Привет.
Чего тебе?
Я знаю, у нас война,
но прошу, давай сегодня прекратим огонь
и вместе пойдём на похороны, в память о Фрейзере.
Я не пойду.
Как это не пойдёшь? Ты должен. Фрейзер был твоим одноклассником.
- Он был твоим другом. - Можешь не распинаться.
Я не хочу смотреть, как отец притворяется, будто знал Фрейзера,
и выпендривается там перед всем городом.
Я сам его помяну.
Если ты не придёшь, весь город будет судачить о папе.
Ты всё делаешь только ради себя. Можешь подумать о нашей семье хоть раз?
- У меня есть своя семья, мне пора к ним. - Где Сью? Она меня поддержит, я знаю.
Мы сейчас ставим на первое место нашего ребёнка.
Будь у тебя собственные дети, ты бы поняла.
Будь у меня свои дети, они бы заботились о репутации нашей семьи
- и приходили, когда это важно. - Боже, Эмили! Что с тобой случилось?
Раньше ты была такой…
неординарной,
а теперь ты точно как отец.
Давай.
Держи папочку за руку.
Помни, ты сама выбрала его.
Дикинсон
ВСЮ ЖИЗНЬ СТОЯЛА, КАК РУЖЬЁ…
Фрейзер Август Стернс был настоящим гражданином Амхёрста.
Фрейзер воплощал в себе дух этого города. Он был его плотью и кровью.
И хотя мне больно с ним прощаться…
А где Остин?
Не знаю.
Безумие, что его нет.
Безумие - что никого из них нет.
Может, достаточно про безумие? Это обидно.
Кроме того, здесь Эмили.
Героем, который принёс великую славу этому городу.
И сегодня мы посвящаем ему эту пушку как напоминание о громкой славе.
Пушка? Для меня?
- Фрейзер! - Тссс!
- Я Никто. - Ты здесь.
Не мог же я пропустить свои похороны.
Эту пушку привезли из Нью-Берна, где молодой Фрейзер отдал свою жизнь…
И ему кто-то верит?
…ради души этой нации.
Прости. Знаю, он твой отец, но всё это так наигранно.
Он хочет почтить твою память. Ради этого ты и пошёл на войну, помнишь?
Ты теперь знаменитость, Фрейзер Стернс.
И когда эта война закончится,
и наша нация исцелится от глубоких ран,
память о людях, подобных Фрейзеру Стернсу,
станет утешением для нашей души.
Ну, какова она?
- Какова - кто? - Война.
Хуже, чем я представлял.
Я словно провалился в ад,
в самый мрачный ад на свете.
Как Данте.
Да, прямо как Данте.
- И что ты нашёл там? - Правду.
Грубую, неприглядную правду.
Там не спрячешься.
Думаешь, что столкнулся с врагом, но на самом деле - с самим собой.
Ну, не ты один побывал на войне.
Я слышал. Мне жаль насчёт тебя и Остина.
Всё нормально.
Нормально.
Оказалось, что всё к лучшему.
Я многому научилась.
- Правда? Чему? - Мм-хм.
Ну, я поняла, что мой брат совсем безнадёжен,
и всем нам будет лучше без него.
Конечно, мама и Винни всё ещё в процессе, но мы с папой сильнее, чем когда-либо.
Передайте товарищам по оружию наше самое искреннее признание…
Честно говоря, я очень надеюсь на эту семью.
Что?
Ты уж извини, но я тебе не верю.
Ты о чём?
Про надежду звучит слегка фальшиво.
Но даже тогда продолжал подбадривать товарищей,
чтобы атаковать врага возле железной дороги.
Спасибо, что пришли. Спасибо вам огромное. Я это ценю.
- Эдвард, вот вы где. - О!
Великолепная речь. Потрясающе, да.
Изумительно.
Спасибо, Итамар. Рад слышать.
Не за что. И знаете, мне очень жаль, Эдвард, что я в вас сомневался.
Вы преданы Союзу, как никто другой.
Да. И мне больно думать, что некоторые считали иначе.
Ну, в городе любят хорошие истории с возвращением.
Жаль, что ваша семья не смогла это увидеть.
- Мы видели. - О! Эвелина!
Я как раз поздравлял твоего отца с чудесной речью.
Да, она была превосходна. Сам Линкольн не сказал бы лучше.
- О! - Это точно.
У вас прекрасно подвешен язык, Эдвард. Почему вы ушли из политики?
Ума не приложу.
М-м, подумайте об этом, ладно?
Что ж, всего хорошего.
Пока, Конки.
Молодец, пап. Круто было.
О, ты в этом уверена?
- Абсолютно. - Хм.
- Я так горжусь тем, что я твоя дочь. - О…
Идём. Нас ждёт прогулка домой. Цветы уже распускаются.
Ладно.
Мистер Дикинсон.
М-м…
Сью, ты здесь.
- Да, конечно. - А где же Остин?
Сидит с ребёнком.
В нашей семье мы отказались от предопределённых гендерных ролей.
Скажите, вы всё ещё редакторы "Барабанного боя"?
Ты про любимую газету президента Линкольна?
Ну, конечно, да. А что?
Можно опубликовать кое-что? Анонимно.
- Мне понравилось! - Да.
Я ещё никогда не разговаривал с нарциссами.
Тебе стоит делать это почаще. Они благодарные слушатели.
Да. Они всё время кивали головами мне в ответ.
Это так приятно.
Знаешь, Эм, я хотел бы поговорить с тобой.
- О чём? - Я попрошу тебя сделать
кое-что очень важное.
Что нужно, обратись – Пусть я смогу лишь дать нарцисс.
Нарцисс, очень ловко.
Да… Прошу за мной в мой кабинет. Идём.
Уфф! Прости за беспорядок.
Кажется, тебя ограбили.
Да. Оказывается, писать завещание нелегко.
Но кажется, я наконец-то определился, что я завещаю и кому,
именно поэтому ты мне и нужна.
О. Ладно.
Я хочу, чтоб ты была моим душеприказчиком.
- Я? - Да, ты.
Я знаю, что это необычная просьба.
Но, знаешь, душеприказчик должен быть в здравом уме и твёрдой памяти,
тем, кто может выполнить в точности все пожелания,
кто будет говорить за вас, когда вы уже не сможете,
кому вы доверяете всем своим сердцем.
Ух ты, папа. Никогда бы не подумала.
Ну, да. Как правило, эту роль отводят старшему сыну, но…
в этой семье всё получилось не совсем так.
Не волнуйся, папа.
Твой сын рад служить тебе. Наверное, ты его раньше не замечал.
- Врать не стану, не замечал. - М-м.
Впрочем, ещё не поздно. Присаживайся, прошу.
- Да, благодарю. - Не стоит благодарности.
М-м, сэр.
Да. Молодец, сынок.
Поторапливайся.
Итак…
- Начинай, папа. - Отлично. Э…
Я, Эдвард Дикинсон, будучи в здравом уме и твёрдой памяти…
М-м…
…заявляю, что это моя последняя воля и завещание.
В ЗДРАВОМ УМЕ И ТВЁРДОЙ ПАМЯТИ
МОЯ ПОСЛЕДНЯЯ ВОЛЯ И ЗАВЕЩАНИЕ
КЕМБРИДЖ, МАССАЧУСЕТС МОЯ ПОСЛЕДНЯЯ ВОЛЯ И ЗАВЕЩАНИЕ
ПОСЛЕДНЯЯ ВОЛЯ И ЗАВЕЩАНИЕ
Взвод, смирно!
Вот чёрт.
ПОЛКОВНИКУ Т.В. ХИГГИНСОНУ БОФОРТ, ЮЖНАЯ КАРОЛИНА
ЭМИЛИ ДИКИНСОН АМХЕРСТ, МАССАЧУСЕТС
- Эмили. - Хм?
Написала про последнюю волю?
Да-да, конечно. Прости, эм… Да.
"Одну тысячу долларов я завещаю трасту Амхерстского колледжа".
- Хорошо. Я думал, ты где-то витаешь. - Да.
Знаешь, о чём я подумала?
- Тебе следует учредить стипендию. - Стипендию?
Да. Что может быть лучше для расширения границ твоего наследия,
чем инвестиции в людей?
Табличка на доме - не самое главное.
Блестяще. Великолепная идея.
Ха. Боже мой. Остин никогда бы до такого не додумался.
Ну…
Знаешь, Эм…
Я начинаю понимать, как же мне повезло.
Признаться, в последнее время я чувствую, что эта семья покинула меня.
Все, кроме тебя. Ты всегда была верна мне,
хоть я и не всегда был этого достоин.
Тебе пришлось простить мне очень много.
Знай, что за это я буду благодарен тебе даже на смертном одре.
Всё, чего я когда-либо хотел, это сделать тебя счастливой.
Я знаю, папа. Спасибо.
Нам с тобой так сильно дорога эта семья.
Верно.
И я знаю, как тебе сейчас тяжело, что твой брат на другой стороне.
Такое никогда не должно произойти между нами.
Нет, нас ничто никогда не разделит.
- Ни за что. - М-м.
Ну, почти всё.
Да. Остаётся самый последний пункт.
Верно. Ну, жги.
Ладно. Фух…
Семейный дом.
Мейнстрит, 280, Амхёрст,
вместе с остальным имуществом, ранее не упомянутым,
я завещаю…
своему сыну, Уильяму Остину Дикинсону, эсквайру.
Всю жизнь стояла, как ружьё
А в случае его смерти я завещаю всё это его сыну, Ди…
Боже мой…
У мальчика ведь ещё даже имени нет.
Напиши просто "его старшему сыну".
Ох…
Заряжено, в углу
Хм-м… Представляешь?
Твой безымянный кроха-племянник однажды может оказаться твоим опекуном.
Забавная жизнь.
Пока хозяин не пришёл
Забравши вещь свою
Что с тобой, моя милая?
Ты правда намерен…
оставить всю собственность Остину?
Вот так просто?
После всего, что случилось? Всё до последнего?
Конечно.
Кому же, кроме него?
Женщинам?
И вот – мы вместе с ним в лесу
И вот – мы гоним лань
И каждый крик заслышав мой
Представь, что скажут люди,
если я всё оставлю своей дочери.
В банке сразу разорвут завещание. Решат, что я сошёл с ума.
Вам нельзя иметь собственность.
Нет, Эм, вы слишком эмоциональные.
Вам нельзя доверять принимать собственные решения.
Поэтому вас кто-то должен опекать.
Если не я сам, то Остин. А если не он, то его сын.
Надеюсь, мужчины этой семьи будут нести возложенную на них ответственность
ещё много поколений.
Вам, женщинам, невероятно повезло,
что не приходится нести на плечах бремя независимости.
Но ты не волнуйся, дорогая.
О тебе достойно позаботятся.
И в любом случае, я тебя уверяю,
это полностью соответствует законам Массачусетса.
В ответ кричит гора
Знаешь, я росла с мыслью о том,
как же мне повезло, что мне в отцы достался такой невероятный человек.
Хм… Такой честолюбивый, такой влиятельный,
способный на великие дела, на удивительные перемены…
Но оказывается,
ты совсем не такой.
Прости, что?
Ты всего лишь овца-трусишка.
Не в твоей власти что-либо изменить, потому что…
у тебя нет воображения.
Именно поэтому никто никогда не узнает и не запомнит, кем ты был.
Я ошибалась.
Остин был прав насчёт тебя.
А я - нет.
Эм…
И в этот миг я улыбнусь
Разлив повсюду свет
Как, не сдержавшись, разливал
Везувий свой привет
- Осторожно! - О, Боже!
- Бетти, прости… - Нужно быть внимательней.
Всё становится хуже и хуже.
- Прошу прощения… - Как тебе удаётся?
Прошу… Как ты остаёшься такой сильной?
В мире настолько всё запутанно, и, кажется,
я этого больше не вынесу.
Прости, но я…
С чего ты взяла, что у меня есть на это время?
Бетти, что с тобой?
Я сейчас узнала, что Генри уехал на юг и вступил в ополчение.
- Он написал? - Нет! Мне рассказал об этом почтальон.
По-видимому, Генри без проблем способен писать письма, вот только не своей семье.
Поэтому Хелен скоро лишится не просто отца,
а отца, которому наплевать на нас с ней.
Нет. Я уверена, что ему не всё равно.
Он тебя любит, Бетти, и любит Хелен.
Ты хотя бы знаешь, где он сейчас.
У них на подходе армия Конфедерации, а им не из чего стрелять.
- Бетти, мне так жаль. - Не надо меня жалеть!
Я не это имела в виду.
Я сейчас не могу ясно мыслить. Я только что поругалась с отцом.
- А затем… - Да!
Что ж, мне очень жаль, что твоя семья так увлеклась саморазрушением.
А тем временем мою этот мир разрушил напрочь.
- Бетти, главное - не терять надежду… - Что? Надежда - это враки!
Эмили, побудь хоть один денёк на моём месте, и сама всё поймёшь.
Продолжай, пиши свои стихи, какие захочешь.
Это ничего не изменит.
Надежда мне без надобности.
Вообще.
Она просто заставляет меня плакать.
Бетти.
Спустилась ночь – конец трудам
Храню господский сон
И счастья больше во сто крат
Чем с ним делить его
Его врагу – я злейший враг
Не встретит дважды он
Того, кто на меня взглянув
Смертельно был сражён
Мне больше лет отведено
Но он обязан жить
Ведь мне дано лишь убивать
Без шанса встретить смерть
Ты это сделала.
Яму?
Нет, пекло.
"Оставь надежду"?
Оставь надежду, и обретёшь надежду истинную там, где даже не думала.
В самом тёмном месте.
Готова?
Надеюсь.
После вас.
Стой!
Фрейзер?
Никто?
Винни!
А, это ты.
Что… Что ты здесь делаешь?
А на что похоже?
Пытаюсь сохранить жизнь своим мужьям.
Все они - твои мужья?
Все они и ни один из них, благодаря тебе.
Благодаря мне?
Да, тебе.
Если бы я всю свою жизнь не слушала твои проповеди
о том, что надо быть свободным, творческим духом, я бы нашла любовь.
Но нет, ты заставила меня думать об опере, поэзии и прочей ерунде,
а мне просто нужно было выйти замуж.
- Постой, это же… - Твои стихи?
Да. И знаешь, что? Я их сожгу всё-таки.
- Только на это они и годятся. - Нет, нет!
- Нет, Винни, остановись! - Сама остановись.
Хватит отвлекать меня от важных вещей.
Хватит лишать меня шанса на счастье.
Бедный мальчик.
Эй, Эмили!
Эмили! Идём!
Остин? Остин, куда ты меня тащишь?
Прости, Эмили, ты чокнутая. Тебя пора от всех изолировать.
Что? Почему?
Чтобы ты ни с кем не поступила, как со мной.
Что? Что я сделала?
Ты прекрасно знаешь, что превратила мой брак в катастрофу.
Остин, так нечестно.
- Ты знал, что я люблю Сью. - Не до такой степени.
А вообще, ты не любишь Сью.
Тебе нравится писать стихи о любви к Сью.
- Тебя волнуют только стихи. - Это не так.
Это так. Сама знаешь.
Остин, я люблю Сью. И тебя люблю.
Будь это так, ты бы дала нам шанс.
Но вместо этого ты продолжала писать ей стихи. Ты не могла остановиться, да?
И в каждом - маленькая капля яда.
И каждое медленно убивало малейшую надежду на счастье.
Остин.
Я не хотела тебя обидеть.
Ты не обидела меня.
А уничтожила.
Я одна и мне страшно, Эмили. Я потеряла мамочку.
- Мам? - Покорми меня, Эмили.
О, Боже.
Папа?
Папа, папа…
Боже мой.
Нет!
Нет, нет, нет, нет, нет, нет! Папа!
- Папа, нет. Нет, нет, нет. - Эмили.
Он мёртв.
Да. Теперь мы будем вместе.
О, нет. Это я во всём виновата. Я его убила.
Попрощайся и идём со мной.
Прости меня.
Я…
Смотри. Есть только ты и я.
Идеально.
Может, лучше не стоит…
Не волнуйся… Здесь нас никто не увидит. Всё в порядке.
Я вовсе не это имела в виду. Просто…
Что? Ты не хочешь меня целовать?
Нет, хочу, конечно же, хочу. Просто ты…
Ты кажешься такой…
Я это знала! Я не привлекаю тебя больше.
Ты говоришь моими устами.
Позволь, я ещё кое-что с ними сделаю…
Чт… Боже мой!
- Господи, Сью! - Отвали, Эмили!
Нам не на что было надеяться, да?
- О чём ты? - Не смей меня больше трогать.
Сью, стой!
Огонь!
Генри!
В атаку!
Нет, Генри!
Давай, Генри!
Не сдавайся! Сражайся дальше!
Ты нужен своей семье.
Мы побеждаем!
Победа за нами!
Боже, Генри…
Перевод субтитров - Юлия Коваленко