"Находясь на вершине своего могущества, Римская Империя была огромным...
государством, растянувшимся от пустынь Африки до границ Северной Англии.
Более четверти всего населения земли жило и умирало...
под властью римских цезарей.
Зимой 1 80 года от Р.Хр. 1 2-летняя кампания императора Марка Аврелия...
против языческих германских племен подходила к концу.
Лишь один последний оплот стоял на пути к победе Рима...
и к осуществлению мечты о мире во всей империи."
Германия
- Да, господин. - Генерал.
Да, господин.
Тощие и голодные.
- Так ничего и нет? - Ни следа.
- Сколько его уже нет? - Почти два часа.
- Они осмелятся вступить в бой? - Очень скоро мы это узнаем.
Солдат, я приказал тебе выдвинуть вперед эти катапульты.
- Они стоят слишком далеко. - Нет, дистанция хорошая.
- Опасность коннице -- - Вполне приемлема. Согласен?
Они говорят, что нет.
Спокойно! Тихо!
Люди должны понимать, когда они побеждены.
А ты понял бы, Квинтус?
А я бы понял?
- Сила и честь. - Сила и честь.
По моему сигналу устройте им ад.
Зарядить катапульты.
Пехоте выдвинуться для атаки.
- Лучникам готовиться! - Лучники!
- Натянуть луки! - Натянуть луки!
Братья!
Максимус!
Через три недели я буду убирать урожай.
Вообрази, где ты будешь, и так оно и будет.
Держать строй! Держись возле меня!
Если окажетесь одни...
скачущими в зеленых полях, и солнце будет светить вам в лицо,
не волнуйтесь.
Это значит, что вы - в Элизиуме, то есть вы уже мертвы!
Братья...
Наши дела в этой жизни...
останутся в вечности.
Тяни!
Тяни! Тяни!
Катапульта готова!
Лучники, поджигай!
- Поджигай! - Поджигай!
Лучники, тяни!
Пускай!
Хорошо. Воины, готовьсь!
Держи строй!
Тяни! Пускай!
Пускай! Пускай!
Перезарядить!
Держи строй!
Тяни! Пускай!
Держись рядом со мной!
Рим победил!
Ты думаешь, он вправду умирает?
Он уже десять лет умирает.
Если бы он не умирал по-настоящему, то он не послал бы за нами.
Может быть, он просто соскучился.
А как же сенаторы? Он не вызвал бы их...
Успокойся, Коммодус.
Мы уже две недели в пути, и от твоих бесконечных интриг у меня болит голова.
Он принял решение.
Он его объявит.
Он сделает меня наследником.
Первое, что я сделаю...
когда...
я почту его память состязаниями, достойными Его Величества.
А пока, первое, что я сделаю, -- это приму горячую ванну.
Принц?
По-видимому, мы уже почти приехали.
- Принц. - Где император?
Он на передовой, принц. Их нет уже 19 дней.
А раненые все прибывают.
Коня.
Господин.
Поцелуй?
Ты снова доказал свою храбрость, Максимус.
Надеюсь, в последний раз.
Способных к бою больше не осталось, великий цезарь.
Способные к бою всегда найдутся.
Как мне наградить лучшего генерала Рима?
Отпусти меня домой.
А, да-да, домой.
Они чтят тебя, цезарь.
Это из-за тебя, Максимус. Они чтят тебя.
Что я пропустил? Я пропустил битву?
Ты пропустил всю войну.
Поздравляю, отец.
Я принесу в жертву сто быков в честь твоей победы.
Пожалей лучше быков.
Воздай почести Максимусу. Он выиграл битву.
- Генерал. - Принц.
Рим салютует тебе, а я обнимаю тебя, как брат.
Как давно мы не виделись, дружище.
- Принц. - Вот, отец.
Разреши мне поддержать тебя.
Похоже, мне пора уходить.
Вот и вся римская слава.
Великолепная битва.
- Генерал. - Ты все еще жив?
- Да, я все еще жив. - Похоже, у богов есть чувство юмора.
- Должно быть, боги тебя любят. - Валериус.
Снова в казармы, генерал? Или в Рим?
Домой. Жена, сын, урожай.
Максимус -- земледелец. Все еще не могу себе этого представить.
Знаешь, Квинтус, грязь отмывается гораздо легче, чем кровь.
- Вот и он. - Принц.
Сенатор Гайус, сенатор Фалько.
Берегись Гайуса. Он тебе будет нашептывать на ухо медовые речи...
а потом ты однажды проснешься, да только и станешь призывать к республике.
А почему бы и нет? Рим был основан республикой.
Да-да, а при республике вся власть -- у сената.
Но ведь сенатор Гайус, конечно же, вовсе не туда клонит, конечно.
А ты на кого ставишь, генерал? Император или сенат?
У воина есть преимущество, которое...
заключается в том, сенатор, что он стоит лицом к лицу с врагом.
Но при поддержке войск ты мог бы деятельно участвовать в политике.
Я тебя предупреждал. Теперь я тебя спасу. Сенаторы, оставьте нас.
Максимус.
Мне потребуются хорошие люди вроде тебя.
Чем могу служить, принц?
Ты знаешь, как отдавать приказы.
Ты отдаешь приказы. Им подчиняются, и так ты побеждаешь в битвах.
А эти сенаторы интригуют и спорят, и льстят, и лгут.
Максимус, мы должны спасти Рим от политиков, мой друг.
Могу ли я рассчитывать на тебя, когда наступит время?
Принц, когда твой отец меня отпустит, я намереваюсь отправиться домой.
Домой? Ну что ж, никто не заслужил этого больше,чем ты.
Смотри не засни, я, может быть, тебя скоро вызову.
Люцилла здесь. Ты это знал?
Она тебя не забыла.
А ты теперь герой.
О если бы ты родилась мужчиной!
Каким цезарем ты могла бы стать!
Отец.
Ты была бы сильной.
Не знаю, была бы ты справедливой?
Я была бы всем, чему ты меня научил.
Как ты доехала?
Путь был долгим и неудобным. Зачем я приехала?
Мне нужна твоя помощь. Речь идет о твоем брате.
Конечно.
Он тебя любит. Он всегда тебя любил.
И...
теперь ты ему нужна так, как никогда прежде.
Довольно политики.
Давай притворимся, что ты -- любящая дочь, а я...
а я - хороший отец.
Приятная выдумка, правда?
Доброе утро.
Мне нужно еще три коня.
Два! Три!
Четыре!
Один! Два!
Цезарь, ты посылал за мной?
- Цезарь? - Напомни-ка мне, Максимус.
Почему мы здесь?
Мы здесь ради славы империи, повелитель.
А, да-да.
Да-да, я помню.
Видишь эту карту, Максимус?
Это мир, который я создал.
25 лет...
я завоевывал, проливал кровь, расширял пределы империи.
С тех пор, как я стал цезарем, я провел без войны всего четыре года.
Четыре мирных года из двадцати.
А ради чего?
Я принес только меч. Ничего более.
Цезарь, твоя жизнь...
Пожалуйста, не называй меня так.
Иди сюда. Пожалуйста.
Сядь.
Давай поговорим с тобой...
просто как мужчины.
Говори, Максимус.
Пять тысяч моих людей сидят там, в холодной грязи.
Три тысячи из них покрыты кровью и ранами.
А две тысячи останутся здесь навсегда.
Я не верю, что они сражались и умерли ни за что.
А чему бы ты поверил?
Тому, что они бились за тебя и за Рим.
А что такое Рим?
Я видел немалую часть остального света.
Мир груб, жесток и мрачен. Рим -- это свет мира.
И однако ты там никогда не был.
Ты не видел, во что он превратился.
Я умираю, Максимус.
Когда человек близок к кончине...
он хочет верить, что в его жизни был какой-то смысл.
Как будет звучать мое имя в будущем мире?
Будут ли меня вспоминать как философа?
Как воителя?
Как тирана?
Или я стану тем императором, который вернет Риму его подлинную сущность?
Некогда была мечта, и эта мечта была Римом.
Ее можно было только прошептать.
Произнеси ее чуть громче, и она исчезнет...
Она была такой хрупкой.
Боюсь, она не переживет зимы.
Максимус...
давай пошепчем...
вместе, ты и я.
У тебя есть сын.
Расскажи мне о своей родине.
Мой дом стоит в горах близ Трухильо. Он очень скромный.
Из розового камня, что нагревается от солнца.
Огород, который пахнет травами днем...
и жасмином по вечерам.
За воротами стоит огромный тополь.
Растут фиги, яблоки, груши.
А земля, Маркус, земля -- черная, как волосы моей жены.
На южных склонах -- виноградник, На северных -- оливковая роща.
Дикие пони играют у дома. Дразнят моего сына. Он хочет быть, как они.
- Помнишь, сколько ты там уже не был? - Два года, 264 дня и это утро.
Я тебе завидую, Максимус.
Хороший дом. За него стоит сражаться.
Есть еще одно поручение...
которое я дам тебе, прежде чем ты уедешь домой.
Что я должен буду сделать, цезарь?
Когда я умру, я хочу чтобы ты стал защитником Рима.
Я дам тебе власть ради одной только цели --
вернуть эту власть народу Рима...
и победить продажность, которая овладела им.
Ты примешь на себя эту великую честь, что я предлагаю тебе?
Нет, ни за что.
Максимус...
вот почему это должен быть ты.
Но ведь префект или сенатор...
тот, кто знает этот город и сведущ в его политике...
Но тебя не развратила эта политика.
- А Коммодус? - Коммодус безнравственен.
Ты знаешь это с детства.
Коммодус не умеет править.
Ему нельзя доверить престол.
Ты должен был родиться моим сыном.
Коммодус подчинится моему решению.
Он знает, что от тебя зависит верность войск.
Мне нужно подумать, мой повелитель.
Да.
К вечеру, я думаю, ты согласишься.
Теперь обними меня, как сын.
И принеси мне старику еще одно одеяло.
- Теперь отец благоволит к тебе. - Госпожа.
- Так было не всегда. - Многое изменилось.
Многое. Но не все.
Максимус, постой.
Дай-ка я на тебя посмотрю.
- Ты, кажется, расстроен. - Я потерял много людей.
Что хотел от тебя мой отец?
Пожелать мне счастливого пути, прежде чем я уеду домой.
Ты лжешь.
Я всегда знаю, когда ты лжешь, потому что лгать ты не умеешь.
- Да, до твоего уменья мне далеко. - Верно.
Но ведь тебе никогда и не приходилось.
Жизнь солдата проще.
Или ты думаешь, что у меня нет сердца?
Я думаю, что у тебя есть талант выживания.
Максимус, постой.
Неужели тебе так противно меня видеть?
Нет. Я утомлен боем.
Тебе больно видеть, что мой отец совсем одряхлел.
Коммодус полагает, что отец объявит наследника уже на днях.
Будешь ли ты служить моему брату, как ты служил его отцу?
Я буду всегда служить Риму.
Знаешь...
Я до сих пор поминаю тебя в молитвах.
Да. Я молюсь.
Прискорбно было узнать весть о смерти твоего мужа. Я скорбел о нем.
- Благодарю тебя. - Я слышал, что у тебя есть сын.
Да. Люциус.
Ему скоро будет восемь лет.
Моему сыну тоже почти восемь.
Благодарю за твои молитвы.
Пращуры, молю о вашем покровительстве.
Благословенная Мать, открой мне мою судьбу, предначертанную богами.
Благословенный Отец, храни мою жену и сына своим мечом.
Передай им, что я живу лишь затем, чтобы снова обнять их.
Пращуры, я чту вас...
и буду стремиться жить с достоинством, которому вы меня научили.
Цицеро.
Мой господин.
Ты не считаешь трудным нести свой долг?
Иногда я поступаю, как мне угодно.
Все остальное время я исполняю долг.
Быть может, нам не суждено отправиться домой.
Готов ли ты исполнить свой долг перед Римом?
Да, отец.
Ты не станешь императором.
Кто из старших, более мудрых мужей займет мое место?
Мой престол перейдет к Максимусу...
он станет блюсти его...
пока Сенат снова не примет правление на себя.
Рим снова станет республикой.
- Максимус. - Да.
Тебя разочаровало мое решение?
Однажды ты написал мне...
о четырех главных добродетелях.
О мудрости, справедливости...
силе духа...
и умеренности.
Прочтя список добродетелей, я понял, что у меня нет ни одной из них.
Но у меня есть другие, отец.
Честолюбие.
Оно может быть добродетелью, если заставляет нас совершенствоваться.
Находчивость. Мужество.
Быть может, не на поле битвы, но...
Есть много разных видов мужества.
Верность семье...
и тебе.
Но ни одной из моих добродетелей не было в твоем перечне.
Уже тогда мне казалось, будто ты не рад тому, что я -- твой сын.
Ты преувеличиваешь.
Я всматривался в лица богов...
ища, чем ублажить тебя, как заставить тебя гордиться мной.
Одно доброе слово...
одно искреннее обьятье...
когда бы ты крепко прижал меня к груди,
светило бы в моем сердце, как солнце, тысячу лет.
За что, за что ты так меня ненавидишь?
Все, о чем я мечтаю...
это быть достойным тебя, цезарь.
- Отец. - Коммодус.
Твоя сыновняя вина...
лишь следствие моей неудачи как отца.
Подойди ко мне.
Отец.
Я бы залил кровью весь мир...
если б ты только меня любил!
Максимус, император зовет тебя. Это срочно.
Скорби со мною, брат. Наш великий отец скончался.
Как он умер?
Врачи сказали, что боли не было.
Он испустил дух во сне.
Отец.
Твой император просит тебя о верности, Максимус.
Прими мою руку.
Я предлагаю ее лишь однажды.
Квинтус.
Здравствуй, цезарь.
Мне нужно поговорить с сенаторами. Мне нужен их совет.
Разбуди Гайуса и Фалько.
- Меч. - Меч.
Максимус, будь осторожен. Это было неосмотрительно.
При чем здесь осмотрительность? Император убит.
Император умер своей смертью.
- Почему ты вооружен, Квинтус? - Стража!
Пожалуйста, не противься, Максимус.
Прости. Приказ цезаря.
Скачите до рассвета...
а потом казните его.
Квинтус, посмотри на меня. Посмотри на меня!
Обещай, что ты присмотришь За моей семьей.
Твоя семья с тобой встретится в загробной жизни.
На колени.
Благословенный Отец, призри на моих жену и сына.
Шепни им, что я живу только ради того, чтобы снова их обнять.
Дай мне хотя бы умереть чистой смертью.
Смертью воина.
Иней, иногда от него застревает клинок.
Преторианец!
- Помнишь, сколько ты их уже не видел? - Два года, 264 дня и это утро.
Благословенный Отец, храни своим мечом моих жену и сына.
Скажи им.: я живу лишь для того, чтобы снова обнять их, ибо все прочее -- прах.
Шепни им, что я живу только ради того, чтобы снова их обнять,
ибо все прочее - прах и тлен.
Папа! Папа!
Не умирай.
Ты увидишь их снова.
Но еще не теперь.
Нет. Они его очистят. Подожди.
Не умирай.
Они скормят тебя львам.
Они стоят дороже, чем мы.
Теперь лучше?
Чисто. Видишь?
"Зукаббар -- провинция Рима"
Проксимо!
Дружище.
Каждый день -- в радость, когда ты рядом,
но сегодня -- день твоей самой большой удачи.
Те жирафы, что ты мне продал,
приплода-то у них так и нет.
Они только жрут много,
а размножаться не хотят.
Ты мне всучил...
неправильных жирафов.
- Гони назад мои деньги. - И не подумаю.
Отдам по сходной цене.
На что?
Видел мой новый товар? Пойди и посмотри на них.
А они умеют сражаться? Скоро состязания.
Кое-кто хорош для боя, а кто-то для скорой смерти.
Мне кажется, тебе нужны и те, и другие.
Вставай.
Какое твое занятие?
Я был охотником.
Я купил его в соляных копях Карфагена.
Сядь.
Знак легиона.
- Дезертир. - Может быть. А мне какое дело?
- Он испанец. - Я возьму шестерых.
- За тысячу. - За тысячу?!
Один нумидиец стоит две тысячи.
Товар-то с гнильцой.
Тем пикантнее вкус.
Стой, стой. Погоди!
Можно договориться.
Я дам тебе две тысячи...
и четыре за зверей.
Целых пять тысяч для старого друга.
Шевелись! Сколько времени нужно, чтобы попасть в свой собственный дом?
Меня зовут Проксимо.
В течение нескольких дней, которые
станут последними днями вашей убогой жизни,
я буду вам ближе, чем та несчастная мать, которая вас родила на свет.
Я заплатил за вас хорошие деньги не для того, чтобы наслаждаться вашим обществом.
Я заплатил их, чтобы извлечь выгоду из вашей смерти.
И как ваша мать была с вами в начале вашей жизни,
так и я буду с вами в конце.
А когда вы умрете, а уж это будет наверняка,
то ваш переход в иной мир будет сопровождаться звуками...
Гладиаторы...
Я приветствую вас.
- Красный. - Красный.
Желтый.
Хорошо.
- Красный. - Красный.
Испанец.
Пока достаточно!
Настанет и его пора.
Следующий.
Испанец.
Отчего ты не дерешься?
Нам всем придется сражаться.
Это знак твоих богов?
Это их не разгневает?
Боги благоволят тебе.
Красный -- это цвет богов.
Сегодня тебе понадобится их помощь.
Кое-кто из вас думает, что он не будет сражаться...
а кое-кто -- что он не сможет сражаться.
Все это говорят,
пока не выйдут на арену.
Прислушайтесь.
Бей! Бей! Бей!
Вонзи это в плоть человека.
Они будут рукоплескать вам и любить вас за это.
А вы --
вы, может быть, тоже их полюбите
за это.
В конце концов,
мы все уже мертвы.
К сожалению, мы не знаем, когда,
но мы можем решить, как мы встретим наш последний час...
так, чтобы о нас вспомнили...
как о настоящих мужчинах.
Левая шеренга, щиты к бою!
Правая шеренга, мечи наголо!
Бей! Бей! Бей!
Ставь их попарно -- красных с желтыми.
Следующий!
Шевелись!
- Поди прочь! - Тебе никогда не править нами, Коммодус!
Он вступает в Рим как завоеватель. А он что-нибудь завоевал?
Дай ему немного времени, Гракхус. Он еще молод.
Я думаю, он может принести много пользы.
Кому, Риму? Или тебе?
Иди к матери, Люциус. Она тебя зовет.
Люциус!
Мама!
Слава цезарю.
Сенаторы.
Рим приветствует своего нового императора.
Твои верноподданные приветствуют тебя, принц.
Благодарю, Фалько.
А что касается верноподданых, надеюсь, они обошлись не слишком дорого.
- Цезарь. - Гракхус.
Весь Рим ликует по случаю твоего возвращения, цезарь.
Многие важные дела требуют твоего внимания.
К порядку, прошу вас! К порядку!
В помощь тебе, цезарь, Сенат изготовил несколько памятных грамот...
дабы ты мог приступить к врачеванию многочисленных бед и забот города...
начиная с очистки греческого квартала
и борьбы с чумой, которая там уже начинает распространяться.
Поэтому, если цезарь...
Неужели ты не понимаешь, Гракхус?
Вот в этом-то вся и беда.
Мой отец тоже проводил все время у себя в кабинете...
над учеными книгами, философией...
Он до глубокой ночи читал свитки из Сената,
Все это время забывая о народе.
Но цезарь, Сенат -- и есть народ...
избранный из народа, дабы говорить от лица народа.
Сомневаюсь, что большинство народа ест так же обильно, как ты, Гракхус...
или держат таких роскошных любовниц, как ты, Гайус.
Я думаю, что я знаю мой народ.
Тогда, быть может, Цезарь соизволит поделиться с нами своею мудростью,
основанной на его богатейшем опыте.
Я называю это любовью.
Я -- их отец.
Народ -- это мои дети.
Я крепко обниму их, прижав к груди.
Повелитель, ты когда-нибудь обнимал умирающего от чумы?
Нет, но если ты еще раз прервешь меня,
то это придется сделать тебе.
Сенаторы, мой брат сильно утомлен.
Оставьте у меня ваш список.
Цезарь сам сделает все, что нужно Риму.
Сударыня, как всегда...
твоему малейшему движению покоряются все.
Кто осмелится меня учить?
Коммодус, Сенат тоже полезен.
Для чего? Ничего, кроме разговоров.
Должны остаться только...
ты и я...
и Рим.
Даже не думай об этом.
Сенат существовал всегда.
Рим переменился.
Чтобы править империей, нужен император.
Конечно. И все же, оставь народу его...
Иллюзии?
Традиции.
Война моего отца против варваров...
Он сам сказал: он ничего ею не достиг. Но народ любил его.
Народ всегда любит победы.
Почему?
Они не видели сражений.
Что им до земли германцев?
Их заботит величие Рима.
Величие Рима.
А что это такое?
Это неуловимая идея --
величие.
Величие - это мечта.
Вот именно. Мечта.
Неужели ты не понимаешь, Люцилла?
Я дам людям великую мечту о Риме, и они полюбят меня за это.
И скоро они позабудут скучные поучения надоедливых стариков.
Я дам народу величайшее зрелище, которое они когда-либо видели.
Вот белое, красное вино, Пейте в свое удовольствие!
Игры.
Сто пятьдесят дней состязаний.
Он хитрее, чем я думал.
Хитрый.
Весь Рим смеялся бы над ним...
если бы народ не боялся его преторианской гвардии.
Страх и удивление -- это мощное сочетание.
Ты действительно думаешь, что народ этим прельстится?
Я думаю, что ему понятна душа Рима.
Рим -- это толпа.
Дай им зрелищ, и они забудут обо всем.
Отними у них свободу, а они по-прежнему будут ликовать.
Сердце Рима бьется...
не среди мрамора в Сенате,
а на песке Колизея.
Он принесёт им смерть,
а они будут обожать его за это.
Испанец.
Вам такая забава нравится?!
Вам по душе такое развлечение?!
Вы для этого сюда пришли?
Испанец! Испанец!
Чего ты хочешь?
Женщину?
Мальчика?
Ты посылал за мной.
Да, посылал.
Ты славно дерёшься, испанец, но мог бы драться ещё лучше.
Ты мог бы стать великолепным.
Мне приказано убивать, и я убиваю.
Вот и всё.
Этого довольно для провинций, но не для Рима.
Молодой император...
повелел устроить множество зрелищ...
дабы почтить память своего отца...
Марка Аврелия.
Я нахожу это забавным,
ибо именно Марк Аврелий --
мудрый, всезнающий Марк Аврелий,
нас и закрыл.
И вот, наконец, после пяти лет жизни в бедности...
в завшивленных деревнях...
мы возвращаемся на своё законное место --
-- в Колизей.
Если б ты только видел Колизей, испанец!
Пятьдесят тысяч римлян...
следят за каждым движением твоего меча...
и ждут, когда ты нанесёшь свой смертельный удар.
Это молчание перед ударом...
и рёв толпы после него.
Он вздымается.
Он нарастает, словно...
словно буря на море,
как если бы ты был самим богом-громовержцем.
Ты был гладиатором?
Да.
Ты завоевал себе свободу?
Однажды, уже давно, цезарь...
подарил мне крудис --
-- деревянный меч.
В знак твоей свободы...
Он коснулся им моего плеча, и я стал свободным человеком.
Ты знал Марка Аврелия?
Я этого не сказал. Я сказал, что он однажды коснулся моего плеча.
Ты спросил, чего я хочу.
Я тоже хочу стоять перед императором,
как ты.
Тогда слушай меня.
Учись у меня.
Я был лучшим не потому, что я быстро убивал.
Я был лучшим потому, Что толпа меня любила.
Завоюй сердце толпы...
и ты получишь свободу.
Я завоюю толпу.
Я покажу им нечто такое, чего они никогда прежде не видели.
Значит, испанец, мы вместе поедем в Рим,
у нас будет много кровавых приключений,
и распутная волчица Рима будет кормить нас грудью...
пока мы не разжиреем и не перестанем её сосать.
А потом,
когда погибнет довольно бойцов,
тогда, быть может, ты обретёшь свободу.
Вот. Возьми.
Она -- где-то вдали,
моя родина,
мой дом.
Жена готовит еду.
Дочери несут воду с реки.
Суждено ли мне их ещё увидеть?
Думаю, что нет.
Ты думаешь, ты увидишь их снова на том свете?
Наверно.
Но, с другой стороны,
Я-то скоро умру.
А они ещё проживут много лет.
Так что мне придётся ждать.
Ну, а ты бы ждал?
Конечно.
Понимаешь,
моя жена...
и сын...
меня уже ждут.
Ты с ними встретишься снова.
Но ещё не сейчас.
Не сейчас. Разве что, если...
Не сейчас.
Вон. Вот оно!
Выходи!
Давай, давай!
Рад тебя видеть, дружище!
Принеси мне удачу.
Ты когда-нибудь такое видел?
Я и не знал, что людям под силу построить такое.
Завоюй сердце толпы.
Заходи! Шевелись!
Вон, туда!
Он так сладко спит, Потому что его любят.
Пойдём, брат. Уже поздно.
Я сделаю Рим одним из чудес света.
Вот чего не понимает Гракхус со своими прихвостнями.
От множества замыслов у меня голова разрывается.
Выпей. Это тебя взбодрит.
По-моему, уже почти пора.
Я мог бы распустить Сенат
на празднествах в честь моего отца.
Ты думаешь, мне следует это сделать?
А народ готов?
Я думаю, тебе пора отдохнуть.
Ты побудешь со мной?
Ты всё ещё боишься темноты?
Да, боюсь.
Всегда.
- Останься со мной на ночь. - Ты же знаешь, что я не останусь.
Тогда поцелуй меня.
Спи.
Ну, давай!
Возьми меня.
Ну все, довольно.
Цезарь хочет битв, а я не хочу Потерять своих лучших бойцов.
Толпа хочет битв, Поэтому цезарь устраивает битвы.
- Тебе досталась битва под Карфагеном. - Кровавая баня под Карфагеном.
Возьми да обшарь все тюрьмы, да набери всяких нищих и воров?
Мы это уже сделали.
Если ты хочешь отдать за бесценок лучших гладиаторов империи...
Тогда я хочу двойные расценки.
Получишь обычные расценки по договору, а иначе и договора никакого не будет.
Ах, тебе не нравится?
Тогда можешь ползти обратно в ту поганую дыру, из которой ты вылез.
Кассиус, ну пожалуйста! Кассиус, я тебя умоляю!
Гладиатор! Ты - тот, которого называют Испанцем?
Да.
Мне говорили, что ты -- гигант.
Говорят, что ты одной рукой можешь раздавить череп мужчины.
Череп мужчины? Нет.
Мальчика.
- В Испании хорошие кони? - Одни из лучших.
Этого зовут Аргенто,
а этого -- Скарто.
Это были мои кони.
Их у меня забрали.
Ты мне нравишься, Испанец. Я за тебя буду болеть.
- Тебе позволяют смотреть состязания? - Дядя говорит, это делает меня сильным.
- А что говорит твой отец? - Мой отец умер.
Господин Люциус, пора.
Мне нужно идти.
Тебя зовут Люциус?
Люциус Верус, в честь отца.
Ниже!
Клавдий!
- Да? - Больше щитов!
Когда войдет император,
поднимите оружие, поприветствуйте его,
а потом все вместе говорите.
Смотри на императора,
не поворачивайся к нему спиной.
Иди и умри с честью.
Слава великому цезарю!
Цезарь! Цезарь! Цезарь! Цезарь!
Идущие на смерть приветствуют тебя!
Сегодня...
мы возвращаемся в наше священное прошлое...
дабы воссоздать для вас...
сцену второго падения могучего Карфагена!
На бесплодной равнине Зама...
стояли непобедимые полчища...
варвара Ганнибала.
Яростные наемники и бойцы...
всех диких племен,
готовые к безжалостному...
истреблению врагов...
и к завоеваниям.
Ваш император...
рад вам представить...
орду варваров!
Кто-нибудь из вас служил в войсках?
Да. Я служил с тобой под Виндобоной.
Ты можешь мне помочь.
Кто бы ни вышел из этих ворот,
мы вернее останемся в живых, если мы будем держаться вместе.
Вы поняли меня?
Вместе мы выживем.
Император рад вам представить легионеров...
Сципиона Африканского!
Насмерть!
Бей! Бей! Бей!
Стой ближе друг к другу!
Держись вместе!
Стройся в колонны уступами! В колонны уступами!
- Скоро все твои люди погибнут. - Тебе отсюда не уйти.
Сомкнуть щиты! Всем стоять вместе!
Держи!
Давай все разом!
Хорошая работа!
Держи!
Там внизу! Внизу!
Да!
Хаген!
Эта колонна - к колеснице! Эта колонна остается со мной!
Живо!
- Давай туда! - Скорее!
Максимус!
Одной колонной! Одной колонной!
Наша берет!
Мои познания в истории не слишком глубоки, Кассиус...
но варвары должны были проиграть битву при Карфагене, не так ли?
Да, государь.
Прости меня, государь.
Ничего, мне нравятся неожиданности.
Кто он?
Они зовут его Испанцем, государь.
- Я хочу с ним познакомиться. - Слушаюсь, мой государь.
Слава варварам!
Вперед! Оружие к бою!
Бросить оружие.
Гладиатор, цезарь желает с тобой познакомиться.
Я к услугам императора.
Встань. Встань.
Ты заслужил свою славу, Испанец.
Не думаю, что есть где-нибудь гладиатор, равный тебе в бою.
А этот юноша считает, что ты -- перевоплощенный Гектор. Или Геркулес?
Почему бы герою не открыться и не назвать нам свое настоящее имя?
Ведь у тебя есть имя?
Меня зовут Гладиатор.
Как ты смеешь поворачиваться ко мне спиной?
Раб!
Ты немедленно снимешь шлем и назовешь свое имя.
Мое имя - Максимус Децимус Меридиус,
предводитель северного войска,
генерал легионов Феликса,
верный слуга истинного императора, Марка Аврелия,
отец убитого сына,
муж убитой жены,
жаждущий мщения, в этой жизни или в иной.
К оружию!
Жизни! Жизни! Жизни! Жизни!
Стража, вольно!
Максимус! Максимус! Максимус! Максимус!
Почему он до сих пор жив?
Я не знаю.
Он должен был погибнуть.
Это меня смущает.
Это меня страшно беспокоит.
Я выполнил свой долг.
Если бы была исполнена воля отца, империя развалилась бы на куски.
Ты же это понимаешь?
Что ты почувствовал, когда ты его увидел?
Ничего.
Он тебя глубоко ранил, правда?
Не глубже, чем я его.
Они солгали мне там, в земле германцев.
Они сказали, что он убит.
Раз они мне лгут, значит они меня не уважают.
А раз они меня не уважают, разве они могут меня любить?
Тогда ты должен известить легионы
о том, что их измена
не останется безнаказанной.
Бедная сестра.
Не хотел бы быть тебе врагом.
Что ты хочешь сделать?
Сюда.
Богатые матроны щедро платят за то, чтобы их ублажали самые смелые бойцы.
Я знаю, что твой брат подошлет убийц.
Но мне не пришло в голову, что он пришлет самого лучшего.
Максимус, он не знает.
Мою семью распяли и сожгли заживо.
- Я ничего не знал... - Не лги мне!
Я плакала о них.
Так же, как о твоем отце?! Так же, как о твоем отце?!
С того самого дня я жила в темнице страха.
Я не могла оплакивать отца от страха перед братом.
Я жила в ужасе, каждый день, каждую минуту,
потому что мой сын -- наследник престола.
О, я рыдала.
Мой сын...
был ни в чем не виноват.
Мой тоже.
Мой сын тоже должен умереть, чтобы ты мне поверил?
Какая разница, верю я тебе или нет?
Боги спасли тебя. Неужели ты этого не понимаешь?
Сегодня я увидел, как раб стал сильнее римского императора.
Боги спасли меня?
Я в руках у них, и в моей власти -- лишь развлекать толпу.
Вот в чем власть.
Толпа - это Рим, и пока Коммодус управляет ею, он управляет всем.
Послушай меня.
У моего брата есть враги, особенно в Сенате.
Но, пока толпа следует за ним,
никто не решится подняться против него, пока ты этого не сделаешь.
Они против него, но они ничего не предпринимают.
Среди политиков есть такие, кто посвятил свою жизнь Риму.
Один из них -- в особенности.
Если я все устрою, ты с ним встретишься?
Ты не понимаешь?
Может быть, я умру в этой темнице, а, может быть, завтра на арене.
Я -- раб!
Что я могу?!
Этот человек хочет того же, что и ты.
Тогда пусть убьет Коммодуса!
Я когда-то знала человека...
благородного, твердых убеждений,
который любил моего отца,
а отец любил его.
Этот человек верно служил Риму.
Этого человека больше нет.
Твой брат хорошо потрудился.
Позволь мне помочь тебе.
Да...
ты можешь мне помочь.
Забудь, что ты меня знаешь.
и никогда больше не приходи сюда.
Эй, стражник! Этой госпоже пора идти.
Максимус.
Ты вел за собой легионы? У тебя было много побед?
В краю германцев?
Во многих краях.
Генерал!
У тебя славное имя.
Он должен уничтожить твое имя, прежде чем он прикончит тебя самого.
Да, в конце концов так и будет.
- Сенатор Гайус. - Здравствуй.
Сенатор Гракхус.
Нечасто увидишь тебя наслаждающимся зрелищами для вульгарной толпы.
Я не пытаюсь представить себя человеком из народа, сенатор.
Я просто стараюсь работать на благо народа.
Цезарь! Цезарь! Цезарь! Цезарь!
Граждане Рима!
В четвертый день Антиоха...
мы празднуем 64-й день состязаний.
И по своей великой щедрости...
император повелел посвятить этот день народу Рима...
и подарить ему это историческое зрелище.
Сегодня после пяти лет на покое... в Колизей по воле цезаря...
возвращается единственный...
непобежденный чемпион...
в истории Рима...
легендарный Тигрис...
из Галлии!
Он прекрасно знает как управлять толпой.
У Марка Аврелия была мечта. Эта мечта называлась Римом.
Но это -- не его мечта. Это совсем не то!
Марк Аврелий - мертв, Максимус.
Мы смертные - лишь тени и прах.
Тени и прах, Максимус!
Представляя школу гладиаторов Антония Проксимо,
цезарь с гордостью дарит вам...
Элиуса Максимуса!
Они так его встречают, как будто он -- один из них.
Толпа переменчива. Через месяц о нем забудут.
Даже гораздо скорее.
Все уже приготовлено.
Идущие на смерть приветствуют тебя.
Мы с тобой, Максимус!
Тяни! Тяни! Тяни!
Пускай! Пускай!
- Выпусти ему кишки! - Бей! Бей!
Бей! Бей! Бей! Бей!
Бей! Бей!
Максимус Милосердный!
Охрана, вперед! Стройся в каре!
Что мне с тобой сделать?
Тебя просто...
никак не убить.
Мы действительно такие разные?
Ты отнимаешь жизни, когда тебе это нужно,
точно так же, как я.
Мне нужно отнять еще только одну жизнь. И все.
Так отними ее.
Мне говорили, что твой сын...
визжал, как девчонка,
когда они распинали его на кресте,
а жена твоя
выла, как шлюха,
когда они ее бесчестили,
снова и снова,
и снова.
Время защищать свою честь скоро закончится...
Принц.
Генерал!
- Генерал! - Цицеро!
- Где ваш бивак? - В Остии.
- Мы любим тебя, Максимус! - Слава победителю!
Скажи людям, что их генерал жив. Найди меня.
- Давай, шевелись! - Найди меня!
Они тебя слышат?
Кто?
Твоя семья, в загробной жизни.
- Конечно. - Что ты им говоришь?
Моему мальчику...
Я говорю ему, что мы с ним скоро увидимся,
а еще - чтоб пятки держал вниз, когда скачет верхом.
Моей жене...
Это тебя не касается.
Теперь они любят Максимуса За его милосердие.
Значит, я не могу его убить, иначе я покажусь немилосердным.
Все это похоже на какой-то кошмар.
Он глумится над тобой.
Каждая его победа -- это вызов тебе.
Толпа это видит,и Сенат тоже.
Чем дольше он живет, тем смелее они становятся.
- Убей его. - Нет.
Я не хочу делать из него мученика.
Мне рассказывали...
о некоей морской змее...
которая приманивает жертву очень необычным способом.
Она лежит на дне морском, как будто она ранена.
Тогда враги подкрадываются...
а она лежит тихо-тихо.
Тогда враги начинают понемногу впиваться в нее...
а она все равно лежит тихо.
Итак,
мы будем лежать смирно...
и пусть враги к нам подойдут и начнут нас грызть.
Устрой слежку за каждым сенатором.
Цицеро, друг мой. Я думал, я тебя тогда видел в последний раз.
- Я думал, что ты погиб. - Чуть было не погиб.
- Сколько времени люди уже в Остии? - Всю зиму.
- Как они выглядят? - Растолстели и соскучились по делу.
- Кто ими командует? - Какой-то дурак из Рима.
Когда они будут готовы к бою?
За тебя -- уже завтра.
Мне нужно, чтоб ты мне помог.
на арене, ты можешь смотреть отсюда.
Могучий Максимус побеждает нашего императора Коммодуса.
Что же нам делать? Он побеждает всех подряд.
О боги!
- Он его свалил! Он убит! - Пустите! Расступитесь!
Госпожа? Я служил твоему отцу под Виндобоной.
- Назад. - Госпожа.
Я служил твоему отцу под Виндобоной.
Назад!
И я служил генералу Максимусу. Я ему по-прежнему служу.
Остановись.
Не двигайся.
Генерал приказал сообщить, что он встретится с твоим политиком.
Это тебе за верность, воин.
Благодарю тебя, госпожа.
Оставь нас.
Сенатор Гракхус.
Генерал.
Надеюсь, мое появление здесь сегодня - это достаточное доказательство того,
что ты можешь мне доверять.
- Сенат за тобой?- Сенат?
Да. Я могу говорить от их имени.
Ты можешь выкупить меня из рабства и тайком вывезти из Рима?
Зачем?
Помоги мне выбраться за городские стены.
Приготовь свежих коней, чтобы мне добраться до Остии.
Там -- стан моего войска.
К закату второго дня я вернусь во главе пяти тысяч воинов.
Но во всех легионах -- новые командиры...
верные Коммодусу.
Пусть мои люди увидят меня живым. Тогда ты увидишь, кому они верны.
Это безумие.
За последние сто лет римское войско Ни разу не вступало в столицу.
Я не променяю одну тиранию на другую!
Время полумер и разговоров прошло, сенатор.
Ну, а после твоего славного переворота, что будет после этого?
Ты заберешь свои пять тысяч бойцов и уйдешь?
Я уйду.
А воины останутся для твоей защиты
под командованием Сената.
Значит...
когда ты овладеешь Римом, ты просто вернешь его народу?
Но скажи мне, почему?
Потому что это было последним желанием умирающего.
Я убью Коммодуса.
А судьбу Рима я доверяю тебе.
Марк Аврелий доверял тебе.
Его дочь доверяет тебе.
И я буду доверять тебе.
Но у нас мало времени.
Дай мне два дня...
И я куплю тебе свободу.
Но ты...
ты оставайся в живых...
иначе я погиб.
Теперь нам пора идти.
Ничего не получится.
Император слишком много знает.
А что касается меня...
то дело становится опасным.
Тебе заплатят, когда я вернусь.
Даю тебе слово.
Твое слово? А если ты не вернешься?
Ты помнишь еще, что значит доверие, Проксимо?
Доверие?
Кому мне верить?
- Я убью Коммодуса. - Зачем мне это нужно?
Он меня обогащает.
О, я знаю...
Я знаю, что ты - человек слова, генерал.
Я знаю, что ты готов умереть ради чести.
Ты готов умереть ради Рима.
Ты готов умереть за прах своих предков.
Я же -- просто шут,
Я просто веселю толпу.
Берегись!
Он убил человека, который освободил тебя.
Преторианцы, господин.
Стой!
Где ты была?
Я посылал за тобой.
Пожалуйста, брат.
Что тебя беспокоит?
У Гракхуса новая любовница?
Не знаю.
Я думал, ты с ним виделась.
Он всех заражает, словно гнилая лихорадка.
Ради здоровья Рима Сенату нужно пустить кровь.
Ему тоже надо пустить кровь.
И очень скоро.
Но не сегодня.
Помнишь, что однажды сказал наш отец?
"Жизнь...
это сон,
страшный сон."
Ты думаешь, он был прав?
Не знаю.
Я думаю, что да.
И только с тобой я могу поделиться этим сном.
Открой рот.
Ты знаешь, что я тебя люблю.
А я люблю тебя.
Вон! Ступай прочь!
Шевелись!
Поздравляю, генерал.
У тебя очень настойчивые друзья.
Люди моего брата взяли под стражу Гракхуса.
Ждать больше нельзя. Выступать надо сегодня вечером.
Проксимо придет в полночь и отведет тебя к воротам.
Твой слуга, Цицеро, будет тебя там ждать с лошадьми.
Ты все это сделала?
Да.
Ты слишком многим рискуешь.
Я в большом долгу.
Ты ничего не должна.
Ты любишь своего сына. Ты сильна ради него.
Я устала быть сильной.
Мой брат ненавидит весь мир, а тебя больше всех.
- Потому что твой отец меня выбрал. - Нет.
Потому что мой отец тебя любил.
А еще потому, что я тебя любила.
Давным-давно.
Я тогда была совсем другой?
Ты больше улыбалась.
Всю жизнь я чувствовала себя такой одинокой,
но только не тогда, когда я была с тобой.
Мне нужно идти.
Да.
Вот тебе! Вот тебе!
А я победил!
Не слишком ли поздно тебе играть в легионера?
Я не легионер.
- Не легионер? - Я гладиатор.
Гладиатор?
Но гладиаторы сражаются только в цирках.
Неужели ты не хотел бы стать великим римским полководцем, вроде Цезаря?
Я -- Максимус, спаситель Рима!
Спаситель Рима?
Это кто такое сказал?
Где Люциус?
Он у императора.
- Да не могла она. - Да, она это сделала.
Она взяла ее из корзины...
и прижала к груди, вот здесь прямо над сердцем.
И она ее укусила в грудь?
Да.
Видишь ли, Люциус, иногда знатные дамы...
ведут себя странно и совершают необычные поступки ради любви.
Я думаю, что это глупо.
Я тоже.
И я тоже.
Сестра, побудь с нами.
Я вот читаю дорогому Люцию.
- Я тоже читал. - Да.
Он умный мальчик. Когда-нибудь он станет великим императором.
Мы читали о великом Марке Антонии и о его приключениях в Египте.
А царица убила себя змеей.
Но это пустяки, вот скоро я расскажу тебе что случилось с нашими предками.
Если ты будешь себя хорошо вести, я Расскажу тебе об императоре Клавдии.
Его предали...
самые близкие ему люди,
его родная кровь.
Они шептались по углам,
собирались по ночам,
и готовили заговор,
готовили заговор.
Но император Клавдий знал, что они что-то замышляют.
Он знал, что они трудились, как пчелки.
И однажды он пришел к одной из них...
посмотрел на нее...
и сказал...
"Скажи мне, что ты делала...
трудолюбивая пчелка...
или я казню тех, кто тебе дороже всего на свете.
И ты увидишь, как я купаюсь в их крови."
И император был безутешен.
Ведь пчелка ужалила его гораздо больнее,
чем кто-либо другой.
Как ты думаешь, Люциус, что случилось потом?
Не знаю, дядя.
Пчелка все ему рассказала.
Откройте, именем императора!
Проксимо!
Откройте ворота, именем императора!
Откройте ворота!
Открой ворота, Проксимо.
Ты хочешь смерти, старик?
Вот.
Все приготовлено.
Похоже, ты завоевал свою свободу.
Так ты, того гляди, хорошим человеком станешь?
- Юба. - Все враги императора умирают!
Откройте ворота!
Тяни!
Шевелись! Стройся в колонну слева!
Мне нужно только несколько секунд, так что берегите ваши жизни.
Если вы не хотите участвовать, идите назад в свои темницы.
Мы подождем тебя здесь, Максимус.
- Сила и честь. - Иди.
Сила и честь.
Целься! Натягивай луки!
Тени и прах.
Какая жалость.
Все кончено.
А как насчет моего племянника?
А что будет с его матерью?
Следует ли ей разделить судьбу ее любовника?
Или проявить разве милосердие?
Коммодус Милосердный.
Люциус останется со мной.
И если его мать...
только на меня посмотрит,
так, что мне это не понравится,
то он умрет.
Если она решит...
проявить благородство...
и покончить с собой,
то он умрет.
А что касается тебя, то ты
будешь меня любить,
как я любил тебя.
Ты подаришь мне наследника...
чистой крови,
чтобы Коммодус и его потомки
правили тысячу лет.
Разве я не милосерден?
Разве я не милосерден?!
Тебя зовут.
Генерал,
ставший рабом.
Раб, ставший гладиатором.
Гладиатор, бросивший вызов самому императору.
У дивительная история.
Теперь люди хотят знать, чем она кончается.
Хорошей концовкой может быть только славная смерть.
А что может быть славней,
чем вызов, брошенный самому императору на великой арене?
Ты станешь сражаться со мной?
А почему бы и нет?
Ты думаешь я испугался?
Я думаю, что ты живешь всю свою жизнь в страхе.
Да, я же не Максимус Непобедимый, который не знает страха!
Оди человек как-то раз сказал, "Смерть улыбается всем нам.
Все, что можно сделать -- это улыбнуться ей в ответ."
Любопытно.
Твой друг улыбался, глядя в лицо своей собственной смерти?
Тебе лучше знать.
Он был твоим отцом.
Я знаю, что ты любил моего отца,
но ведь я тоже его любил.
Выходит, мы -- братья, не так ли?
У лыбнись мне, брат.
Наденьте ему доспехи. Закройте рану.
Стройся кольцом!
Квинтус, меч.
Дай мне твой меч.
Меч! Дайте мне меч!
Мечи в ножны!
Освободи моих людей.
Восстановить сенатора Гракхуса в должности.
Была мечта, и эта мечта была Римом.
Теперь ее нужно воплотить в жизнь.
Таковы желания Марка Аврелия.
Выпусти узников. Давай!
Люциус в безопасности.
Иди к ним.
Ты -- дома.
Стоит ли Рим жизни одного хорошего человека?
Мы когда-то так думали.
Научи нас снова в это верить.
Он был римским воином.
Окажите ему последние почести.
Кто поможет мне нести его?
Теперь мы -- свободные люди.
Я увижу тебя снова.
Но еще не сейчас.
Не сейчас.