прощения.
Ты думаешь, что не имеешь права просить прощенья, но ты его имеешь.
Все имеют. Прощение - акт милосердия.
Ты не просишь о нём, когда не виноват. Как раз наоборот.
Только в сложных ситуациях оно действительно что-то значит.
- У меня вопрос. - Спрашивай. О чём угодно.
Который час?
13:25.
Ты же знаешь, что я бы не стала спать с Самиром. Я люблю тебя.
Скажи что-нибудь.
Что?
Что я должен сказать?
Что у нас всё хорошо.
Что я должна сделать?
Зачем тебе всё время что-то делать?
Ты повёрнута на достижении целей. Нужно учиться расслабляться.
Перестань.
Ладно... Всё хорошо.
Может, займёмся чем-нибудь?
Например?
Не знаю. Чем угодно. Может быть, погуляем, сходим в кино. Чем угодно.
Можно сходить в клуб.
Давай сходим.
Я кое-кому позвоню, соберу народ.
Клёво будет.
Филип! Мы здесь!
Я сейчас, перекинусь с ним парой слов.
- Холод собачий. - Иди в клуб, я догоню.
- Привет, братишка. - Как жизнь?
- Хочу подзарядиться. - Это дело.
Охота спрашивать? Как обычно.
Попробуй.
Пошли уже.
Увидимся.
О чём ты говорил с Деннисом?
Привет. Как жизнь?
О погоде.
- Привет! Рад видеть! - Спасибо, я тоже.
Привет, Себ.
Я только в туалет заскочу. Идите в ВИП-зал, я вас там найду.
Слушай, Аманда.
- Не грусти. - Не видела Себастьяна?
- Как ты тут? - А ты как думаешь?!
Поганый клуб! Поганый город!
Отвратительные людишки! Какого чёрта мы сюда припёрлись?!
- Что мы тут... - Поедем домой?
- Нет. Я хочу в Барселону. - Что?
Я знаю одну отличную кафешку рядом с церковью. Нет, это в Пальме.
Нет, поехали в Нью-Йорк. Классный город. Поехали в Нью-Йорк. Я закажу...
Не трогай меня! Не прикасайся ко мне!
- Что за дрянь ты ему продал?! - Успокойся.
Он убился в хлам! Двух слов связать не может, чушь несёт.
- Что ты ему дал?! - Тише, тише.
- Говори, что ты ему продал! - Ладно, я больше не буду.
Вот именно! Прекрати толкать свою дрянь Себастьяну! Козёл вонючий!
Мы проведём неделю в Лондоне…
Ты что, охренел?!
- Чёрт... - Себастьян. Себастьян, вставай.
Вставай. Надо уходить.
- Себастьян, вышибала идёт. - Возьми куртку.
- Безумие... - Нет!
Пойдём.
Себастьян, идём.
Пойдём. Идём. Такси!
Привет. Ты чего в темноте сидишь?
Я думала, ты у Себастьяна.
Есть хочешь?
Идём. Я приготовлю тебе завтрак.
Слушай, а ты не хочешь пригласить Себастьяна к нам на ужин?
Не сегодня, конечно, но, может, в эти выходные?
Мне будет приятно, и Лине должно очень понравиться.
Мы с папой будем вести себя прилично. Тебе не придётся за нас краснеть.
Почему ты никогда не спрашиваешь ни о чём важном?
Проехали.
15:00 14:05
- Чего ты опять хочешь? - Мне надо выйти.
- Нет, надо подождать. - Открой, чёрт возьми! Мне нужно выйти!
Перестань.
- Где тебя носило? - Моя смена только началась.
А который час?
Без четверти три.
Ладно, спасибо.
Всё нормально, Майя?
- Тебе что-нибудь нужно? - Нет.
Если что-то понадобится, я буду рядом.
Ладно.
14:45
Так, 15 минут.
Девятьсот секунд...
Раз, два, три, четыре…
Я уже не уверена, что люблю его.
О, милая…
Ты не одинока.
Не знаю, выдержу ли я.
Выдержишь.
Помни, что ты не одна.
Если ты поддержишь Себа, я поддержу тебя. Идёт?
Ты очень и очень сильная.
В этом смысле, ты мой кумир.
Большинство уже давно сдалось бы. Но только не ты.
Выкрутимся как-нибудь.
895, 896, 897,
898, 899, 900.
Розовое небо над роскошными пентхаусами
Снова розовое небо
Розовое небо
И чёрные внедорожники заняли полгорода
Меня окружают лос-анджелесские пальмы
Коктейли быстро ударяют в голову
Калле, открой!
- Что? - Открой, мне нужно выйти!
Во дворе другой человек, подожди.
Открой, открывай! Мне надо выйти! Мне надо выйти!
Мне надо выйти, открой!
Перестань!
Она была такой поверхностной, как никто другой.
Типа, «угнетение - это ужасно»,
«бедность - это ужасно»,
«а расизм - это вообще ужас-ужас».
Она всегда высказывалась в таком духе.
А всё остальное у неё было или «очень здоровским», или «супер-супер клёвым».
Или «мини-мини-малюсеньким».
А бывало, мы смотрим какой-нибудь клип на Ютьюбе
про самого толстого в мире мужика, который встал впервые за 30 лет,
а она: «Тише, я смотрю новости».
И она всегда всех жалела.
Но и себя она любила жалеть.
Для неё не было разницы между человеком, заболевшим раком, например,
и тем, что у неё вскочил прыщик.
Она была такой эгоцентричной.
Всем постоянно приходилось её ждать.
Но она была... Амандой, понимаешь?
Мы всегда всё делали вместе.
No clouds, only hot air balloons
Seventeen of them, I swear
- Как ты себя чувствуешь, Майя? - Лучше.
Хорошо.
Итак. Я хочу, чтобы ты рассказала о том, как застрелила Аманду.
Моя клиентка уже несколько раз описывал ход событий.
Я хочу ещё раз послушать. Я хотела убить Себастьяна.
Ружьё само выстрелило.
Ружьё в твоих руках?
- Ты должна ответить вслух. - Да.
Я даже не поняла, как это произошло.
Я бы ни за что не причинила вреда Аманде. Никогда.
Мы, наконец, смогли допросить одного твоего одноклассника.
Его показания противоречат твоей версии.
- В каком смысле? - Подождите, давайте прервёмся.
- Мне нужно переговорить с клиенткой. - Нет.
- Майя, нам нужно поговорить. - Пусть продолжит!
Свидетель сказал, ты целилась в Аманду, а потом дважды выстрелила в неё.
Что?
Что ты убила её намеренно.
Поэтому, нужно вернуться к этому ещё раз.
Вспомни, что происходило в классе на самом деле.