Downloaded from YTS.MX
Official YIFY movies site: YTS.MX
NETFLIX ПРЕДСТАВЛЯЕТ
Уедем на выходные?
- Куда? - Не знаю. В Трувиль?
Пригород Довиля?
Или в Онфлёр. Живописный городок.
- Давай? - Да.
Поселимся в хорошем отеле,
поужинаем на пристани ассорти из морепродуктов.
- Ты кончила? - Погуляем, на массаж сходим...
- Что? - Что «что»?
- Я не поняла. - Я спрашиваю, ты кончила?
Ну да, ты разве не слышал?
- Слышал. - Так что тогда?
Просто я не кончил.
Вечно тебя тянет на разговоры после секса. Болтаешь ни о чём.
Вся такая радостная.
На что ты жалуешься? Пытаешься меня разозлить?
Прости. Я сейчас на подъеме.
Само собой. Как человек, который покончил со списком дел.
- Или переделал всё по дому. - Ты бы предпочел, чтоб я дулась?
Если честно, то да, лучше бы ты дулась.
- Это не жизнь, а сплошной фарс. - Фарс?
- Да. Прости. - Серьезно?
- Надоело трахаться в темноте. - Ты же сам всегда выключаешь свет.
Это помогает.
- Думать о другой? - Нет.
- Правда? Отлично. - Я думал о том, какими мы были.
Жан-Луи.
- Мы вместе уже 17 лет. - Я в курсе.
Отношения — это умение идти на компромиссы, терпение,
а не только страсть. Пора бы уже это знать.
Если хочешь всё испортить из-за дурацкой ностальгии, вперед.
Ты такой эгоист.
Зачем ты врешь? Почему имитируешь оргазм?
По-твоему, это вранье?
- Прости, но да, это так. - Я защищаю нас. Тебя.
Я, между прочим, тоже хочу, чтобы всё было как раньше.
Не спрашивай о том, о чём не спросил бы себя. Идет?
Так как нам разнообразить секс?
Ты меня любишь?
Ты меня еще любишь?
А ты меня?
Давай не будем изливать душу. Это неприлично.
Мы не американцы.
То есть ты сам решаешь, когда нам откровенничать.
- Какая же ты гадина. - Ну да.
- Как же ты меня достала. - Вечно ты всё портишь.
Меня от тебя тошнит.
Надо забронировать отель в Онфлёр.
На праздники всё будет забито.
Жан-Луи, потише, пожалуйста.
- Добрый вечер. - Добрый.
- Ты торопишься? - Да.
Можем по-быстрому.
- Нет, спасибо. Я не ищу любви. - Потому что уже нашел?
Нет, просто... Я иду домой. Вышел с собакой прогуляться.
И где собака?
Наверное, рванула вперед. Она всегда спешит домой.
В отличие от тебя.
Сколько у тебя есть?
Мне всегда было интересно, сколько вы берете.
- Восемьдесят — трах, 50 — отсос. - Отсос?
- Минет. - Точно.
Нет, я...
Я не уверен.
Это не совсем мой... стиль.
Не думаю, что я...
Да еще и в парке.
Делать это за деньги — это...
Постой.
- Подожди. - Что такое?
У меня заколка в волосах.
Чёрт!
Ты зацепился обручалкой.
Попробуй снять кольцо.
- Не получается. - Давай я.
Нет, я сам. Прости.
- Вот так. - Отлично.
- Держи. - Спасибо.
- Прости. - Ничего, бывает.
- Правда? - Продолжим.
Нет, всё хорошо. Не надо.
- Не хочешь кончить? - В идеале — да, но и так сойдет.
Деньги оставь себе.
Ну да. Ладно.
- Спасибо. - Увидимся.
Тебе туда.
- Куда? - Мы пришли оттуда.
- Туда? Ладно. - Да.
- Спасибо. - Не за что.
- Пока. - До скорого.
Где ты был?
- Решил пройтись. - Вот, значит, как?
Думаешь, я не знаю?
От тебя пахнет сигаретами.
Минутку.
- Месье Бордье. - Спасибо, Вирджини.
YouTube удалил видео, но оно разошлось по сети.
Такие видео всегда пересылают. По WhatsApp или еще как-то.
Его вся школа видела. Выключи телефон, будь добра.
- Его не должны были увидеть. - Не в этом дело.
Уважай семью, если не уважаешь себя.
- Я теперь не смогу появиться в школе. - Не волнуйтесь.
У вашей семьи и у дочери есть право на забвение.
И моя работа — добиться осуществления этого права.
Моя команда проследит за тем, чтобы это видео исчезло. Хорошо?
Не волнуйтесь. Итак, Мари,
как звали твоего партнера в этом видео?
Тео де Шаллонж.
Тео... де... Шаллонж. Отлично.
Клеман Бурсье.
- Есть. - Хьюго Пелиссон.
Луи д'Эсклапье.
Мы обратимся к родителям и попробуем достичь договоренности.
Тем временем проверим все сайты,
на которых размещается подобный контент.
И TripAdvisor.
Простите?
Ее оценили на TripAdvisor.
- Высоко? - Неважно.
Да, простите.
Trip...
Ты заплатишь за это из своих сбережений.
- Нет. - Да!
Не понимаю я это поколение. Сплошная показуха.
Ни моральных устоев, ни интимности.
Я не согласен. Думаю, виноват парень... парни,
которые проявили неуважение, выложив видео.
Что? «Проявили неуважение»?
Она спала с четырьмя парнями. Вас это не смущает?
Я думаю, что, возможно, она пыталась...
...подсознательно...
...ударить вас по самому больному месту.
- Мне нужен адвокат, а не психиатр. - И психиатр тоже.
Вам бы самому к нему обратиться.
- Верно. - Идем.
Месье Ля Рошен.
Спасибо.
Не очень-то изящно. Неуместно в японском ресторане.
Этим рестораном владеет китаец.
Я этого не знал. Всё встало на свои места.
Ты о чём? Китайцы — не такие стильные, как японцы?
Такого я не говорил.
- Это расизм. - У тебя не бывает расистских мыслей?
- Я гоню их от себя. - Я тоже их гоню.
Я успокаиваю себя,
что не страдал бы от этого, будь я расистом.
Но расистские мысли тебя посещают.
Да, но я спорю сам с собой.
И никогда не соглашаюсь с расистом во мне.
А вот мажор-либерал только что сказал, что китайцам не достает изящества.
Этого я не говорил.
Я нахожу вульгарным то, что на дне моей чашки голый мужик.
Но я не расист.
Против минета от транса ты не возражал.
Это подло. Я с тобой поделился, а ты...
Я не знал, что он транс.
В том и фишка. Всегда можно сказать: «Я ничего не знал».
- Я думал, он трансгендер. - Ну, тогда ладно.
Ничего не ладно.
Я как будто теряю контроль над своей жизнью.
- От меня ушел клиент. - Похоже на выгорание.
Не знаю, пугает ли меня депрессия,
или же я уже в депрессии, отсюда и страх.
Курица или яйцо?
Что было раньше?
Яйцо...
...или курица?
- Когда Кароль ушла... - Спринг-роллы?
Это мне.
Спасибо.
Благодарю.
С ума сойти. Вечно я сижу под лампой.
- Ты не с женщиной. - Ты не лысый — тебе не понять.
Эти лампы вообще надо запретить.
У тебя не бывает чувства, что твоя жизнь нереальна?
Я как будто покинул свое тело
и смотрю на свою жизнь со стороны, но...
...она нереальна.
Точнее реальна, но это фальшивка. Да, именно так.
Как будто правда и реальность — это не одно и то же.
Моя жизнь реальна.
Но она фальшива. Понимаешь меня?
Ты как будто живешь во лжи, но не знаешь, что есть ложь?
Да, вот так.
Я не понимаю.
Масштабы лжи поражают. Я больше не могу притворяться.
- Даже с котом. - С твоим котом?
Да. Это тоже ложь. Только представь.
Я кормлю его и держу взаперти.
Он не любит меня. Это стокгольмский синдром.
Он трется об меня? Это мерзко, а не мило.
Это не кот а ходячая катастрофа, Наташа Кампуш.
Коты трутся о хозяев не в знак любви.
Так они помечают свою территорию.
Всё куда хуже. Мы лжем, изворачиваемся.
Не думаю, что Наташа Кампуш терлась о Вольфганга Приклопиля.
Точно не по своей воле.
Ты такой странный.
А знать имя похитителя Наташи Кампуш — не странно?
Ладно.
Прости, что это я всё о себе? Ты-то сам как? Как работа?
Ничего нового.
Перелом таза, глисты, эвтаназия.
Ясно.
Я не хочу идти в офис, домой — вообще никуда.
Это тревожный знак. Возможно, ты хочешь умереть.
Простите. Похоже, дорожка сломана.
- В чём дело? - Я хотел узнать пульс.
- Данных нет. - Возможно, это сенсоры.
- Сердце-то ваше бьется. - Ну да.
На тренировке я люблю выкладываться на полную.
Но я бегаю 45 минут и даже не запыхался.
Однажды такой подход вас убьет.
Дайте я попробую.
Простите.
Всё работает.
Да. Разумеется.
Наверное, у меня ладони вспотели.
Ничего, всё в порядке.
Об отдыхе тоже не забывайте.
Спасибо.
Мишель? Это я. Можешь зайти ко мне?
Мне нездоровится.
Это срочно. Прошу тебя.
Спасибо. Жду.
- Что-то ты долго. - Свет так и не починили?
Входи.
- Я же сказал, это срочно. - Поэтому я спешил.
Ну?
- Что такое? - Что-то явно не так.
Займет больше времени. Это для котов.
Крошечные лапки.
- Ладно. Наверное, он сломан. - Послушай мое сердце.
Я слушаю.
Нет, сердце.
Точно. Да.
Ладно.
Что со мной?
- Не понимаю. Тебе холодно? - Нет.
- Жарко? - Да нет. Тепло.
- Тепло? - Да. Ты знаешь, что это значит?
- Тепло — в смысле зябко? - Да нет же.
Ладно, я позвоню врачу. Спасибо, что зашел.
- Что ты ел? - Суши с тобой.
Точно. Дай мне руку.
В голове не укладывается. Садись.
Слушай.
Не буду врать тебе, как своим клиентам.
Это странно.
Невероятно. Твое сердце не бьется.
Я не понимаю.
Твоя сердечная мышца как будто бы не сокращается.
- Это серьезно? - Нет, если человек мертв.
Но, учитывая, что ты жив...
...это тревожит.
Ляг на пол.
Для чего?
- Буду тебя реанимировать. - Я жив.
Лучше я рёбра тебе сломаю, чем дам умереть.
Но я не умираю!
- Я с тобой разговариваю. - Я ничего не понимаю.
Я ветеринар, а не кардиолог.
- Ты позвал — я пришел. - Ты уже видел такое раньше?
Да, до появления на свет цикада проводит под землей семь лет.
Дурочка. Живет-то она всего месяц.
Какая разница, Мишель?
- Ты сказал Валери? - Нет, и не собираюсь.
- Она твоя жена. - Именно.
Если я скажу, что болен,
она окажется в более выгодном положении.
- И... - Она чокнутая.
Нет, вовсе нет. Не говори так.
Она ищет себя, работает над собой. Медитирует.
Теперь ясно, почему здесь пахнет ладаном.
Нет смысла питаться правильно и при этом травиться ладаном.
Опять же, какая разница?
Что мне делать?
- Я отвезу тебя в больницу. - Хорошо.
А что в больнице?
Не знаю.
Думаю, они запустят сердце с помощью дефибриллятора.
Тебя интубируют, подключат к аппарату ИВЛ.
Я дышу самостоятельно.
Или тебя погрузят в искусственную кому.
Для чего?
- Чтобы вернуть к жизни. - Скажи что-нибудь нормальное.
Ты ненормален! Ты мертв, но продолжаешь двигаться.
- По-твоему, это нормально? - Я не мертв!
Я вижу, что ты не мертв. Я это знаю, но...
Не ори. Я в недоумении.
Что происходит?
Почему вы шумите?
Мы не шумим.
- Ты орал: «Я не мертв». - Ну да, он же не мертв.
Я не кричал бы: «Я мертв», — если бы умер, Валери.
Ты добавил в конце мое имя, значит, что-то точно стряслось.
Куда ты идешь?
- Никуда. - Да ну? Издеваешься?
Что это у тебя на шее?
- Что вы скрываете? - Ничего, Валери.
Ты что-то подхватил?
- Надо ей сказать. - Сказать что?
Ничего. Не о чем говорить. Слышишь? Не о чем.
Она имеет право знать правду.
- Чего это она? - Она чокнутая.
- Я говорил. - Добить меня хочешь?
- Я не могу найти ключи. Открой мне. - Нет, пока не объяснишься.
- Надо ехать. - Пожалуйста, дай мне ключи.
Умоляю, скажи, в чём дело.
Его сердце остановилось.
- Когда? - Сейчас.
- В эту минуту. - Что?
Его сердце не бьется. Нам надо ехать.
- Оно не бьется. - Он же сказал.
- А пульс? - Пульса нет.
- Не дам. - Дай мне руку.
Ты удивлен.
- Прости? - Тебя удивляет твое бессердечие.
Я не хочу это обсуждать.
Ты напуган? Почему?
Ты медитируешь часами, гладишь овощи, говоришь с цветами,
учишься играть на окарине!
Ты закончил?
Хоть раз послушай меня. Попробуй мыслить шире.
Возможно, не стоит так отчаянно всё рационализировать.
Прошу, не начинай.
Умоляю тебя. Воспринимай это как шанс наладить свою жизнь.
- Слушай свое сердце. - Прости.
Я во многом с тобой солидарен, но я ученый.
Его нужно отвезти в больницу.
Я просто хочу убраться отсюда!
Наука бессильна, но ты рвешься в больницу.
- Думаешь, там тебе помогут? - Это загадка.
- Отдай мои ключи. - У меня их нет, любовь моя.
- Прошу тебя. - Ты оставил их в двери.
- Довольно этого символизма. - Я серьезно.
- Правда? - Вот это да!
Оговорка по Фрейду! Ты не можешь это игнорировать.
Поговори со мной. Открой мне свое сердце.
Ты целыми днями помогаешь людям. Пора и о себе подумать.
Хорошо? Да?
- Я позвоню Марго. Она нас примет. - Только не Марго. Она сумасшедшая.
Она сторонница холистического подхода.
Лично мне она очень помогла.
- Я лучше поеду в больницу. - Чтоб в тебя трубок натыкали?
Машины здесь не помогут, милый. Мишель.
Если так подумать, ты уже мертв,
так что, с точки зрения науки, мы ничего не теряем.
В самом худшем случае твое сердце забьется.
Я позвоню Марго.
Да, конечно.
Я вам помогу.
Спасибо, Марго, что согласились встретиться.
Я вас знаю, месье Бордье.
- Сомневаюсь. - Жан-Луи.
Ничего, Валери. Я повидала немало скептиков.
Мужчин особенно.
Они ненавидят загадки и стремятся к упрощению.
Но простота — это иллюзия.
Дайте руку.
- Дайте руку. - Давай.
Ни единого удара. Это невероятно.
Невероятно.
Ваше сердце бьется, Жан-Луи.
- В том-то и дело, что нет. - Не физическое.
У нас два сердца: физическое и космическое.
- Я же говорила. - Валери.
Простите.
Космическое сердце бьется, но оно не связано более с физическим.
Попросту говоря, ваши два сердца не связаны.
Ваша карма больше не является основной движущей силой,
потому физическое сердце не бьется.
Ваше космическое сердце
томится в Карунге.
Что это за место?
То же самое, что чистилище в иудеохристианской традиции.
Попросту говоря.
Вы застряли между двумя мирами, перед вами две двери.
Вам нужно выбрать верный путь.
Путь к чему? К своему физическому сердцу, конечно.
Конечно, это очевидно.
Карунга — не шутка, месье Бордье.
Это высшая сила, которая властвует над всеми нами.
Карунга может исцелить и освободить —
или убить.
Я покажу вам путь к спасению.
- Чего же мы ждем? - Но вы должны мне помочь.
Вы готовы?
- Да. - Валери.
Простите.
- Вы готовы, месье Бордье? - Да. Давайте.
Идите за мной.
Идемте.
- Чего ты расселся? Иди. - Ладно.
Невероятно.
Подойдите.
Сядьте.
В круг?
Да.
Можете называть это кругом.
- У вас красивый дом. - Спасибо.
- Валери. - Простите.
Красивое пианино. Вы играете. Форе.
Мне нравится.
Жаль, вы не стали музыкантом.
Валентина.
Валентина?
Ваша первая девушка сделала вам больно.
Она меня растоптала.
Полгода я был безутешен. На семь недель меня погрузили в сон.
Да. Вижу.
Ни семейных фото, ни снимков вашей матери.
- Она умерла? - Нет.
Простите. Вы с ней почти не видитесь.
Она обвинила вас, когда ваша сестра украла у нее деньги.
Она ударила вас йогуртницей.
В 70-е все это делали, но...
Вы о йогурте?
Нет, об избиении детей.
С вами впервые обошлись несправедливо.
Но...
Это оставило на вас свой след.
Ничего, это ерунда.
Не нужно подавлять эту боль, хорошо?
С женщинами не ладится?
В смысле, не гей ли я?
Нет.
Нет. Я о том, что вы женоненавистник.
Неправда.
- Вообще-то, правда. - Валери.
Простите. Но это так.
Разве нет?
- Нет. - Нет?
Не думаю.
Встаньте.
- Ты в порядке? - Да.
Я вас спасу.
Откуда вы всё это узнали? Ты ей сказала?
Я? Мне ты этого не рассказывал.
- Кстати, спасибо тебе за доверие. - Валери.
Простите.
Вы не ладите с матерью.
Разве? Мы с ней не видимся.
Да. И почему же?
Почему? Не знаю. Просто не видимся, и всё.
Она вечно всё усложняет, а я не люблю сложностей, потому так.
Мать нельзя удалить из жизни, как видео из сети.
Она о твоей работе.
Валери! Сколько можно?
Вы должны с ней встретиться.
Да ну? Зачем?
Приведите ко мне свою мать.
Хотите познакомиться?
Она есть исток.
Исток? Исток чего?
Я говорю о месте, из которого вы появились на свет.
А, ну...
- Я не... Да, верно. Она... - Да, это...
Да, я появился на свет из ее вагины.
Хочу взглянуть.
- На ее вагину? - Да.
Это невозможно. Я не могу просить ее о таком.
- Почему? - Почему? Ей 82 года.
Она не станет показывать вам...
- Гениталии. - Да.
Тогда покажите фото.
Думаете, у меня есть фото?
Ну так сделайте его.
Это уж слишком.
Я не стану фотографировать интимное место матери.
В таком случае вы умрете.
- Стойте! - Не бросайте меня.
Карунга должна видеть исток, чтоб запустить сердце.
Карунга сама не справится?
Я являюсь ее глазами. Попросту говоря.
Но что я ей скажу?
«Мама, сбрось-ка мне фото своей киски»?
- Не в цифре. - Что?
Нужно что-то материальное.
Прошу, не заставляйте меня.
У вас три дня. Через три дня вы умрете.
Покажите мне исток.
Всё в порядке?
- Мне приснился кошмар. - Не похоже.
Этот орган работает.
А сердце?
Ничего.
ДЕНЬ ПЕРВЫЙ
Откуда она узнала о Валентине?
Ты же не веришь в эту чушь про высшие силы?
Я никому этого не рассказывал.
Ты несешь чушь. Это нелогично.
Мое сердце остановилось 18 часов назад. Как объяснить это логически?
- В этом нет смысла. - Само собой!
Всё происходящее лишено смысла. Ответы надо искать где-то еще.
Плевать на смысл.
Как она планирует запустить твое сердце?
- Она хочет... - Что?
Она хочет увидеть...
- Я не понимаю. - Вагину моей матери.
Что? Она хочет увидеть вагину твоей матери?
- Ее вагину? - Хотя бы фото.
Фото вагины твоей мамы?
- Ты серьезно? - Конечно.
Ты сумасшедший.
Ты же не станешь просить о таком?
- Конечно, нет. - Какое облегчение.
- Поэтому я подумал... - Да?
- Ну? - Ты попросишь.
- В смысле? - Ты это сделаешь.
- Ты псих. - Ты же врач.
Я ветеринар, а не врач.
Неважно. Я не могу это сделать.
Ты окончательно спятил, Жан-Луи.
- Я не буду просить о таком. - Вы с ней всегда ладили.
- Мы не виделись с... - И что?
Сделай это для меня. Спаси меня, пожалуйста.
Ты понимаешь, о чём ты просишь? Так нельзя.
Кто тебе помог после развода?
Кто дал тебе денег на лошадь? Кто носился с тобой годами?
- Ты. - И чем ты мне отплатил?
- Я твой друг. - Какой ты мне друг после этого?
- Ну? - Он отказался.
А ну, иди сюда.
Твой лучший друг умирает. Ты ему не поможешь?
Это просто нелепо.
- Какая-то гадалка... - Она никакая не гадалка.
Я убью тебя, если ты его не спасешь.
- Я убью тебя. - Что?
Ты истечешь кровью.
Я отрежу твой член и запихну его тебе в глотку.
- Она шутит? - Нет.
Так что мне сделать?
Заявиться с мармеладом и попросить ее раздеться?
Давай без пошлостей. Мы сегодня встречаемся.
- Где? - У нее дома. Через два часа.
Смотри. Всё просто.
Это как дважды два.
Просто нажми на кнопку.
Смотри сюда! Вот. Так включается вспышка.
- Она тебе понадобится. - Вы рехнулись.
Не нужен мне Полароид.
- Ей надо фото на бумаге. - Я не о том.
- Соглашайся. - Вы чокнутые.
- Да? - Мама, это мы.
Так ты не один.
Нет, я с Валери.
- Ясно. - Как мило.
- Открываю. - Мы поднимаемся.
Привет, мамочка.
- Привет. - Как ты?
Что ж, входи.
Здравствуйте, Бриджит.
Здравствуй, Валери.
- Цветы мне? - Да, они от Жана-Луи.
- Не стоило. - Ну что вы.
- Пахнет супом. Мерзкий запах. - Тише.
Садитесь.
Это было так внезапно. Я ничего не приготовила.
Ну?
Чему обязана?
Ты не звонил уже четыре года.
Брось, мама. Я тебе звонил.
- Когда? - Много раз.
Тебя никогда нет.
Ты мог оставить сообщение.
Или у тебя занято.
- Неужели? - Да. Постоянно.
Как тебе подруги дозваниваются?
И всё же, мы не общались четыре года.
Мы не виделись с...
Я не помню.
Я понимаю, что Валери старше тебя, но мама у тебя всего одна.
Важно то, что мы наконец встретились.
- Да. - Мы встретились.
- Да. - Ну вот.
Ну? Что я могу сделать для тебя, милый?
- Я никого не жду. - Это сюрприз. Я открою.
Да? Хорошо. Открываю. Третий этаж.
Всего на пять лет.
- Прости? - Я старше всего на пять лет.
Я знаю. Зачем ты это сказала?
Из-за ваших слов.
Я не понимаю.
Неважно.
- Ты о чём? - Это неважно.
Ты будешь рада, мама.
- Правда? - Да.
Входи.
Ну надо же!
Здравствуйте.
Ты помнишь Мишеля?
- Нет. - Это Мишель Верду.
Мы вместе учились в школе. Он стал ветеринаром.
Мишель Верду.
Да, я вспомнила.
Мишель хотел повидаться.
Верно.
Так и есть.
Это так трогательно.
- Верно, Бриджит? - Да.
Да.
Почему вы хотели меня видеть?
Потому что у Мишеля день рождения.
- Правда? - Да, ему исполнилось 42.
Ну, с днем рождения.
Спасибо.
Когда я спросил, чего бы он хотел, знаешь, что он сказал?
- Понятия не имею. - Он сказал: «Увидеть твою маму».
- Вот как? - Да, это так.
- Всё верно. - Да.
Почему вы хотели меня видеть?
- Потому что вы мне симпатичны. - Благодарю.
- Я всегда вспоминаю о вас с теплотой. - Это хорошо.
Мне нужно в туалет.
- Жан-Луи, я... - Я тебя провожу.
Не стойте же столбом.
Благодарю.
Как ваше...
...самочувствие?
Хорошо, спасибо.
Вы сделали закуски.
Не сказала бы.
Это просто тарама.
Тарамасалата.
Нет, в Греции говорят «тарама».
Я так не думаю.
Поверьте.
Ладно.
У вас что-то болит?
Нет.
По утрам немного болит спина.
Ясно.
У вас болит спина.
- Немного. - Не относитесь к этому легкомысленно.
Это ерунда. Я встаю — и всё проходит.
Вы знали, что боль в спине провоцируют гинекологические болезни?
Неужели?
- Да. - Но вы...
- Вы врач? - Гинеколог.
Жан-Луи сказал, ветеринар.
Я ветеринар и гинеколог.
То есть вы гинеколог для животных?
Верно.
- Такое бывает? - Конечно.
- Я вас осмотрю. - Простите?
- Я вас осмотрю. - Нет, спасибо.
- Не отказывайтесь. - Мне не хочется.
Мне тоже. Но это для вашей спины.
- Показывайте, что там у вас. - Вы о чём?
Я всё проверю. Раздевайтесь.
- Здесь, перед вами? - Это моя работа.
Но мне стыдно.
Нечего тут стыдиться. Я же ветеринар.
Вы очень добры, но я не хочу, чтоб вы меня трогали.
Я просто возьму мазок.
Обычный мазок. Управимся за две минуты.
Прошу, не настаивайте.
Раздевайтесь.
- Хватит. Я не хочу. - Раздевайтесь.
Нет, я... Жан-Луи!
Жан-Луи!
Ты совсем рехнулся? Не прикасайся ко мне, маньяк!
Помогите!
Ты в порядке?
Этот человек сумасшедший.
Он сумасшедший.
- Что случилось? - Твой друг напал на меня.
Правда? Мне так жаль.
Он ветеринар, но хотел взять у меня мазок.
Вы давно проверялись?
- Не в этом дело. - Спина не болит?
Прекрати немедленно! Ты с ума сошла?
Он просто хотел вам помочь.
Он напал на меня!
Зачем ты его привел?
Мне надо успокоиться. Потом мы пообедаем.
- Ничего не выйдет. - Ты права.
Всё в порядке, мама.
Ничего, отдыхай.
Я была так рада тебя видеть.
- Прости, Жан-Луи. - Это ты нас прости.
- Ничего, мы найдем другой способ. - Что?
Не волнуйся, мама. Отдыхай. Береги себя.
Пойду вздремну. Я очень расстроена.
- Еще бы. - Конечно.
- Ладно. Отдыхай. Мне жаль. - Пока.
- До свидания, Бриджит. - До свидания.
Пока. Целую.
- Я чувствую себя виноватым. - Почему?
Не знаю.
Какой же ты идиот.
- Ну что? - Она в шоке.
- Правда? - Разумеется.
- Она не в себе. - Мне жаль.
- Ничего страшного. - Нет, это важно.
- Я же сказал, ерунда. - Нет. От этого зависит твоя жизнь.
- Что будешь делать? - Пойду домой. Я сделал что мог.
Без проблем. Мы найдем способ.
- Может, всё же в больницу? - Об этом забудь.
- Я вызову такси. - Встреча не задалась.
Далась мне эта тарама. Я ее разочаровал.
- Думаешь? - Она как-то сразу сникла.
- Карин, черный «Лексус», DT930 - DY. Будет через 27 минут.
- Через 27 минут? - Машина гибридная. Это редкость.
- Ничего. Я подожду. Спасибо. - Ладно. Пока.
- Давай. - Да.
До связи. Пока.
- Ну пока. - Пока.
Очередной кошмар?
Мама.
ДЕНЬ ВТОРОЙ
Ты чего?
По-твоему, Марго — идиотка?
- Она всё видит. - Смотри.
Эта или эта?
Даже не знаю. Обе годятся.
Может, эта. Увеличь.
- Мне кажется, вот. - Нет.
Эта.
Эта выглядит старше.
Но вот эта больше похожа на твою мать. Правда?
- Да, наверное. - Говорю тебе.
- Правда? - Ей эти цвета идут больше.
- Ты права. - Согласен? Оттенок подходит идеально.
- Говорю тебе. - Ладно, годится.
Фото должно быть на бумаге.
- Может, снимем твою Полароидом? - Она заметит разницу.
- Думаешь? - Ты серьезно? Ну спасибо.
Возьмем эту. Всё получится.
- С Марго лучше не жульничать. - А как мне быть с этим дурацким фото?
Ты мне поможешь?
- Здравствуйте. - Добрый день.
Скажите, принтер не печатает на фотобумаге?
Нет, я помогу вам.
- Вот флешка. - Сколько копий?
Одной достаточно.
- Добрый день. - Добрый.
Здесь несколько папок. Какая из них?
«Офис Бордье», «Счета 2018» или «Киска»?
«Киска».
- Простите? - «Киска».
Потерялась? Это для объявления?
- Да, именно так. - Бедняжка.
- Точно всего один экземпляр? - Да.
Денег не нужно.
Спасибо, это мило. Благодарю.
Не за что.
С вас 28 евро.
Да, конечно.
- У меня нет сдачи с 50. - Сдачи не нужно.
- Спасибо. До свидания. Мадам. - Всего доброго.
Ваша мать — немка?
Простите?
Ваша мать — немка?
- По характеру? - Нет.
По национальности.
Да, она родилась в Дюссельдорфе.
Нет, она родилась...
...в Фессенхайме.
Да. Это недалеко от Дюссельдорфа.
Нет. В двухстах километрах.
Я и говорю, недалеко. По шоссе. В Германии ездят быстро.
Вы поздний ребенок.
Да.
Сколько вам лет?
- Что? - Сколько вам лет?
- Понятно. - Так сколько?
Почему вы спрашиваете?
- Вы не знаете свой возраст? - Почему? Знаю.
Мне 42 года.
Значит, ваша мать родила вас в 61 год.
Ну да. А что?
Это вагина 103-летней женщины.
- Она немка. - Хватит, Жан-Луи.
- Спасибо, Валери. - Не за что.
Ваша жизнь — во чреве питона.
Хотите, чтобы он отрыгнул вас?
Я прошу вас открыться истине, а вместо этого вы...
Вы лжете.
Раз уж вы всё знаете, скажите, в чём истина.
Истину ищут, а не выпрашивают.
- Верно. - При чём здесь моя мать?
Вы хотите невозможного. Я не могу заставить ее снять трусы!
Кто хочет, тот ищет возможности.
Кто не хочет — ищет причины.
Справедливо.
- Соврать — проще простого. - Согласна.
- Проще простого? - Да.
Думаете, это было просто?
Вы когда-нибудь гуглили «старые киски»? Меня чуть не стошнило.
Чуть не стошнило? Вам противен вид женских гениталий?
- Почему? - Хватит уже додумывать.
Я и «старому члену» был бы не рад.
Месье Бордье, вы считаете Карунгу выдумкой.
Плевать я хотел на Карунгу. Это чушь собачья!
Какого чёрта я тут забыл?
Жан-Луи.
Чем я всё это заслужил? Чёрт!
Я не знаю, жив я или мертв!
- Тише, Жан-Луи. - Это ад? Я в аду?
Успокойся, милый.
Угомонись.
Коснитесь груди.
Сердце бьется.
- Оно бьется. - Марго, спасибо!
Спасибо!
- Марго, спасибо! - Это лишь передышка.
Я больше ничего не могу сделать.
- О нет. - Нет. Пожалуйста, не бросайте меня.
Вы не стали просить маму о том, что нужно Карунге.
Тут я бессильна.
Мы это сделаем. Я попрошу ее.
Хорошо. Очень хорошо.
Всего доброго, Жан-Луи. Не держите меня за идиотку.
Она великолепна.
Ей нет равных.
- Сформулируйте запрос. - Я хочу позвонить.
- Список контактов или набор? - Список контактов.
- Назовите абонента. - Мама.
Такого абонента нет в списке контактов.
- Назовите абонента. - Мама.
- Такого абонента нет... - Говори четче.
- Я так и говорю. - Назовите абонента.
Мама.
- Такого абонента нет... - Мама.
Звоню Мама.
Здравствуйте. Вы позвонили Бриджит Бордье.
Я не могу ответить.
Пожалуйста, оставьте ваше сообщение, имя и номер телефона,
а также назовите причину вашего звонка.
Я перезвоню вам, как только вернусь.
Оставьте сообщение после звукового сигнала.
Будьте добры назвать номер телефона
и причину вашего звонка.
Благодарю. Всего наилучшего.
До свидания.
Мама, это я, Жан-Луи.
- Алло? Кто это? - Это Жан-Луи.
- Простите, кто? - Жан-Луи, твой сын.
Да, я поняла.
- Я собирался оставить сообщение. - Я не слушала.
Ничего.
Прости за вчерашнее. За то, что случилось с Мишелем.
Я никак не ожидала, что всё так обернется.
Да, верно. Мы так редко видимся. Я хочу загладить свою вину.
Приходи завтра к нам на обед.
Завтра не могу. Иду к дантисту, чтобы заменить мост.
Ничего. Запишись на другой день.
Нет, это невозможно.
Завтра прийти не могу, но в воскресенье я свободна.
Нет. В воскресенье будет поздно. Мне надо обсудить что-то важное.
- Что-то важное? - Да.
- Ты меня пугаешь. - Да нет.
Я бы не хотел говорить об этом по телефону.
Приходи завтра на обед к часу дня.
Хорошо, приду. Но в 13:00 поздновато для обеда.
Тогда к полудню.
К 12:30.
- Хорошо, будь по-твоему. - Договорились.
Увидимся завтра, мама.
- До завтра. - Береги себя!
- До встречи. - Пока.
ДЕНЬ ТРЕТИЙ
Алло? Да, мама.
Открываю.
- Хорошо, что она пришла. - Да.
Это уже что-то.
Да?
Да, я открыл.
Нет, дверь открывается без сигнала. Я нажму еще раз.
- Всё будет хорошо. - Да, конечно.
- Что опять? - Да?
Второй этаж.
Немыслимо!
Да, мама?
Прости. Да, я не нажал.
- Она невыносима. - Ей 82 года.
Именно, в этом всё дело.
- Здравствуйте. - Привет.
- Рад тебя видеть. - Что?
Я сказал: «Рад тебя видеть».
Да, я тоже.
- Входите. - Держи.
Это мне?
Это так мило. Спасибо, Бриджит. Букет — просто прелесть.
- Он чуть скромнее вашего. - Это же не соревнование.
- Я возьму ваши вещи. - Конечно, будь добра.
- Как ты добралась, мама? - Автобус подъезжает прямо к дому.
Это хорошо.
- Идет дождь? - Нет. Это чтоб уберечь прическу.
- Я была в парикмахерской. - Жаль, что дождь так и не пошел.
Так в индийских ресторанах накрывают стулья клеенкой.
- Перейдем в гостиную? - Да.
Только не он.
Простите меня, мадам Бордье.
Я не хотел вас напугать.
Мне жаль, что так вышло.
- Послушайте... - Ладно, хватит.
Это в прошлом. Давайте присядем.
Я горю на работе.
Можно сказать, живу работой. Не могу переключиться.
Прошу, не надо.
Мама, садись.
Мы все много работаем.
Выпьете что-нибудь?
- Да, спасибо. - Сангрию?
- Да. - Хорошо.
- Я сяду рядом с тобой, мама. - Хорошо.
Иди сюда, милый.
Какие у тебя планы на День взятия Бастилии?
Никаких.
- Правда? - Да.
Будешь смотреть парад?
Да, наверное.
Заморские территории в этом году тоже участвуют.
Да, это правда.
Хорошо, что они примут участие в параде.
Ну да.
Впервые гвианские военные пройдут по Елисейским Полям.
Да, наверное.
Французская Гвиана прекрасна.
- Верно, Мишель? - Да, конечно
Много лесов, много...
- Интересно, есть ли там танки. - Что?
Есть ли у них танки со всеми этими лесами?
Я не знаю.
Ну, раз есть армия, то и танки есть.
Да, наверное.
- Скорее всего. - Да.
Армия без танков — как армия без пулеметов.
- Но... - Да, ты прав. Это логично.
Он прав. Сдерживающий фактор — не армия, а оружие.
Я хочу сказать,
что прогуливающиеся гвианцы вряд ли кого-то напугают.
Но совсем другое дело — гвианцы на танке.
- Верно. - Прости, но...
- Конечно. - Это другое дело.
- Это и правда сдерживающий фактор. - Да.
Ты помнишь Тяньаньмэнь?
То фото человека перед танком. Что с ним случилось?
Его схватили спецслужбы. Верно?
- Что, правда? - Вуаля!
Что...
Это сангрия. Ее придумали испанцы.
- Да, но почему вы... - Вы о чём?
Почему вы все голые?
Сегодня День соседей.
Соседей? У ваших соседей вечеринка?
Нет, в самом широком смысле.
- Это ежегодный праздник. - Его отмечают повсеместно.
- Но никто же не раздевается. - Как раз наоборот.
- В моём доме — нет. - Конечно, ты же живешь в 15-м.
У нас отличный район.
Мы сортируем мусор, правильно питаемся, раздеваемся по особым случаям.
Скоро придут соседи. Вы тоже должны раздеться.
- Соседи? - Конечно.
- Догола? - Конечно. Это ведь День соседей.
- Держите, Бриджит. - Спасибо.
- Милый. - Спасибо, дорогая.
Что ж, за соседей!
За соседей!
За соседей.
- Я ухожу. - Почему?
Я не собираюсь раздеваться.
- Бриджит, вам будет не так жарко. - Мне не жарко.
С меня довольно.
- Где мое пальто? - Ну перестань, мама.
Постойте, Бриджит.
Я не могу вас так отпустить.
Выпейте еще сангрии.
Я ухожу немедленно.
- Ой, я такая неуклюжая. - Но...
- Снимите платье. Я его замочу. - Лучше дай мне губку и воду.
Пятно нужно удалить, пока оно не въелось.
Я сама. Губку и воду, пожалуйста.
Лучше всё же замочить.
- Говорю же, я сама. - Послушайте.
Я не нарочно. Позвольте мне загладить свою вину.
Дайте мне ваше платье. Я его замочу.
Но... Пусти меня!
Я пригласила вас в свой дом.
Я изо всех сил пытаюсь сделать так, чтобы вам у нас понравилось.
Постарайтесь и вы.
Отстань от меня!
Я сказала, пусти меня!
Чтоб тебя!
Это еще что? Что вы себе позволяете?
Что с ней такое?
Ничего. Она хочет помочь. Доверься ей. Сними платье.
Хватит уже этого балагана.
- Снимай. Она его замочит. - Всё будет хорошо.
Что ты делаешь, мама?
Я застираю платье.
- А потом сразу же уйду. - Просто не верится!
- Ты что делаешь? - Я пас.
Нет. Я же умру.
- Но я-то жив. - Мы не можем его бросить.
Ничего не выйдет.
- Еще как выйдет. - Да.
Я не могу сделать фото. Мне потом с этим жить?
- А Валери? - Что Валери?
Сними ты. Ты же женщина.
Она не позволит. Она даже на нашу свадьбу не пришла.
Не оставляй меня питону.
- Кому? - Ты не знаешь, кто такой питон?
Как же ты меня бесишь.
- Это не моя проблема. - А чья же еще?
Сделай это ради себя. Хватит быть неудачником.
Я неудачник?
- Конечно. - Неудачник по жизни.
- Вспомни экзамен по вождению, медвуз. - Брак.
Ситуацию с моей мамой.
- Ты лузер. - Не будь таким.
Хоть что-нибудь доведи до конца.
Она чокнутая.
Совсем чокнулась.
Семья — это сложно.
- Что? - Я говорю: «Семья — это сложно».
Она сумасшедшая.
Где они?
Пошли сказать соседям, что вы против и праздничный обед отменяется.
Я не против праздника, просто не хочу раздеваться перед всеми.
Ничего страшного. Мы вполне можем пообедать вчетвером.
Ни за что. Я ухожу немедленно.
Заперто?
- Почему нас заперли? - Не знаю.
Это уму непостижимо.
Может, они закрыли дверь по привычке.
Я как-то запер свою горничную.
- Это безумие. - Они вот-вот вернутся.
Итак...
Давайте присядем.
Идемте.
Хотите табюле?
«Табуле».
«Табюле».
Правильно говорить «табуле».
Верно.
Вы правы.
Я не голодна.
- Увлекаетесь фотографией? - Да, ну...
- В каком жанре? - Простите?
Что снимаете?
Эротику.
Обнаженку?
- Да. - Голых женщин.
- В основном. - Ну надо же.
Это произведения искусства.
Полароидные снимки.
Да. В единственном экземпляре.
Коллекционеры в восторге.
Эти снимки напоминают семейные портреты.
Обнаженка? Семейные портреты?
Всё верно.
Вы где-то выставляетесь?
- Конечно. - Где?
- Простите? - Где именно?
В Алжире.
- Правда? Но... - Да.
Местных это не шокирует?
- Вовсе нет. - Но ведь...
Алжирцы очень религиозны, исповедуют ислам.
Да, но, вообще-то, нет. Видите ли, есть два Алжира.
Суровый Алжир. Традиционный Алжир, южный, мусульманский Алжир.
А есть Алжир свободный.
Алжир...
...с кабриолетами, с вечеринками, легкими наркотиками.
- Что? - С ночными клубами. Алжир...
- С пляжами. - Именно. Алжир с пляжами.
Дерзкий Алжир.
И всё же это эротика.
Красота не знает границ.
Особенно женская.
Например, ваша.
Что?
Вы очень красивы.
Правда?
Вы прекрасны.
Простите?
Я хотел бы поснимать вас. Без одежды.
Давайте попробуем. Снимите платье.
- Ради искусства. - Нет, хватит уже.
Я не снимаю женщин против их воли.
Я врач, а не папарацци.
Оставьте меня в покое!
- Можно мне признаться? - Нет.
Я прошу вас оставить меня одну.
Пожалуйста, уйдите.
Я хочу рассказать кое-что личное.
Это началось, когда я был ребенком.
Мне было десять.
Вы были непохожи на других мам.
Вы пленили меня.
Я фантазировал о вас, ровесницы меня не привлекали.
Я всегда любил вас, Бриджит.
И до сих пор люблю.
Простите.
Вы простите меня?
Конечно.
Я люблю вас, Бриджит. Я так хочу вас поцеловать.
Вы в сыновья мне годитесь.
- Я вас хочу. - Замолчите.
И не подумаю.
Я 30 лет молчал. У вас кто-то есть?
Дело не в этом.
Никого?
- Нет, но... - Поцелуйте меня.
Не делайте этого.
Он ее трахнет?
Только не на моём ковре.
Это безумие. Для меня это всё давно в прошлом.
- Я хочу тебя. - Хватит, Мишель.
Хватит.
Ты меня заводишь.
Убери руки.
- Сними это. - Прошу тебя.
Пожалуйста.
- Снимай платье. - Нет, не сейчас.
Сколько той жизни? Особенно твоей.
Пожалуйста. Мишель, нет.
- Перестань. Не здесь. - Какая разница где?
Всё хорошо?
Чёрт, я тут занят! У меня почти получилось!
- Прости. - Никаких «прости».
Это был гениальный ход!
- Успокойся, Мишель. - Да пошел ты.
- Я никакой не неудачник. - Конечно, нет.
Люди вечно лезут куда не надо!
Я не неудачник!
Вот так!
Кто назвал тебя неудачником?
- Ну... - В чём дело?
Что такое? Что ты делаешь?
Пытаюсь ее сфотографировать.
А ты не хочешь, мама?
- Я не буду сниматься голой. - Почему бы не сделать фото?
- Нет. - Нам на память о вас.
- Он пытался меня изнасиловать. - Но... Нет.
Это правда?
- Ты издеваешься? - Ты болен. Напасть на старушку...
Я снова тебя простил, а ты напал на мою мать?
- Ты психопат. - Да подожди ты.
- Ты спятил. - Ты что, шутишь?
Убирайся отсюда! Давай!
Не переживай. Ты не неудачник.
Не надо было тебя впутывать.
Пошел вон! И даже не думай вернуться!
Жди на кухне.
- Что? - Живее.
Ты совсем с головой не дружишь?
Вы его спровоцировали? Вы дразнили его?
- Вовсе нет. - Ну да.
- Мне так жаль. - Твой друг — псих.
Ему нужна помощь. Его нельзя подпускать к людям.
Я буду осторожен. Прости.
- До свидания. - А как же обед?
Я слишком устала.
Останься. Пожалуйста, мама.
Сейчас я хочу домой.
Я хочу кое о чём попросить.
Похоже это важно. Впервые за 15 лет ты пригласил меня на обед.
До того поводом была свадьба.
Что на этот раз?
Ну...
- Мне нужно... - Зачем ты его привел?
Ветеринара этого.
А, я поняла.
- Тебе сестра рассказала. - О чём?
- О Тити. - А что Тити? Я не понимаю.
Я не хотела причинить ему боль, но он не пел.
Я читала в журнале, что слепые кенары поют звонче.
Я взяла иглу и нагрела ее над газом.
Я не хотела занести инфекцию. Бедняжка. Я проколола ему глаза.
Раздался негромкий хлопок, как будто икринка лопнула.
Наверное, я перестаралась.
Он задрожал и умер у меня на руках.
Так он не улетел к своей семье канареек?
Нет.
Ты убила его. Ты убила Тити.
Не говори так.
Я 40 лет страдаю от чувства вины.
Прости меня.
Я в ужасе.
Как ты об этом узнал?
Я не знал.
- О чём ты хотел поговорить? - Ну...
О Валентине?
Ты о чём?
Я стыжусь своего поступка.
Какого именно?
Такое не прощают, но позволь объяснить.
Мне было не по себе в доме ее родителей.
Они пригласили нас с твоим отцом на обед.
Это был судилище.
Чтобы решить, насколько мы подходим.
Достаточно ли мы хороши.
Их дом, посуда, их манеры... Мы были обречены.
Что вы об этом думаете? Бриджит?
Простите?
Что вы думаете о пирамиде Лувра?
Ах, о пирамиде...
Простите, где уборная?
Слева от гостиной.
- Спасибо. - Не за что.
Только не это.
Не знаю, что на меня нашло. Я была не в себе.
Я сразу пожалела об этом, но было поздно.
- Какой позор. - Мне было стыдно.
Но что было делать?
- Я не могла им признаться. - Они догадались.
Она бросила меня на следующий день.
- Мне что, цветы надо было им послать? - Вообще-то, да.
Они мне нравились.
Открытые, не снобы, очень современные.
В замке-то современные?
Это идиотизм.
- Валери. - Помолчи. Тебе не понять.
Мы им не ровня. Дом такой роскошный.
И вы решили им подгадить.
- Валери. - Что?
Неужели всё вращается вокруг денег? Людей нельзя осуждать за богатство.
Я извинилась.
Ты от этого только выиграла. Он мог жениться на Валентине.
А вот я — вряд ли в плюсе.
С ума сойти.
- Ты злишься? - Твоя мать идиотка.
Это я должен злиться — у меня из-за этого вся жизнь кувырком.
Я тоже переживаю.
- Прости за сочувствие. - А какой от него толк?
Довольны? В кровать надули вы, а орет он на меня.
- Ну дела. - Ты о чём?
О том, что старушка — это что-то с чем-то.
Вы виделись?
С кем?
С Валентиной. Вы виделись?
Нет.
Но как ты узнал о том, что я сделала?
Я не знал.
Так что ты хотел сказать?
Мне что-то нехорошо. Я хочу пить.
Конечно, милый. Я совершенно разбита.
Как ты, любимый?
- Мне надо затянуться. - Может всё же не стоит?
Хватит всё решать за меня.
Прости, дорогая.
Что ж, кури. Кури, если тебе от этого легче.
Кто эта женщина?
Я ни видеть, ни слышать ее не хочу.
Ты должен туда вернуться. Подумай о фото, о Марго.
- Я не могу. - Можешь.
- Ты должен. - У меня идея.
Дай ей попить.
Добавь это.
Потом немного воды.
Это анестетик, может усыпить даже лошадь.
Вкус у него есть?
Понятия не имею.
Нет, он безвкусный. Чёрт! Какой же я тупица!
Твою мать!
Лекарства больше нет.
Чёрт. Как можно быть таким идиотом?
Больше нет.
Мне так стыдно.
Поговори со мной.
Хорошо.
Ты болен? Дело в этом?
Я бы не пережила это.
Нельзя говорить о таком матери.
Мама, замолчи.
Я хочу попросить тебя о том, о чём матерей не просят.
В общем...
Это насчет моего рождения.
Как бы это сказать?
Происхождения.
Боже мой.
Ты узнал о месье Жилле.
- Что? - Это не жизнь, а проклятие.
- Я проклята. - Что насчет месье Жилле?
- Я переспала с ним всего раз. - Постой.
Ты спала с месье Жилле?
Ну да. Ты от него.
Но я люблю тебя. И твой отец тоже.
Он любит тебя как родного.
Конечно, поначалу мы страдали.
Ты же был внебрачным ребенком.
Тяжело было видеть тебя каждый день.
И мы так любили твою сестру.
Смириться с этим было непросто.
Тебя в нашу семью никто не звал.
Нас можно понять.
Поэтому я не брала тебя на руки.
Никогда не целовала.
Мне был противен этот чертов Жилле — не ты.
Этот ублюдок, свинья поганая.
Прости, что я так о твоем отце.
Но он самая настоящая свинья.
Он трахнул меня раз — и смылся!
Представь себе мои чувства.
Представь, что я пережила из -за тебя.
Судить меня сейчас — легко, но, прошу, не осуждай меня.
Когда ты окончил школу... я тебе клянусь,
так и было... твой отец сказал...
То есть мой муж сказал:
«Парень вроде не промах».
Именно так он и сказал, клянусь.
И я тоже тебя люблю.
Я люблю тебя почти так же, как твою сестру.
Уверяю тебя, Жан-Луи.
Я тебя прощаю и люблю.
Месье Жилле?
Я так и знала.
Я знала, что однажды ты во всём обвинишь меня.
Но я заплатила сполна.
Поверь мне.
Мы можем начать сначала, правда же?
Мы построим доверительные отношения на прочном фундаменте.
Не двигайся, мама.
Почему?
Так надо, чтобы всё получилось.
Хорошо.
- Мишель. - Нет, я не хочу его видеть.
- Я должен сделать кое-что неприятное. - Что?
- Фото твоей вагины. - Прости?
- Фото твоей вагины. - Это для Алжира?
- Это для меня. Выбора нет. - Валери, что происходит?
Он просто хочет жить, Бриджит.
Вы совсем подурели? Вы на наркотиках?
- Заткнись, мама! - Нет!
Ты хочешь мне отомстить? Унизить меня?
Признайся, ты меня ненавидишь?
- Ее трусики. - Руки скользят.
- Колготки. - Колготок нет.
Поверх трусиков.
Я знаю порядок.
В чём дело?
Бриджит?
- Бриджит? - Мама?
- Мадам, вы как? - Бриджит, прекратите немедленно.
- Бриджит, так не пойдет. - Мадам?
Сердце не бьется. Кажется, она умерла.
- Ты в порядке? - Мне плохо.
- Что такое? - Голова кружится.
- Сердце сейчас выскочит. - Твое сердце?
Оно бьется.
- Твое сердце бьется! - Ура!
О, милый!
Твое сердце снова бьется!
Нам удалось ее реанимировать.
Мы едем в больницу. Вы можете поехать на машине.
Я навещу ее на днях.
Я до сих пор под впечатлением. Мне надо прийти в себя.
Ее трусики и колготки. Они лежали на полу.
Правда?
- С вашим другом всё хорошо? - Да, не волнуйтесь.
Он так переживал, что перебрал успокоительного.
- Они с моей свекровью очень близки. - Хорошо. Мы ее забираем.
Мы тоже начнем сначала?
Не знаю.
Ты хочешь?
Наверное.
Почему бы не завести ребенка? Этого нам и не хватало.
Прости, милая, тебе не кажется, что уже поздно?
Брось. Многие становятся отцами в твоем возрасте.
Я не против ребенка, но как быть с мамой?
Да, тут всё сложнее.
- Спасибо тебе за поддержку. - Я бы сделала это снова.
Жан-Луи!
Милый!
Перевод субтитров: Татьяна Скарженовская